Бандерша - Алексей Комов

Жлобы. Все, кто пришел в этот дурацкий ресторан. И не только по жизни, в чем никто (в моем лице) не сомневался. А в конкретном проявлении.

Когда мы с Физиком подошли к импровизированному минибару, я увидел, что на тарелочке, к которой я так стремился, осталось всего пара бутербродов с черной икрой! Когда только успели слопать?

Огорчение от подобной несправедливости у меня было таким сильным, что вытеснило неприятное подсасывание под ложечкой от предположений, о чем этот «предводитель команчей» хочет поговорить?

– Вино, коньяк, водку? – господину Викторову явно приятно было исполнять роль всемогущего хозяина этого действа.

Вино я не люблю в большом количестве, а бокал уже выпил. Водка – дело хорошее, но может ударить по мозгам. А этот орган моего тела мне сейчас особенно нужен в хорошем рабочем состоянии. Тем более, это только гнилые иностранцы пьют её, родимую, глоточками, а нам как-то не почину оставлять что-то в рюмке. Значит…

– … лучше коньяк!

– Поддерживаю. Надо уходить от совковых привычек.

Ха! «Совок»! Этот герой криминального мира всерьез считает себя новой демократической общественностью, избавившейся от страшного советско-большевистского наследства, клятого советского прошлого?! Кино и немцы!

– Пару бокалов французского, – распорядился он мальчику бармену.

Тот мгновенно исчез за портьерой, где, очевидно хранились запасы спиртного и съестного.

– Я подумал, что не мешает поговорить, – это он уже ко мне обратился, вальяжно и покровительственно. – Полагаю, у вас есть ко мне вопросы.

– Вы правы, есть!

– Задавайте, не стесняйтесь. Отвечу на все, без ограничений.

Явно на языке у него было «без базара». Но сдержался. Вопросов у меня к нему масса. И самое главное – какого черта они ко мне привязались? И почему своему высокому гостю меня представили, как руководителя медиа группы? Это что за группа? Я, сам того не ведая, стал пресс-секретарем Восточной ОПГ?

Но не будем суетиться под клиентом. Если рвется со мной поговорить – сам скажет. На рожон лезть не буду. Поиграем в саперов. Не в смысле ошибки, которая всего одна, а по поводу осторожности, чтоб ошибки не было.

– Есть! К примеру, как к вам обращаться?

Он усмехнулся и, повернувшись к стойке, забрал с подноса один из двух оставшихся бутербродов с икрой! Жлоб в квадрате. Я-то не могу сделать то же самое – неудобно жевать, когда он будет отвечать.

– А как хотите, – сказал он покровительственно, проглотив последний кусок деликатеса. – Как вам удобно. Можно по имени. Отчество, учитывая, что мы в одной возрастной категории, ни к чему. Хотите – Физик. Как позывной. Да, так называют. Наши ребята в Афганистане только так и обращались! И сейчас – в Чечне. Кликуха, погоняло – это всё для этих, кто себя криминальным авторитетом считает. Мы же просто – авторитеты.

О как! Нет, я бы точно о таком и подумать не мог. Мерзавец, конечно редкостный, но из идейных! Лихо он себя к реально воюющим ребятам примазал!

– Прошу вас! – бармен принес нам бокалы с коньяком. И предусмотрительно – бутылку коньяка. Я взглянул на этикетку. Дорогой напиток, без дураков. Хотя какие дураки на таком уровне! Только идиот бодяжить станет, если за это задницу оторвать могут!

– Ну, что ж. За плодотворное взаимопонимание! – на правах хозяина предложил тост Физик.

Выпили. Я глоток. Он – практически полный бокал. Как водку. У новых русских свои представления об этикете. Крякнул. И, ну точно жлоб, отправил последний бутерброд в свой бандитский рот!

– После этого бокала, думаю, можем и на ТЫ перейти, – предложил он.

– Давай, – согласился я. В конце концов, как не назови, главное в печь не ставь. С народной мудростью не поспоришь!

– По рукам. Ты не стесняйся – закусывай!

Ага, закусывай, когда всё лучшее он уже слопал. Ну ладно, хоть тарталетки с салатиком есть и канапе.

– Кстати, мне нравится, когда называют Физиком! Я ведь действительно физик. Закончил Бауманку. Не то, чтобы с красным дипломом, но вполне достойно! В лаборатории всякие штучки придумывал. Браслет с ребятами сделали, для тех, кто с давлением мучается. Если случается что-то с человеком, то браслет сам окружающим сигнализирует, что человеку надо помочь. Только оказалось, что нашей промышленности полезные людям разработки не нужны. После института распределился в НИИ. Серьезный институт. Изучали всякие сложные проблемы физики скальных пород. Вояки очень интересовались. Даже в самые сложные времена бабками не обижали… Есть предложение еще выпить! За славное инженерное прошлое!

Я поднял бокал и отхлебнул еще немного солнечного напитка. Интересно, а что этого делового «джентльмена удачи» новой России потянуло на откровение со мной. Я не священник. Грехов не отпускаю. Хотя старое правило: хочешь что-то узнать – не задавай вопросы, а научись слушать. Наберемся терпения. Тем более, что в зале, где мою несостоявшуюся «крестницу» сменил очередной аукцион, мне делать было нечего. Единственное, что беспокоило: ощущение, что за мной кто-то наблюдает. Оглядываться во все стороны было неудобно. Я украдкой посмотрел туда-сюда – ничего не заметил. Первые симптомы паранойи? Хотя давно известно: если у тебя паранойя – это не значит, что за тобой никто не следит!