Смерть в черном конвертике - Влада Ольховская

– Пришла? Давно пора. Садись, ты же гостья как-никак.

Она села на тот же стул, что и в первый раз, и заставила себя посмотреть прямо на Даниила – и была приятно удивлена. Потому что увидела – перед ней в ярко освещенной солнцем комнате сидит самый настоящий мужчина, а не человек-змея с жуткими глазами.

Даниил был очень бледен, но не от природы, а какой-то болезненно-бледный. Лицо его казалось острым из-за предельной худобы, а глаза вообще были вовсе и не желтыми, а просто необычного зеленого оттенка. Да и выражение лица иное – вместо прежнего, ничем непробиваемого равнодушия рептилии Агния увидела в его глазах искорки искреннего любопытства.

«Может, все-таки, эта судьба… так, хватить думать о всякой ерунде!»

– Вадим мне все рассказал, – сказал Даниил.

– И мне.

– Вот и хорошо, значит, мы оба в курсе событий. А начать нашу увлекательную беседу я хочу с главного: почему ты решила, что я имею какое-то отношение ко всем этим темным делишкам?

Агния не ожидала такого начала и поэтому смутилась еще сильнее. Ага, сейчас, так она ему и скажет – почему! Если она признается, почему так подумала, Даниилу это вряд ли понравится. Скорее всего, он просто вызовет Вадима и прикажет скормить наглую девку стае бешеных кроликов.

– Ну…

– Так, вот только бояться меня не надо, – оскорбился Даниил. – Я тебе, между прочим, жизнь спас! И не только. Капелька благодарности с твоей стороны отнюдь не будет лишней!

– Я и благодарна! – огрызнулась девушка. – Просто… мне стыдно. Правда! Я только теперь поняла, насколько же я была неправа…

– Э нет, не надо мне и лирики тоже! Я факты знать хочу. Люблю, знаешь ли, факты. Почему именно мне – в твоем восприятии всех перипетий – досталась роль главного гада? Я ведь сказал тебе сразу же, что с Кристиной Орлик я общался весьма поверхностно, так зачем бы мне ее убивать.

Агния решила начать с самой безобидной причины:

– Ты же и соврать мог! А потом, когда я пыталась убежать из клуба, ты проявил такую осведомленность, будто заранее к моему звонку подготовился. Вот я и решила, что ты пытаешься втереться ко мне в доверие!

– Ага, с деликатностью парового катка! Я что, на идиота похож? Если б я пожелал, чтобы ты считала меня своим героем и спасителем, я бы придумал сценарий похитрее, чем эти игры в догонялки!

– Но ты был таким спокойным…

– Агния, я всегда спокойный! – фыркнул он. – Особенность характера и профессии! Я знаю, когда следует собраться, а когда можно позволить себе пустую болтовню. А что касается клуба, то я тебе правду сказал. Удирал я как-то раз оттуда, примерно тем же способом, вот свой маршрут тебе и предложил. Нужно было действовать – и я действовал. А в итоге я же еще и козлом оказался!

– Изви…

– Проехали, – прервал ее он. – Ты еще не все мне сказала. Должна иметься еще какая-то веская причина, я ведь вижу. Ты же явно затачивала на меня зуб, а то и два, еще до своего приезда в клуб.

Ну вот, а она так надеялась соскочить с крючка! Хотя стоило бы догадаться, что опытный успешный адвокат окажется и хорошим психологом в придачу. Агния не позволила себе впасть в заблуждение на его счет: пока что Даниил был в прекрасном настроении, но в глубине его обрамленных густыми пушистыми ресницами зелено-карих глаз по-прежнему скрывалась змея. Или, точнее, змей.

Придется открывать карты.

– Вдова Андрея Дрима сказала, что ее мужа преследовал человек с глазами как у змеи, – смущенно прошептала девушка. – Я сразу о тебе и подумала…

Даниил удивленно моргнул и расхохотался:

– Это у меня, что ли, глаза как у змеи?! Ну спасибо! Мне всегда казалось, что они вполне человеческие!

Агния хотела было на него разозлиться, но вместо этого улыбнулась – слишком уж заразительно он смеялся. Не такой он и страшный… нет, он вообще не страшный! И не равнодушный.

И вовсе не негодяй.

– Мне теперь тоже так кажется.

– Да и вообще, – хозяин дома вдруг посерьезнел. – Каким это образом, по-твоему, я лично, на своих двоих, преследовал Андрея Дрима? Я уже полтора года как парализован!

Агния никогда не верила, что можно по-настоящему на минуту окаменеть с разинутым от изумления ртом. Теперь она в этом убедилась – лично. Последняя фраза Даниила «переехала» ее со стремительностью скорого поезда Москва – Санкт‑Петербург.

Только теперь она заметила, что ее собеседник сидит не просто в такой же, а в той же точно позе, что и в прошлый раз. Что за время их разговора он ни разу не шевельнулся. Что тело его из-за этого напоминает безвольную куклу, укутанную в шерстяной плед.

– Ну ты даешь! – восхитился Даниил. – И правда, ты ничего не знала, а я-то подумал, что Вадик в чем-то ошибся! Совсем, что ли, информацию об этом своем «человеке со змеиными глазами» не собирала, да? Не выяснила, кто я и чем занимаюсь?

– Времени не нашлось, – пролепетала Агния, мысленно отвешивая себе хороший пинок за эту «бабскую» интонацию.

– Да уж, ты у нас – дама предельно занятая, особенно в последнее время! Ну-ка, сними с меня плед, полюбуйся, кого именно ты боялась все это время!

– Я лучше не…

– Посмотри, – в его бархатистом голосе звякнул металл.

Девушке оставалось лишь подчиниться. Да и, честно говоря, она действительно хотела это увидеть.

Под пледом скрывалось еще более худое и изможденное, чем лицо, тело, одетое в темный спортивный костюм… Руки, ноги и торс прикреплены ремнями к специальному креслу. Из обеих рук тянутся какие-то трубочки и провода, соединяющие человека в кресле с медицинской аппаратурой, притаившейся в углу комнаты.

– Вот такой я страшный, – горько усмехнулся Даниил. – Двигать могу только головой и кистью правой руки. Остальное тело – будто и не мое вовсе! Поэтому я и торчу весь день у окна, поэтому и вижу многое. А вовсе не потому, что я маньяк какой-то, которому больше и заняться-то нечем! Если бы ты в прошлый раз не вылетела из моего кабинета со скоростью долбанутой половником по башке лани, могла бы и заметить, что я никого в принципе преследовать не могу.

Агнии нечего было на это возразить, и не только из-за отсутствия контраргументов. Просто голос ее предательски пропал, лишив ее малейшей возможности оправдаться.

Ее страх перед этим человеком исчез окончательно и бесповоротно, уступив место восхищению. Он – находясь в таком состоянии – сумел разобраться во всем происшедшим быстрее и эффективнее, нежели она, обладавшая всеми своими физическими и умственными ресурсами! Его, пусть и парализованного, боятся такие уроды, как Дима, и уважают такие люди, как Вадим!

Практически на уровне инстинктов она почувствовала, что перед ней совсем не обычный человек – очень сильный. И дело тут вовсе не в его физическом состоянии: излучать подобную внутреннюю энергию способен далеко не каждый. Даже находясь рядом с Артемом она не чувствовала ничего подобного.