Илоты безумия - Николай Чергинец

— А что на ящиках написано? — уточнил Дино.

— Что в них швейные машинки «Зингер» и название страны, куда они направляются.

— В какие страны пошел этот груз?

— Я смог разглядеть названия двух стран — это Боливия и Парагвай.

А вот дней десять назад такая же партия была направлена в Мексику и Бразилию.

— Не знаете, для чего это делается? — спросил Мельников.

— Нет. Я — маленький человек, и мне не положено знать это.

Мельников, расспрашивая Гамаля, размышлял, чем тот может быть еще полезен. На всякий случай спросил:

— Скажите, а русские на складах не бывают?

— Только один. Он работает в Центре, — и по дальнейшему рассказу Мельников понял, что Гамаль имеет в виду Анохина.

Дино наконец понял, почему так странно ведет себя Мельников:

— Виктор, ты можешь говорить с ним откровенно, он нас не предаст.

— Ты уверен?

— Да, на все сто. Он, с тех пор как разобрался, куда попал, только и мечтает, как убежать отсюда.

— Хорошо. Тогда спроси у него, а другие объекты он охраняет?

Выслушав вопрос, Гамаль согласно закивал головой:

— Да, да, нас часто меняют местами. Мне приходилось стоять то на одном посту, то на другом, по всей территории Центра. Здесь же почти каждое строение охраняется.

— А там, где живут иностранцы, тебе не приходилось бывать?

Мельников незаметно для себя перешел на «ты».

— Да, и там я бывал. Охранял иностранцев. Говорят, это ученые. У них там, в складах, несколько больших лабораторий и даже, рассказывают, есть завод, но там я не был. Какие-то опыты делают.

— А ты не знаешь кого-либо из ученых или рабочих, которые там работают?

— Нет. Я не интересовался.

— А когда снова там будешь?

— Не знаю. Это зависит от командира.

— Кто у вас командир?

— Мусафи. Он ливанец. Злой очень. Говорят, он полностью предан Абдулле Кериму, самому главному здесь.

— Ты видел когда-нибудь Керима?

— О, да. Он лично осматривает склады, почти каждый день торчит в лабораториях.

— А ты имеешь доступ в склады?

— Нет… но вообще-то, когда что-нибудь привозят… или вывозят со складов, то… вполне… в суматохе туда можно попасть.

— А с иностранцами, которые работают в лабораториях, общаться есть возможность?

— Да. Им запрещено с нами заговаривать, но мы можем что-либо сказать… вроде бы приказ отдаем.

— Записку можешь незаметно передать?

— Конечно.

— Хорошо. Спасибо, друг. Мы еще встретимся. Пока.

Мельников пожал руку Гамалю и направился прочь. Дино, шагая рядом, спросил:

— Ну как он тебе?

— Трудно сказать, но парень на первый взгляд вызывает доверие.

— Да, да, я в нем уверен…

Дино вдруг судорожно схватил за руку Мельникова:

— Виктор, навстречу идет Анохин!

Он увлек Мельникова в заросли, расположенные, к счастью, рядом. Они залегли в редком кустарнике за большими обломками скал.

Оказалось, что Анохин не один. Он, когда его засек Дино, шел среди нагромождений скал по узкой тропе, и поэтому идущие вслед за ним Эршад и Бугчин не были видны.

Зато когда они проходили мимо затаившихся Мельникова и Дино, то были уже рядом друге другом. Теперь они хорошо были видны через редкие заросли.

Выждав некоторое время, парни вышли из укрытия.

Пожав руку Дино и договорившись встретиться вечером, Мельников направился к себе.

Чем ближе он подходил к своему модулю, тем больше росла в душе тревога. Сначала она была как легкое облачко. Но постепенно облачко тревоги стало тучей и заполнило всю душу. Виктор начал искать причину и после долгих раздумий понял, что причина беспокойства кроется в Анохине.

«Чего он пошел к складам, да еще с Эршадом и Бугчиным? Может, пронюхали что-либо?»

Он вошел в комнату и привычным взглядом окинул свои «контрольки». Пытаясь выяснить, есть ли за ним слежка и не проверяют ли в его отсутствие комнату, Виктор устроил, где только мог, незаметные контрольки: то стул поставит так, что, если кто войдет, обязательно сдвинет его с места, то нитку натянет на дверцу тумбочки. Именно на это он обратил внимание в первую очередь. Нитка была порвана. Взглянул на кровать — и там обрыв. Открыл тумбочку — явно кто-то копался в вещах.

Капитан сел на кровать и задумался. Он уже давно ничего подозрительного не замечал и начал считать, что от него отцепились. Оказывается — нет. Слава Богу, что ремень с фотоаппаратом он носит с собой. Была же мысль оставить его в комнате, тем более, что аппарат надо было заменить. В последнее время автоматическое устройство не всегда производило перемотку кадров, и Ахмед через Дино предупредил, что на следующую встречу принесет другой аппарат.

Виктор так задумался, что не услышал, как к дверям подошел Дино, который, перешагнув порог, сразу же сказал:

— Виктор, приехал Ахмед. Он просит тебя как можно быстрее прийти к тому месту, где вы встретились с ним в первый раз.

— Фотоаппарат мне взять с собой?

— Нет. Отдай его вместе с пленкой мне. Я ему передам после вашей встречи.

Протянув Дино ремень с фотоаппаратом и ранее отснятую пленку, Мельников первым вышел из комнаты. Идти было недалеко, и капитан вскоре был на месте. Ахмед, улыбаясь, вышел из зарослей, пожал ему руку:

— Я все забываю сказать. Помните, когда вы были в аэропорту Александрии, к вам подходил мужчина?

— Конечно, я тогда так обрадовался.

— Это был я.

— Вот как! Но там было темно, и поэтому здесь я вас не узнал.

— Это естественно. Я ведь там еще почти ничего не знал о вас и поэтому специально говорил на плохом русском языке и несколько изменил свой облик.

— Да, да, я помню.

— Времени у меня мало. Из Москвы вам передают огромную благодарность. Все макеты, которые вы сфотографировали, — копии ядерных баз в Соединенных Штатах, а также трех атомных станций. А вот объектом, для захвата которого тренируют вас и вашу группу, является… как вы думаете что?

— Наверное, что-то находящееся в горах. Потому что последние дни часто занимаемся в горном тоннеле. Он в западной части полигона оборудован.

— Нет. Речь идет о тоннеле, который под проливом Ла-Манш соединяет берега Франции и Англии. Длина его около пятидесяти километров. В ближайшее время он будет введен в эксплуатацию.

— Не ошибаетесь? — засомневался Виктор. — Нас тренируют по захвату трех параллельно расположенных тоннелей.