Яд бессмертия - Нора Робертс

Вызов поступил в неудачный момент. Нажав кнопку, Ева прошипела:

— Даллас. Я занята.

— Слышать твой голос — всегда удовольствие, — сказал неумолимый Рорк.

— У меня совещание.

— У меня тоже. Через полчаса я улетаю на строительство «Олимпуса».

— Улетаешь из Нью-Йорка?! А как же?.. Что ж, счастливого пути.

— Я не могу не лететь, Ева. Вернусь не позднее чем через три дня. Ты знаешь, как со мной связаться.

— Знаю. — Ей хотелось очень многое ему сказать — но все больше глупости, не предназначенные для чужих ушей. — Я тоже буду очень занята, — буркнула она вместо этого. — До встречи.

— Ты бы хоть иногда проверяла, какие вызовы поступают в твой кабинет, лейтенант. Мевис весь день не может тебе дозвониться. Представляешь, ты прогуляла примерку! Леонардо в унынии.

Рорк говорил слишком громко, но Ева заставила себя не обращать внимания на реакцию Касто.

— У меня другие заботы.

— Как у всех нас. Но я тебя очень прошу — выкрои для него минутку. Ради меня! По-моему, пора наконец выгнать эту толпу из нашего дома.

— Я давно хотела их выставить, но думала, что тебе нравится, когда вокруг толпится народ.

— А я думал, он твой брат, — пробормотал Рорк.

— Что?!

— Старая шутка. Нет, Ева, мне это совсем не нравится. Ведь все они отчасти маньяки! Только что я вытащил из-под кровати беднягу Галахэда. Кто-то украсил его бисером и красными бантиками. Это унизительно для нас обоих!

Ева прикусила язык, чтобы не рассмеяться. Рорк, впрочем, говорил все это самым серьезным тоном.

— Теперь, зная, что они и тебя сводят с ума, я буду действовать решительнее. Всех повыгоняю! — пообещала она.

— Сделай милость. Боюсь, тебе придется утрясти в мое отсутствие еще кое-какие мелочи, связанные со следующей субботой. Подробности узнаешь от Соммерсета. Все, мне пора. До встречи через несколько дней, лейтенант.

— Да… — сказала Ева и добавила, уже отключив связь:

— Счастливого пути, ты меня здорово подвел.

— Нет, правда, Ева, если тебе надо бежать к портниха и везти кота к психотерапевту, ты только намекни.

Мы с Пибоди сами разберемся с этой безделицей. Подумаешь, убийства!

Ева зловеще усмехнулась.

— Катись ты, Касто!

Что и говорить, Касто умел действовать окружающим на нервы, но его профессиональные навыки от этого не страдали. Редфорд действительно не собирался каяться. Как Ева над ним ни билась, все, чего она достигла, — это признание в мелких правонарушениях, связанных с наркотиками. Признанием в убийстве нескольких человек и не пахло.

— Давайте суммируем сказанное. — Ева встала, чтобы размяться, и плеснула себе кофе. — О «Бессмертии» вы впервые услышали от Пандоры. Когда это было?

— Я уже говорил: примерно полтора года назад, возможно, чуть раньше. — К нему полностью вернулось самообладание: с обвинениями, связанными с наркотиками, можно было бороться, и он считал свою позицию достаточно сильной. — Пандора явилась ко мне с деловым предложением. Так, во всяком случае, она назвала это сама. Заявила, что получила доступ к рецепту, который произведет революцию в косметике и фармацевтике.

— Всего-навсего? Ни слова о наркотических свойствах и об опасности для жизни?

— Тогда — ни слова. Она сказала только, что ей требовались средства, чтобы начать выпуск продукта под своим именем.

— Она показывала вам рецепт?

— Нет. Повторяю, она плела небылицы, много обещала. Согласен, я совершил ошибку. Меня сильно к ней влекло, и Пандора эксплуатировала мою слабость. Однако с деловой точки зрения проект выглядел осуществимым. Сама она принимала препарат в виде таблеток, и результаты были впечатляющими. Я собственными глазами видел, как она помолодела, постройнела, стала еще энергичнее, а уж в отношении секса… При условии грамотного сбыта такой продукт приносил бы огромную прибыль. А мне требовались деньги, чтобы вложить их в собственные, гораздо более рискованные проекты.

— Вам требовались деньги, но тем не менее вы продолжали ей платить, даже не располагая полной информацией?

— Да, некоторое время продолжал. Потом мне это надоело, и я проявил настойчивость. Пандора снова попыталась отделаться обещаниями, и тогда я заподозрил, что она хочет пуститься в одиночное плавание или переметнулась к другим партнерам, а меня просто выдаивает. Я решил, что необходимо все проверить самому, и обзавелся образцом препарата.

— Образцом?

Редфорд медлил с объяснением, как будто выдумывал его на месте.

— Пока она спала, я взял ключ и открыл ее шкатулку с таблетками. В интересах защиты своих инвестиций я изъял несколько таблеток для анализа.

— И когда же вы украли у нее наркотик?

— Это не может квалифицироваться как кража, — предостерег адвокат. — Мой клиент добросовестно оплатил продукт.

— Хорошо, давайте перефразируем. Когда вы решили повысить степень своей осведомленности в делах инвестируемого предприятия?

— Примерно полгода назад. Я отнес таблетки одному знакомому, связанному с химической лабораторией, и заплатил за анализ.

— Тогда-то вы и узнали…

Редфорд долго разглядывал свои пальцы.

— Я узнал, что препарат действительно обладает свойствами, о которых говорила Пандора. Тем не менее у человека развивается зависимость от него, что автоматически переводит его в категорию запрещенных. Регулярный длительный прием может закончиться смертью.

— И тогда, будучи законопослушным гражданином, вы смиренно сосчитали убытки и перестали в этом участвовать?

— Закон не требует от нас праведности, — спокойно парировал Редфорд. — Я должен был защитить свои капиталовложения. Я решил провести исследования, чтобы выяснить, возможно ли свести к минимуму или вообще устранить нежелательные побочные эффекты. Кажется, мы этого достигли — во всяком случае почти.

— А роль лабораторного животного играла Джерри Фитцджеральд?

— Тут я допустил ошибку. Возможно, я поспешил, но Пандора не переставала тянуть из меня деньги и заявляла, что скоро разгласит свои планы относительно продукта. Я хотел ее опередить и считал, что лучшей сообщницей в этом деле будет Джерри. Она согласилась испытать за плату продукт, созданный моими людьми. В виде жидкости. Но и наука, бывает, ошибается. Мы слишком поздно узнали, что средство и в таком виде создает зависимость.

— И остается смертельным!

— Как будто… Процесс протекает замедленно, но, боюсь, в долговременной перспективе средство все равно остается опасным для здоровья. Несколько недель назад я предупредил Джерри о возможности побочных эффектов.