Вакансия маньяка занята (сборник) - Алексей Макеев

Присев на краешек рабочего стола и попыхивая зажатой в зубах сигаретой, Крячко быстро просматривал сделанные Коневым в блокноте заметки.

– Николай Губенко. Семьдесят пятого года рождения. Бизнесмен, – прочел он одну из записей лейтенанта и поднял на него задумчивый взгляд: – Губенко… Губенко… Ну да, конечно! Припоминаю. Бизнесмен! – Стас презрительно фыркнул. – Из него такой же бизнесмен, как из меня чемпионка мира по женскому синхронному плаванию. Кстати, а в природе вообще существует мужское синхронное плавание? Никогда не слышал… А ты, Лева?

Гуров не ответил. Сидя перед включенным компьютером и не отрывая глаз от экрана, Лев уже минут двадцать сосредоточенно просматривал интервью полполковника Зацепы на сайте ФСБ и словно пытался отыскать какой-то скрытый подтекст между строк.

– Хрен с ним, с плаванием, – изрек Станислав и вновь обратился к Коневу: – Короче, Губенко этот только на бумаге может именовать себя бизнесменом… Он дважды судимый вор-домушник. Причем специализируется в основном на кражах драгоценностей. Имеет несколько каналов сбыта, настолько хитрых и засекреченных, что через барыг-информаторов на него не выйти. Кличка «Губа»… Два или три года назад он проходил по одному из наших дел как соучастник, но доказать его вину тогда не удалось… Отпустили, короче.

– Но до этого он ведь как-то получил две свои судимости, – напомнил Конев.

– Верно. Но это давно было, по молодости еще… Когда, можно сказать, Губа был юн и неопытен. А теперь… Выходит, его застрелили на юбилее Бушманова?

– Так точно, товарищ полковник.

– Интересно… – Крячко вновь зашелестел блокнотом. – А ведь целью во всей этой истории мог быть именно Губа, а не Бушман. Отработал его возможные контакты, лейтенант? С кем он работал? Чем конкретно занимался? Привлекался, не привлекался…

– Не успел, товарищ полковник. Я начал работать с верхушки списка. Телегин, Лычков, Велиханова… Поднимаю информацию по родственникам и близким друзьям погибших. Я подумал, что случившееся после перестрелки на дне рождения Бушманова могло быть и элементарной частной местью.

– Могло быть, могло быть, – кивнул Станислав. – Мысль неплохая, лейтенант. Но работаешь ты уж больно медленно. Это нехорошо. А ведь я рассматривал тебя в качестве напарника, когда старика Гурова отправят на заслуженную пенсию.

– Это вряд ли, товарищ полковник, – осторожно улыбнулся Конев. – Я же увольняюсь. Заявление уже написал. Это мое последнее дело…

– Ах да! – Крячко спрыгнул со стола, прошелся по кабинету и остановился за спиной Гурова, который так и не отрывался от монитора, курсором смещая текст ниже и бормоча: «Это странно, очень странно… И как-то притянуто за уши…»

– Чего ты там бубнишь, старый маразматик? – Станислав собирался добавить еще что-то, но неожиданно его мысли скакнули совершенно в ином направлении. Оставив Гурова в покое, он вернулся к своему столу и обратился к Коневу: – Кстати, лейтенант! У тебя фоторобот с собой? Ну, того деятеля, который убил двух милых девушек в отеле «Лотос»…

– Само собой, товарищ полковник. – Рука Конева потянулась к нагрудному карману рубашки.

– Дай-ка взглянуть.

Приняв от лейтенанта сложенный вчетверо лист бумаги, Стас развернул его, пристально вгляделся в фоторобот, затем прикрыл ладонью верхнюю часть лица портрета подозреваемого и нахмурился:

– Вроде похож… Хотя… Трудно сказать. Далеко он все-таки от меня был. Но нижняя часть определенно имеет сходство… Губы, подбородок.

– На кого он похож, товарищ полковник? – живо подобрался Конев.

– На человека, устроившего сегодня стрельбу возле торгового центра. Ты это… – Крячко вернул фоторобот коллеге. – Размножь-ка портретик и отправь с ним парочку оперативников на Кантемировскую. Пусть пошарятся по торговому центру, поспрашивают… Может, кто и опознает стрелявшего. Усек?