Московский лабиринт Минотавра - Наталья Солнцева

Спустя полчаса загорелся сигнал на переговорном устройстве.

- Вам кого? - не очень вежливо поинтересовался густой мужской бас.

- Я к господину Корнееву.

- Хозяина нет.

- Он мне очень нужен, - настаивал Всеслав. - По личному вопросу. Это касается автомобильной аварии.

Переговорное устройство молчало. По-видимому, обладатель баса с кем-то советовался или созванивался. Возможно, даже с самим Корнеевым. Во всяком случае, сыщик на это надеялся. И, как оказалось, не зря.

- Въезжайте, - прогудел бас, и ворота бесшумно открылись.

Дюжий охранник без лишних слов бесцеремонно обыскал приезжего.

- Вас проводят, - сказал он.

В сопровождении второго молодого человека крепкого телосложения господин Смирнов направился к дому. Отделанная натуральным дубовым шпоном бронированная дверь отворилась, впустила гостя и с глухим стуком закрылась за ним. Охранник остался на крыльце.

В просторном холле, увешанном бронзовыми канделябрами и медвежьими шкурами, Всеслава встретил рослый, плотный, моложавый мужчина в спортивной одежде. На его лице с правильными чертами выделялись синие глаза с длинными ресницами и тяжеловатый подбородок; черные волосы с проседью были коротко подстрижены.

- Корнеев, - представился он. - Чему обязан?

- Смирнов, частный сыщик, - тем же тоном назвал себя гость.

Брови хозяина чуть дрогнули, в остальном он ничем не выдал своего удивления.

«Хорош! - подумал Всеслав, оценивая Петра Даниловича. - Шестьдесят лет ему нипочем не дашь. Зубр! Матерый, красивый, хладнокровный и опасный».

- Прошу наверх, - Корнеев слегка наклонил голову, пропуская посетителя вперед. - Поговорим в моем кабинете.

Они поднялись по лестнице на второй этаж, в обставленный мебелью из черного дерева кабинет. Много книг, компьютер, большой, написанный маслом портрет женщины, сидящей вполоборота к зрителю: классические черты лица, гладкая прическа с тяжелым узлом волос на затылке, длинная шея, подернутый дымкой взгляд…

Смирнов невольно залюбовался. И совершил первую ошибку.

- Ваша жена? - спросил он.

- Надеюсь… - ответил хозяин кабинета.

Возникшая неловкость смазала начало беседы. Благоприятный момент был упущен. Сыщик замешкался, потерял мысль, ему пришлось сделать вид, что он разглядывает корешки книг.

- У вас прекрасная библиотека.

- Давайте перейдем к делу, - вежливо предложил господин Корнеев. - Я не привык терять время понапрасну. Чем привлекла внимание частного сыска моя скромная персона?

- Колесом, отвалившимся от вашего «Мерседеса», - взял себя в руки Всеслав.

- Вот как? Занятно.

Петр Данилович обладал тонким чувством юмора. В его глазах прятался смех, а лицо сохраняло серьезное выражение.

- Вы не могли бы припомнить обстоятельства того дорожного происшествия?

- Я уже объяснял, - вздохнул Корнеев. - Колесо спустило, менял резину. Видимо, в мастерской спешили, допустили оплошность: случайно что-то не закрепили как следует. Я не механик! Ехал на скорости, повернул, колесо соскочило, машину бросило на встречную полосу, снесло… потом удар, беспамятство. Когда пришел в себя, увидел, что врезался в столб. В чем, собственно, заключается ваш интерес, господин Смирнов? Все обошлось, претензий я никому не предъявлял. А ваши услуги стоят денег. Кто вас нанял? Мой сын?

- Нет. Большего я сказать не могу, обязан хранить тайну клиента.

- Значит, не Владимир… - задумчиво произнес Петр Данилович. - А я, признаться, подумал, что он об отце беспокоится. Выходит, кто-то еще неравнодушен к моей судьбе.

- Можно сказать и так, - не стал отрицать сыщик. - Недавно один человек погиб при похожих обстоятельствах: инженер Хованин. Вы его знали?

- Я не обязан отвечать на ваши вопросы.

- У его мотоцикла отвалилось колесо!

- Я тут ни при чем, - сухо заявил господин Корнеев.

Смирнов рискнул пустить в ход вторую козырную карту и вытащил из папки бумагу с планом подземелий.

- И этот чертеж вам незнаком? - с нажимом спросил он.

- Позвольте… - Петр Данилович бросил взгляд на бумагу. - Откуда у вас этот план?

- Что означают буквы С и К? Из-за этого плана убит человек.

Господин Корнеев уставился на сыщика, явно не принимая его слова всерьез.

- О-о! Вы расследуете убийство и пришли ко мне за разъяснениями. Как мило! Карта, где клад зарыт, секретный код С и К, тайны, романтика. Понимаю! В наш рационалистический век некоторые натуры тоскуют по приключениям.

- Приблизительно два года тому назад вы приходили с этим чертежом к профессору Вятичу. С какой целью?

В синих глазах бизнесмена промелькнул интерес.

- Было такое, - удивился он. - Только план был на потрепанной бумаге и выглядел несколько иначе. Вижу, вы успели проделать большую работу. Неужели из-за этого сомнительного плана? На что он вам? Ваш наниматель надеется разбогатеть за счет монастырских богатств? Ха-ха-ха! Смешно, ей-богу! Ну, показывал я бумажку со старинными каракулями известному историку, знатоку городских подземелий, но вразумительного ответа не получил.

- Где вы взяли чертеж?

- Да не брал я его! План - своеобразная семейная реликвия, которая переходила из рук в руки от бывшего инока Симонова монастыря Силуяна Корнеева. Предок мой полтора века тому назад постригся в монахи, а когда умер, личные вещи отдали ближайшим родственникам. Чертеж был вложен в молитвенник покойного Силуяна. Ко мне он попал вместе с дедовой библиотекой - выпал из молитвенника, а то бы и до сих пор там пылился, вместе со старыми книгами. Любопытство меня одолело - что, мол, за план такой? Может, он какую-то ценность собой представляет? Я в церковь Рождества Богородицы ходил, расположенную на территории бывшего монастыря, тамошних служителей расспрашивал, потом к профессору ездил. Везде ответы были похожи - может, монахи знали о какой-то части подземелий, но в настоящее время все данные о них утеряны. А может, рисунок и вовсе не имеет отношения к Симонову монастырю. Кстати… букв С и К на старой бумаге не было, как и красного пунктира.

«Силуян Корнеев! - вспыхнуло в уме сыщика. - СК - его инициалы? Но кто их написал? Хованин? Зачем?»

- А где похоронен Силуян? - спросил Всеслав, подобно утопающему, хватаясь за соломинку. Не от могилы ли сего инока ведет подземный ход к таинственным галереям?

Петр Данилович развел руками:

- Вблизи монастыря, наверное. Не знаю!

Версия Смирнова, которая казалась такой многообещающей, рассыпалась в прах.

- Покажите мне, пожалуйста, оригинал чертежа, - взмолился он. - Для сравнения. Речь идет о человеческих жизнях!