Мулатка в белом шоколаде - Дарья Калинина

В голову ему полезли разные глупости. Пантелеймонов был растерян. А растерянный мужчина почему-то всегда глупеет.

– Вдруг я ошибся в ее ко мне чувствах? Вдруг она меня не любит?

Конечно, ужасно испытывать подобного рода подозрения в отношении любимой девушки. Но что ему думать, когда эта самая любимая девушка запросто отправляется вместо запланированного любовного свидания с ним на прогулку в обществе двух своих подруг? И еще эта их странно крепкая дружба с Лесей! Боже мой, да они даже ночуют в одной квартире. Правда, потом говорят, что делают это потому, что вдвоем им не так страшно. Но ведь это может быть лишь предлогом.

– Почему же она мне в таком случае ничего не сказала? – пробормотал Пантелеймонов, пребывая все в той же растерянности.

И тут же хлопнул себя по лбу и воскликнул:

– Ну ты и дурак, приятель! Как она могла тебе сказать, коли понятия не имеет о твоих к ней чувствах. Ты же ей еще в любви не объяснялся! Вот объяснишься, тогда, быть может, и услышишь.

И Пантелеймонов сначала приуныл, а потом решил, что он объяснится Кире прямо сегодня вечером. А до тех пор будет за ней следить. Надо же ему знать, когда придет подходящий момент для объяснения?

К чести Магомета Али, он даже не задумался, что за отношения могут быть у троих девушек. И тени подозрения в его голове не мелькнуло. Однако Ольга сразу не понравилась и ему. Но уже по другой причине. Он нутром чуял, что эта фифа способна натворить немало бед. И втянуть его дорогую доверчивую и совершенно не знающую темной стороны жизни Лесю в какую-нибудь опасную авантюру.

Магомет Али был человеком наивным только отчасти. Особенно же это касалось его отношений с женщинами. Кате удавалось долго водить его за нос именно по этой причине. Магомет Али отказывался понимать, что любимая может вовсе его и не любить, а просто использовать. И именно из-за этой избирательной слепоты в своей Лесе он видел лишь одну сторону ее натуры. О том, что его милая Леся способна дать Ольге сто очков вперед по части способности влипать в различные авантюры, он не догадывался.

Но так или иначе, оба мужчины приняли мудрое решение продолжать следовать за подругами. При этом бдительности они не теряли. И, уже подъезжая к кладбищу, оба совершенно точно знали о присутствии рядом с собой товарища по несчастью.

Тем не менее вступать в контакт не торопились. А просто выжидали, как будут разворачиваться события. Сначала три девушки скользнули через дыру в ограде кладбища. А спустя порядочное время оба мужчины с некоторым изумлением увидели, как обратно с кладбища возвращается знакомая им рыжеволосая девица, но уже в гордом одиночестве.

– А куда же делись девчонки? – прошептал Пантелеймонов.

Магомет Али ничего шептать не стал. Он просто запыхтел и начал выбираться на дорогу из своей машины, намереваясь перехватить Ольгу и прямо поинтересоваться, где ее подруги. Ничего плохого он на уме не держал.

– Вы не бойтесь, – предупредил он незнакомку. – Я друг Леси. Вы не подскажете, долго она еще там будет возиться?

Услышав, что подозрительный детина кавказского типа всего лишь приятель Леси, Пантелеймонов немедленно успокоился. А вот рыжеволосая девица, которой адресовался вопрос, отреагировала на слова детины весьма странно. У Пантелеймонова даже челюсть отвисла, когда он увидел, как при виде приближающегося к ней дюжего громилы рыжеволосая рванула в сторону, петляя между могил, и одним махом сиганула через забор.

Магомет Али замер посреди дороги с открытым ртом, глядя вслед огненному зигзагу. Он не понимал, чем мог напугать девушку. Что такого он ей сказал? Тем не менее инстинкт охотника и преследователя немедленно взыграл в нем. Дичь бежит? Надо ее догнать! И он помчался за девушкой.

Видя, что вся потеха может произойти без него, Пантелеймонов выскочил из своей машины и присоединился к погоне. Он был куда легче на ногу, чем грузный Магомет Али. Пантелеймонову удалось сначала догнать, а потом и опередить Магу. Но все же рыжеволосая оставалась недосягаемой и для него. Теперь она скакала по дороге, словно коза. И ее рыжие волосы стелились за ее спиной длинным огненным шлейфом.

– Ты кто такой? – пропыхтел на бегу Магомет Али, обращаясь к Пантелеймонову.

– Я – друг Киры!

– Ага. А это девица кто?

– Не знаю!

– Она мне не нравится!

– Мне тоже!

– Надо догнать ее!

– Поднажмем!

И мужчины поднажали. Но девушка мчалась легко, как вспугнутая газель. А ее преследователи напоминали пару диких носорогов. Однако стелящиеся на ветру волосы красотки сыграли с ней злую шутку. Одна прядь зацепилась за торчащую из проржавевшей ограды завитушку. И девушка была вынуждена задержаться, чтобы освободить волосы. Их-то она сохранила. Но изначальную скорость потеряла. И Магомет Али с Пантелеймоновым вцепились в девушку с двух сторон.

– Помогите! – заверещала та во всю силу своих легких. – Убивают! Спасите!

– Молчи, дура! – разозлился Пантелеймонов.

– Никто тебя не убивает!

– Спасите! – продолжала вопить девица. – Насилуют!

Магомет Али попытался зажать ей рот. Но лишь сморщился и отдернул руку. Шустрая красотка кусанула его своими острыми зубками до крови. Вдалеке раздались тревожные крики. А затем из-за кустов появились суровые ребята, держащие оружие наготове. И скомандовали:

– А ну, вы там! Отпустите девушку! Немедленно!

Спорить с ними ни у Магомета Али, ни у Пантелеймонова охоты не возникло. Они разжали руки. И девица тут же рванула прочь. Магомет Али кинулся было за ней вдогонку. Но был остановлен бдительным окриком.

– Стоять! – заорал один из них.

Приказ был адресован обоим. Не послушался его только Магомет Али. За что и получил прикладом по затылку. А наглая девица умчалась прочь и скрылась в темноте.

– Догоните ее! – изнывал от собственного бессилия скрученный охранниками Пантелеймонов. – Я работник угрозыска! У меня в кармане документы. У нас оперативное мероприятие!

Но документы Пантелеймонова не произвели на кладбищенскую охрану должного впечатления.