Исчезнувшие - Саймон Бекетт

Ионе это не понравилось, но бывший сыщик твердо стоял на своем. Кроме прочего, Уилкс не смог сказать, сколько у него уйдет времени на добычу пистолета. Если дело вдруг затянется, то Ионе лучше подождать на набережной, чем у дома Уилкса.

– А если не успеешь к двенадцати? – спросил Иона.

– Значит, все пошло наперекосяк и нам обоим кранты, – ответил Уилкс.

Иона терпеть не мог ждать. Его трясло от нервного напряжения, словно перегретый двигатель. Так же он чувствовал себя перед каждой операцией, когда накрывала адреналиновая волна, а воображение рисовало картины всего, что могло пойти не так.

Ионе следовало чем-то занять мысли.

Почти совсем стемнело, когда он припарковался на тихой улочке и стал ждать звонка от Крисси. Чуть раньше он купил сэндвич и бутылочку воды, принялся за еду и достал телефон. Поиск Даниэля Кимани выдал ссылки на сайты розыска пропавших без вести, и это означало, что полиция все еще публично не подтвердила опознание. В сети висела фотография полного улыбающегося молодого человека, обрезанная, чтобы отсечь других людей, и в дополнение к официальным сайтам друзья и родные Кимани завели страничку в соцсети. Иона догадался, что именно оттуда Дели начала поиски. Он подумал сам связаться с ними, но, если их еще не проинформировали, что произведено официальное опознание, ему не хотелось сообщать печальную новость родне и друзьям. Всегда нужно предполагать, что опознание уже произведено, напомнил он себе. Ни Флетчер, ни Беннет этого не подтвердили.

Однако поиск информации по Даниэлю Кимани отнял бы гораздо больше времени и сил, чем у него оставалось. Взглянув на часы, Иона очистил в телефоне поисковую строку и набрал Анна Донари.

Написание было приблизительным, основанным на том, как Салим произнесла имя и фамилию. Поиск выдал тысячи результатов, по большей части бесполезных. Иона добавил Британия и повторил попытку. Ссылок стало меньше, но ничего путного он не обнаружил и прибавил еще и Лондон. Иона даже не знал, из столицы ли эта Донари, но поиски следовало продолжать. Но даже после этого он уныло смотрел на заполнивший экран малообещающий список результатов.

И тут один из них привлек его внимание. Сначала он едва его не проскочил из-за варианта имени: Ана, а не Анна и Донаури вместо Донари. Иону сразу же «зацепила» дата. Ссылка оказалась десятилетней давности.

Появилась она через неделю после исчезновения Тео.

Под ней располагалась статья в местной газете. В одном из переулков неподалеку от Юстонского вокзала обнаружили тело женщины, впоследствии опознанной как Ана Донаури, тридцатисемилетняя уроженка Грузии. Причина смерти не называлась, но в статье говорилось, что у жертвы отрезаны обе руки. Иона нахмурился, но других подробностей в заметке не нашел. Переписав имя и фамилию, он запустил новый поиск. По нему в той же газете нашелся чуть более ранний репортаж с места происшествия, но тоже без подробностей. Заканчивался он стандартной фразой: «Полиция продолжает расследование».

И всё.

От долгого сидения в машине у Ионы разболелось колено. Легонько сгибая и разгибая его, Иона вытащил телефон, данный ему Салим. Подержал его в руке, думая позвонить и спросить, не эту ли женщину Салим тогда имела в виду. Но та ясно дала понять, что связаться с ней можно только один раз, а Ионе не хотелось напрасно использовать звонок. Если бы Салим хотела рассказать ему больше, то так бы и сделала.

Тогда зачем она назвала ему имя?

Убирая телефон Салим, Иона подпрыгнул на сиденье, когда зазвонил его собственный. Он схватил аппарат, надеясь, что это Крисси. Или даже Уилкс, собирающийся сказать, что у него проблемы.

Но на дисплее высветился номер Флетчера. Блин. Иона не стал отвечать. Если он возьмет трубку, то Флетчер попросит его явиться в участок или захочет встретиться у него дома. Иона не мог поехать ни туда, ни туда, ему не хотелось вести долгие разговоры со злобным инспектором, когда он ждал звонка Крисси. И все же уклонение от встречи с Флетчером вызывало у него неприятное чувство, словно он скрывается.

Когда звонки прекратились, даже тишина показалась осуждающей.

Совсем стемнело, и уличные фонари залили салон мертвенно-белым светом. Иона старался не смотреть на часы, но теперь сдался и увидел, что они показывают половину восьмого. Оставалось всего несколько часов, и от этого противно засосало под ложечкой. Ну, где же ты, Крисси?

Словно в ответ на его мысли, телефон зазвонил снова. На этот раз на экране высветился номер бывшей жены. Иона ответил, и она сказала слабым и надтреснутым голосом:

– Мы собрали.

На улице с двусторонним движением случилась авария. Одну полосу перекрыли, поток направили в объезд, и из-за этого Иона подъехал к белой террасе в георгианском стиле почти в девять часов. Раздраженный опозданием, он доковылял до ворот и нажал кнопку домофона. Ответа не последовало, лишь щелкнул открываемый замок. Вычурная входная дверь открылась прежде, чем Иона успел до нее дойти. Увидев лицо Крисси, он в ужасе замер.

Казалось, с утра она постарела на несколько лет. Эмоциональный надрыв сквозил в каждом ее жесте, раньше срока превращая ее в старуху. Оба молчали, пока Иона шел за ней в кухню-столовую открытой планировки. Свет, казалось, горел по всему дому, словно разгоняя тени, которые могли создать впечатление прежней, нормальной жизни. Уэйверли сидел за столом в костюме и при галстуке, словно только что вернулся с работы. Но напряжение чувствовалось и в его лице. Щеки ввалились, а кожа побледнела еще сильнее, чем утром. Перед ним на столе лежали банковские выписки и таблицы, а рядом на подставке стоял бокал, вероятно с виски.

– Иона, спасибо, что пришел, – сказал Уэйверли, вставая. Со стороны все походило на светский визит, но Иона видел, каких усилий Нилу стоит держать себя в руках. – Что-нибудь выпьешь?

– Нет, спасибо.

– Тогда чаю или кофе?

– Ой, прекрати, ради бога! – придушенно всхлипнула Крисси.

Муж беспомощно посмотрел на нее, губы его шевелились, словно по инерции.

– Вообще-то кофе не помешает, – сказал Иона.

Уэйверли ухватился за эти слова. Он кивнул, словно найдя ответ на важный вопрос:

– Ну, ладно. Хорошо.

Но ни он, ни его жена не двинулись с места. Атмосфера в кухне стояла подавленная.

– Деньги собрать удалось? – начал Иона.

– Не все. – Уэйверли замялся. – Я смог наскрести чуть больше ста тысяч.

– Господи, – проговорила Крисси, качая головой.

– Мы уже об этом говорили. Я сказал, это все, что смог сделать.

– Все? Речь о твоих детях!

Муж подавленно