Зигзаг неудачи - Валентина Андреева

Какое-то время еще шли дебаты по поводу того, где легче пережить неприятность. Решили, что от нее все равно никуда не деться. В итоге, все поднялись на второй этаж и разместились в бывшей комнате Серафимы. Открытый балкон обеспечивал вполне сносное существование, поскольку ветер был с моря. Так ничего и не понявший Ванечка пригрозил выпустить в какого-то Билла целую обойму и опять уснул – в нашей комнате.

Продолжать свой рассказ после Димкиного замечания мне не хотелось. Сухо заявила, что правду знает только Андрей и я с ним согласна. Сам детектив, загадочно ухмыльнувшись, пояснил, что Дмитрий Николаевич погорячился – не следовало прерывать очередную серию душещипательной истории. Ирина Александровна просто обосновывает причины, по которым вначале была вынуждена сделать ошибочные выводы. Ссылки дорогого мужа на то, что мой рассказ прерван исключительно из-за неисправности канализации, во внимание приняты не были. Наташка ехидно заявила, что прорыв нечистот – прямая реакция на замечания Дмитрия Николаевича. Каковы слова – такова и реакция системы. Это придало мне сил. Стараясь не показать своего торжества, я отвезла выделенное мне кресло подальше от Димки, к балконной двери, и с довольным видом плюхнулась… мимо него: подругу вдруг осенило, что я буду препятствовать поступлению в комнату свежего воздуха.

Веселье по этому поводу не смолкало долго. Андрей успел задремать, прислонившись головой к стене. Разборка стихийно утихла, когда я уже открыла дверь, чтобы отправиться спать, о чем и сообщила дочери. Только что веселившийся народ заявил, что я думаю только о себе. Спать хотят все. Проснулся Андрей и, зевая, подтвердил правильность последнего вывода. Я медленно развернулась и заявила, что согласна выдать лишь укороченный вариант моих умозаключений. Без лирических отступлений. И выдала. В общем, так: Яна является дочерью Галы. Сама Галина – либо близкая подруга, либо родственница Нельки – в свое время попала в затруднительное положение. Скорее всего, вынуждена была рожать без мужа и без средств к существованию…

– Ага-а-а… – бодро заметил Андрей. Наверное, выспался за пять минут. Почти, как Штирлиц. – Его, этого мужа, как раз посадили за подрыв экономической мощи СССР. Спекулировал валютой. Они с Галиной Аркадьевной и расписаться-то не успели.

– А кем Гала приходилась Красковской? – спросила я.

– Она – двоюродная сестра и лучшая подруга детства и юности Нелли Константиновны. – Андрей с силой потер ладонями лицо и встряхнулся. – Знаете, не мешало бы хоть немного поспать. Завтра утром много работы. – Он взглянул на часы и укоризненно покачал головой: – О-о-о… Спать!

Но выйти из комнаты ему не удалось – Наталья с Денькой надежно охраняли выход. Да и я случайно застряла рядом, с Денькиным поводком. От волнения и не заметила, как он запутался на дверной ручке.

– Ну хорошо, – сморщился Андрей и обреченно опустился на диван. – Красковская уговорила Галу взять дочь Серафимы, на время. Деньги большие, жить есть где – у отбывавшего наказание гражданского мужа двухкомнатная квартира в Москве. Там была прописана и его мать, но она с ранней весны и до поздней осени проживала в деревне. Было одно условие – не ставить Серафиму в известность о том, что у Галины имеется свой грудной ребенок. Иначе придется искать другую няню. И Галина согласилась. Но тут свекровь заявилась в разгар лета и велела Гале выметаться из дома куда глаза глядят. Иначе выселит с милицией. Не помогли и слезные просьбы Галины подождать хотя бы месяц – в течение этого времени должен был решиться вопрос об удочерении Серафимой маленькой Яны.

К сожалению, прямой связи с Серафимой Игнатьевной у Галины не было. В свидетельстве о рождении девочки, добытом не без помощи Красковской, значилась вымышленная фамилия матери. Как выяснилось, умершей женщины. В графе «отец» был прочерк. Неля, через которую Галина получала деньги, наверняка находилась в длительном отсутствии. Адреса Серафимы Игнатьевны Лопуховой Галина не знала – боясь огласки, та засекретилась не хуже агента иностранной разведки. Времени не было. Галина, принявшая решение уехать к подруге по техникуму, не могла взять с собой чужого ребенка, не знала, как устроится и с собственной дочерью… Из близких у нее была только Неля и отчим, женившийся в третий раз.

Андрей замолчал и взъерошил на голове волосы. Я сразу поняла, какое продолжение последует. Этот вывод и меня перепугал в свое время. Я сразу оставила в покое ручку двери вместе с поводком, нечаянно наступила собаке на лапу и села на кровать рядом с Дариной. Андрей едва заметно улыбнулся мне, глубоко вздохнул и продолжил:

– Из рассказа Красковской о любовном романе Серафимы, которую Галина знала по конспиративному имени как Лидию, Галина почерпнула сведения о законном отце ребенка – Полозове Леониде Сергеевиче. Та в разговоре случайно обмолвилась. Почти неделю Галина потратила на поиски Леонида через справочную службу и нашла.

Больная жена Леонида Сергеевича по медицинским показаниям не могла иметь своих детей. Только в отличие от Казимира Ильича по причине сложного порока сердца.

Андрей кинул быстрый взгляд на Дарину и тут же уставился в стену. А я вцепилась ей в руку так, будто она могла исчезнуть.

– Не подозревая, чья это дочь, она заменила Дарье Леонидовне родную мать, – глухо прозвучал голос Андрея. – Леонид Сергеевич так и не нашел в себе сил оторвать девочку от больной жены и признаться во всем Серафиме Игнатьевне. Так и жил – с постоянным ощущением вины перед этими женщинами.

– Не-е-ет!!!

Вопль Дарины заставил меня бросить ее руку и зажать ладонями уши.

Мигом подскочившая Наташка со словами извинения с размаху нахлобучила на голову девушки подушку. Та от неожиданности примолкла.

– Ты вопишь от радости, понятно?! – строго прикрикнула подруга. – У моей собаки инфаркт будет! Счастью своему не веришь? Две родных матери и только один отец! Да об этом только мечтать можно! Верно?

Ошарашенная Дарина молчала.