Я подарю тебе "общак" - Евгений Сухов

– А мы ни хрена и не нашли, – зло ответил следователь, мысленно прикидывая, как лучше действовать. – Кто-то побывал там до нас, причем очень давно. Вся эта затея с кладом – вообще полный бред.

Алекс, державший его, перевел слова Антонова на французский для Люка.

– Я и так все понял, – рявкнул разозленный парень на чистом русском языке, – я из семьи эмигранта, русского кузнеца, и дома мы всегда говорили на русском, тупица. – Затем он обратился к Антонову: – Слушай сюда, папаша, я сейчас досчитаю до трех, и если ты не скажешь, где спрятано сокровище, голова твоей мамы разлетится на кусочки. Я считаю – раз…

По глазам бандита Захар Петрович видел, что он не блефует. Но тут произошло неожиданное. На счете «два» девушка внезапно выхватила пистолет и, что-то вопя по-французски, выстрелила в воздух. Парень в белом костюме отвлекся и удивленно спросив:

– Сука, где ты взяла пистолет?

Захар Петрович понял, что пора действовать. Врезав державшему его бандиту в солнечное сплетение, он успел отвести его руку с пистолетом от своей головы и направить его на парня в белом костюме. Выстрел оказался на редкость точным. Люк получил пулю в висок. Выпустив Аллу Львовну, он рухнул на землю. Захар Петрович резко развернулся, ударил Алекса головой в лицо, схватил за горло и, удерживая руку с пистолетом, саданул в пах. Следующие пули ушли вверх, никого не задев. Девушка что-то кричала, но никто не обращал на нее внимания.

– Сука легавая! – с ненавистью прошипел Алекс.

– Сам сука, – процедил в ответ следователь и болевым приемом усадил противника на колени. Затем вывернул руку с оружием так, что ствол уперся бандиту в грудь, и нажал на спусковой крючок его же пальцем. Пули прошили Алекса насквозь. В его глазах застыло изумление. Высвободив оружие из рук умирающего, Антонов оттолкнул тело в сторону и прицелился в девушку:

– Немедленно бросьте оружие и поднимите руки вверх!

Девушка что-то ответила ему на французском, но пистолет не бросила, а продолжала целиться с дикими глазами куда-то в пространство между ним и матерью. Было видно, что у нее совсем снесло крышу. По щекам катились слезы, губы дрожали, и руки с пистолетом ходили ходуном.

– Черт! – вырвалось у Антонова. – Я сказал, бросайте оружие и поднимите руки, или я буду стрелять! Вы по-русски хоть слово понимаете?

Девушка вновь закричала что-то на французском и попятилась.

– Ты, стой на месте, или стреляю, – осторожно повторил Антонов, чтобы не испугать ее резким звуком. – Остановись!

Но девушка продолжала пятиться, обливаясь слезами. Затем развернулась и убежала в заросли.

Антонов тяжело вздохнул и опустил пистолет.

– Я испугалась, что ты выстрелишь в нее, – произнесла Алла Львовна, подходя к нему.

– Нечем было, патроны кончились, – буркнул он. – Теперь даже страшно подумать, что эта психованная, которая не знает ни слова по-русски, будет бегать по городу с пушкой в руках. – Достав сотовый, набрал номер Баранова: – Привет. Присылай людей на старое кладбище возле порта. У нас тут пара трупов образовалась…

Дрожа от ужаса, Зое вошла в съемную квартиру. Она осталась одна в варварской стране. Дорогу сюда она помнила слабо, так как была в состоянии аффекта и не соображала, что творится вокруг. Помнила только, как села в машину Алекса, как гнала, не разбирая дороги, и ей со всех сторон сигналили. И все. Что теперь делать? Где найти помощь? Тут ей на глаза попался ноутбук Люка. Она открыла его, и на мониторе вспыхнула надпись: «Для соединения введите пароль». Зое подглядела пароль, когда Люк настраивал соединение. Он не догадывался, что клавиатура отражается в плоской зеркальной люстре наверху. Она ввела цифры, но компьютер не принял пароль. Лишь с восьмого раза ей удалось набрать правильную комбинацию. Утирая слезы, она вглядывалась в изображение больничной палаты и старика, лежавшего на кровати.

– А где Люк? – удивленно спросил Мало, убрав кислородную маску от лица.

– Его убили фараоны, – честно призналась Зое и хотела добавить, что ей нужна помощь, но старик дико заорал, попытался встать с постели, а потом рухнул на кровать и застыл с остекленевшим взглядом. На кардиограмме пошла сплошная линия, и сработала сигнализация. Зое видела, как палату заполнили люди в белых халатах. Минут пять предпринимались попытки запустить сердце. Затем Мало вскрыли грудную клетку, и один из врачей констатировал смерть.

Звонок во входную дверь заставил Зое вскочить из-за стола. Затем в дверь стали громко стучать:

– Откройте! Это милиция! Немедленно открывайте!

Зое дрожащей рукой подняла пистолет. Первым в дверь ворвался здоровый парень в гражданском с пистолетом в руке, за ним участковые в форме. Зое выстрелила. Пуля прошла выше, никого не задев. А вот оперативник не промахнулся.

– Эй, кладоискатель, наши парни нашли эту француженку, – весело сказал Баранов, подходя к сидевшему на могильной плите следователю. – И немудрено, она, как на танке, прошла через весь город, сметая все на своем пути. Только чудом никто не пострадал.

– И что она, оказала сопротивление? – вяло поинтересовался Антонов.

– А то, – кивнул Баранов, – еще как. Игнатов ее подстрелил.

– Насмерть?

– Нет, в плечо. Она теперь в больнице, – улыбнулся Баранов. – Знаешь, жаль, что в склепе ничего не было. Прикинь, если бы клад был, какую поляну тебе бы пришлось накрывать всему управлению.

– А иди уже, – махнул на него Антонов и тяжело вздохнул.

Баранов ушел к остальным, суетившимся вокруг трупов у склепа. Антонов еще раз вздохнул и подумал, что не стоит сидеть на холодном, так можно и простатит заработать. Поднявшись, он отряхнул штаны и посмотрел вниз на плиту. Ему показалось странным, что на остальных могилах стояли обычные кресты, а здесь вместо креста лежал камень. Охваченный профессиональным любопытством, Захар Петрович присел и стал счищать с надписи грязь. Он не поверил своим глазам, когда смог прочитать: «Лапин Сергей Ипатьевич». Больше не было ничего. Ни даты рождения, ни даты смерти, ни эпитафии.

– Вот оно что, – потрясенно пробормотал следователь и, поднявшись, посмотрел на своих. Объявлять о находке принародно он не собирался. Если и это окажется «пустышкой», то кличка «кладоискатель» навсегда приклеится к нему.

Захар Петрович сделал все по-другому. Он дождался, пока все уедут, отвез мать домой и вернулся на кладбище утром, с ломом и лопатой. Свернув с могилы плиту, стал копать. К обеду лопата ударилась о крышку истлевшего гроба. Затем доски под ногами не выдержали, и следователь провалился внутрь. Разобрал обломки и нашел истлевший мешок в изголовье гроба. Никакого тела внутри не было. Он разорвал пальцами мешок, и в лучах солнца сверкнули бриллианты…