Ментовской беспредел - Владимир Колычев

В мебельном салоне было тихо и уютно. В дальнем углу скучает девушка, парень в синем комбинезоне ей что-то говорит, отчаянно жестикулируя, но, как ни старается, развеселить не может. Игнат подошел к ним, остановился, пристально посмотрел на продавщицу.

– Вам чем-то помочь? – встрепенулась она.

Оторвала попку от стула, поднялась на ноги.

– Чем ты мне можешь помочь? – насмешливо спросил он.

– А это смотря что вы желаете. Есть мягкая мебель, есть корпусная...

Мебель ему в принципе нужна. В его тайной квартире старый диван, расшатанная кровать, кухня совсем плохая – неплохо бы заменить.

Но в магазин Игнат пришел не за этим.

– А Михаил Тихонов есть?

– Михаил Андреевич?.. Э-э... Нет его... – неуверенно протянулся девушка. – А зачем он вам нужен?

– А я ему сам скажу, зачем он мне нужен, – усмехнулся Игнат. – Я к нему пройду.

Он преспокойно взялся за ручку двери, ведущую в подсобку. Там у Тихона небольшой кабинет. Типа, офис...

– Я же говорю вам, нет его! – попыталась остановить его продавщица.

Так Игнат ей и поверил.

Он подошел к двери в директорский кабинет, с силой дернул ее на себя. Закрыто. Еще раз дернул. Посильней.

– Кто там? – страдальчески, на глухих басах отозвался Тихон.

Игнат еще раз дернул дверь. Еще.

– Да что за мать твою! – заорал Тихон.

Дверь распахнулась, и к Игнату вышел растрепанный мужик. Белая шелковая рубаха наполовину вылезла из черных отутюженных брюк, ворот расстегнут, узел хорошо ослабленного галстука где-то на плече.

– Что такое? – недовольно спросил он.

– Что за вид? – строго посмотрел на него Игнат. – Заправься!

– Игнат Алексеевич!.. – опешил Тихон. – Тебя и не узнать... Ну да, у тебя же проблемы...

– Проблемы у всех нас, – криво усмехнулся Игнат.

И прошел в кабинет. И увидел причину неряшливого вида его подчиненного. На диване сидела смазливая тетушка лет тридцати пяти. Стильная, модная. Всегда приятно смотреть на женщину, которая следит за собой. И даже не обращаешь внимания, что помада частью стерта с губ. Ведь это всего лишь издержки любовной игры...

– Простите, если помешал, – сухо извинился Игнат.

– Варя! Извини! – в мольбе обратился к женщине Тихон. – Срочное дело!

– Позвонишь мне, – понимающе ответила Варя.

Поднялась, подошла к зеркалу, молча поправила прическу, подкрасила губы. И была такова.

– Развлекаешься? – спросил Игнат.

– Э-э, такая женщина! – блаженно закатил глаза Тихон. – На пять лет меня старше, так я б ее ни на какую молодуху не променял...

– А у тебя что, жена старая? – Игнат сел на диван.

Салон у Тихона небольшой, окраина города. Не тот размах, чтобы устраивать себе большой и навороченный директорский кабинет. Но, видимо, у Тихона была слабость к таким помещениям. Комната, хоть и небольшая, вход прямо из коридора. Но стиль «евроофис» налицо: компьютер, факс, ксерокс – все прибамбасы. Возле небольшого директорского стола примостился кожаный диванчик. Уютно здесь.

– Да нет, молодая, двадцать два года недавно стукнуло... Женат я. И Варя замужем. Приходится крутиться...

– Жена знает?

– Да нет.

– Продавщица у тебя молоденькая. Может сообщить, из женской солидарности.

– Кто, Верка? Да нет, никогда... Она своего мужа любит... Вот если бы мы с Веркой крутили, а потом Варя появилась... Ты же знаешь, нет ничего страшней отвергнутой женщины...

– Да, знаю.

Тихон продолжал говорить про свои с женщинами хитросплетения, но Игнат его не слушал. Перед глазами встала Виолетта. Он балдеет в джакузи, она подходит к нему. Ее шелковый халат так и норовит соскользнуть с обнаженного тела. Она хочет ему отдаться. А он мало того что отвергает ее, он еще посылает ее за Ксюшей... Нет ничего страшней отвергнутой женщины... А ведь он перед ней даже не извинился.

– Игнат Алексеевич, по чуть-чуть? – спросил Тихон.

Он скрутил «шею» небольшой бутылке армянского коньяка, наполнил две крохотные рюмочки. Стал нарезать лимон.

– Хорошо живешь, Тихон. Магазин, жена, любовница, коньячок...

– Так разве ж мой магазин, общаковое ж все... – смущенно посмотрел на него пацан.

– Ладно грузить, – отмахнулся Игнат. – Кредит общаковый ты уже давно вернул. Салон чисто твой. И не надо оправдываться. Я за тебя только рад...