Куда исчезают поклонники? - Дарья Калинина

– А зачем же вы этих бабулек к себе взяли, если самим жить негде?

– Бабка Тата нам проблем не доставляет. Либо в больнице лежит, либо в санатории долечивается. А свою бабку Настя специально к нам взяла, потому что у той квартира, так они ее сдают и дополнительный доход имеют.

– А детей ни у кого нету?

– Бог миловал! Куда тут еще детей! И так еле помещаемся. Друг у друга на голове сидим. Когда вечером все вместе собираемся, хоть караул кричи. А с детьми мы бы вообще свихнулись. Вот когда дед Эрнест жив был, мы горя хлебнули. Врачи уже не скрывали, что жить ему от силы год остался. Ну, он и пустился во все тяжкие. Пил без просыху, баб каких-то грязных водил. Я каждый день боялась, что они нам в дом еще заразу принесут. Мало нам палочек Коха, так еще и сифилис какой-нибудь появится.

– М-да, веселого мало. А на очереди вы уже сколько лет стоите?

– Девятнадцать лет.

– И что обещают?

– А ничего хорошего. Вот была надежда, что наш квартал будут расселять, так покупателя на землю нету. Так что опять сидим и ждем.

Мариша уже понимала, что пришла сюда напрасно. Эрнест Илларионович умер, так что к убийству своего брата и его наследников никакого отношения иметь не мог. Да и не до того ему было в последние дни своей жизни. Но все же Мариша попыталась разузнать подробности:

– Но ведь у вашего деда Эрнеста был брат.

– Верно, – не без удивления подтвердила Надя. – Брат и сестра. Только они тут никогда прописаны не были!

– Да. Но ведь родные вашего дедушки помогали вашей семье?

– Что вы! Они от Эрнеста Илларионовича еще много лет назад отвернулись!

– Почему?

– Я точно не знаю, там какая-то темная история случилась. Дед специально не рассказывал никогда, а я и не интересовалась. Зачем оно мне?

Все было ясно. Мариша вытянула не тот билет. Пора было прощаться и сматывать удочки. Как могла, Мариша утешила на прощание Надю, пообещав похлопотать за их семью в жилищной комиссии.

– Знаю, что ничего из этого не выйдет, – печально произнесла молодая женщина, – но все равно спасибо вам за поддержку.

Мариша вышла из квартиры и вздохнула с облегчением. Конечно, у них со Смайлом тоже есть проблемы, но все они даже рядом не стоят с проблемами в семье Нади. Это же ужас какой-то, а не жизнь, когда меньше чем на шестидесяти квадратных метрах проживают десять человек. Это получается по шесть метров полезной площади на человека!

– Ужасно, – бормотала Мариша, быстро спускаясь по лестнице. – Действительно ужасно.

До спасительной двери во двор оставалось всего несколько шагов. Мариша уже предвкушала глоток свежего воздуха и свободу, как вдруг в дверь влетела какая-то девушка.

– Ой! – вскрикнула она, почти наткнувшись на Маришу. – Ты тут откуда?

Мариша сдавленно охнула в ответ. Это же Мила! Что она тут делает?

– Что я делаю? Домой пришла! А тебе чего надо?

Мила живет в одном доме с родственниками Эрнеста Илларионовича? И тут в голове у Мариши внезапно словно что-то щелкнуло, и все встало на свои места. Ну, конечно, Мила же говорила, что у нее есть трое братьев. А Надя упомянула, что у ее мужа есть не только двое братьев, но еще и сестра. Люда, Людмила, Мила.

– Ты тут живешь? – пробормотала Мариша. – Так ты внучка Эрнеста Илларионовича?

Мила сразу же набычилась. Ее и так вечно недовольное личико перерезала гримаса откровенной ненависти.

– Ушлая! – яростно прошипела она. – Узнала все-таки!

– А Слава твой брат, – продолжала размышлять вслух Мариша. – И вы задумали получить наследство вашего двоюродного деда! Вот оно что!

– А что? – подпрыгнула на месте Мила. – Что такого? Да, задумали! Оно наше! Ничуть не меньше, чем Варвары и ее сынка! Тетка Варвара подделала завещание, чтобы все досталось ей одной.

– Откуда ты знаешь?

– Это всем известно! И сам Ваня мне в этом признался!

– Как она могла это сделать? Варвара Сергеевна почти не общалась со Львом Илларионовичем!

– Ну и что! Очень ей было нужно со стариканом общаться. И потом, она же не сама подпись под завещанием подделала. Ей люди помогли!

– Какие люди?

Но Мила снова насупилась.

– Ничего я тебе не скажу! – выкрикнула девушка. – Пошла прочь! Завещание старика было фальшивое, и точка! Мы это и в суде докажем! Все наше будет. И квартира, и деньги, и мебель. Тетке Рае и этому убогому дяде Толе ничего не достанется. Они деду Леве все равно что и не родные! Закону плевать, чьи они там дети! И закону плевать, что дед Лева с нашим дедом в терках был! По закону они родные братья. Значит, наследники мы! А завещание Варвара подделала!

– Если оно такое фальшивое, то зачем же вы убили Варвару Сергеевну и ее сына?

Мила даже задохнулась от возмущения.

– Ты чего? Вообще, что ли? Никого мы не убивали!

Но Мариша уже составила свое мнение. Эта семейка, сидя друг у друга на головах, совершенно чокнулась. Вот к чему ведет перенаселение и скученность! У людей едет крыша! Конечно, прознав, что квартира и деньги Льва Илларионовича уплыли от них в цепкие руки конкурентки, они сначала обозлились до крайности и прикончили ее. А потом и сына. А то, что сейчас Мила кричит о том, что завещание было фальшивым, не что иное, как попытка отвести подозрение от себя и от своих братьев.

– Так-так, – сказала Мариша, отодвигая Милу со своего пути и двигаясь к выходу. – Так-так.

– И катись отсюда! – крикнула девушка ей в спину. – Ходит тут, вынюхивает! Домой к себе вали, там и вынюхивай.

Домой Мариша не пошла. Она направилась прямиком к следователю, который вел дело об убийствах Варвары Сергеевны и Вани. По дороге Мариша позвонила еще и Вике.

– Ты как?

– Полный порядок. До дяди Толи еще не доехали. Но, кажется, уже скоро.

– Слава там рядом?

– А как ты думаешь? Мы же едем в его машине. А он за рулем.

– И сейчас тоже?

– Нет, сейчас мы все на бензоколонке. А я как раз в туалете. Жду тетку Раю. Ты чего хотела-то?

– Слушай, ты там поосторожней, – прошептала Мариша.

– С кем?

– Со Славой.

– Почему?

– Этот наш Слава, на самом деле он тоже родственник.

– Чей?

– Твоего деда.

Некоторое время в трубке было тихо. Видимо, Вика переваривала эту новость.

– Ты серьезно? – спросила она изменившимся голосом.

– Еще как! Я была у брата Льва Илларионовича и наткнулась там на Милу! Она его внучка! И, следовательно, двоюродная внучка Льва Илларионовича. А Слава – он двоюродный внук! И твой троюродный брат!