От судьбы не убежать - Айрис Джоансен

– Я тоже, – тихо сказал он. – Может, я сам справлюсь? Донован отвезет тебя в лагерь и пригонит трейлер.

Фрэнки посмотрела на него испытующе:

– Справишься?

– Превосходно. – Он обнял ее и повернулся к Доновану. – Тогда вы втроем езжайте. Было бы здорово, если бы вы пригнали трейлер к тому времени, как мы выйдем на дорогу.

Когда Блокмен, Донован и Фрэнки ушли, он вернулся к Грейс.

– Мы можем хоть как-то поторопить лошадей?

– Вероятно, нет. Думаю, они измучены и хотят пить. А это значит, что настроение у них тоже не из лучших. Блокмен проверил маски, которые я на них надела?

– Я проверил. Очень осторожно.

– Проверю еще раз. – Грейс посмотрела на небо. – Похоже, светлеет. Очистится оно когда-нибудь или нет?

– Трудно сказать. Но ветер почти утих. – Килмер оглянулся на дорогу. – Кажется, я вижу Пару.

– Чарли и Хоуп, – поправила Грейс.

– Как скажешь.

– Нет… Они нашли Фрэнки. А называя их Парой, ты… лишаешь их индивидуальности. Они этого не заслужили.

Килмер оглянулся, и на его лице появилась улыбка.

– Значит, Чарли и Хоуп.

– Ты все еще хромаешь. Нужно было оставить со мной Донована и…

– Ни за что. – Килмер посмотрел ей прямо в глаза. – Мое место здесь.

Боже. Она не в силах отвести взгляд.

Килмер кивнул и посмотрел на приближающихся лошадей.

– Не похоже, чтобы они торопились. Может, поговоришь с ними и объяснишь, что мы спешим.

– Они не всегда слушают. – Грейс сама едва слышала свой голос. – И им пришлось нелегко.

– Всем нам пришлось нелегко. – Он остановился, увидев, что Чарли взвился на дыбы. – Эй, я не собираюсь делать тебе ничего плохого. – Килмер поморщился. – Смешно, правда? Ты можешь раздавить меня, как слон жука. Ладно, скажи, что мне делать.

– Оставь его мне. А ты присмотри за жеребенком.

– Какое унижение! Разжалован в няньки. – Килмер посмотрел на жеребенка. – А он симпатичный. Очень симпатичный. Пойдем, приятель.

Грейс шагнула к Чарли и погладила его. Жеребец подергивался и раскачивался из стороны в сторону. Да, то, что пережили лошади за весь этот день, могло потрясти и более покладистых животных. Просто удивительно, как им еще удается сохранять относительное спокойствие.

– Потерпи. Все почти закончилось. Еще немного, и мы заберем вас отсюда, – прошептала она. – Спасибо, парень…

– Мама! – тихо позвала Фрэнки. – Уже светло, и буря закончилась. Ни ветерка. Можно я пойду к загону и проверю Маэстро?

Половина седьмого утра. Грейс зевнула.

– Еще только светает. Вчера, когда мы устроили лошадей, все буквально валились с ног. И лошадям нужно поспать.

– Я просто хочу его увидеть. После вчерашнего… Он так боялся. – Фрэнки вздернула плечи. – Просто хочу на него посмотреть.

Потому что боится потерять жеребенка. Точно так же, как Грейс боялась за Фрэнки.

– Знаю. Иди сюда. – Она протянула руки, обняла дочь и принялась раскачиваться вместе с ней. – Я тебе говорила, как я тебя люблю?

– Не разнюнивайся, – сказала Фрэнки, но все равно уткнулась лицом в плечо матери и крепко обняла ее. Несколько секунд они не шевелились. – Я тоже вчера за тебя боялась. Но помнила, что ты говорила, что нужно верить Джейку. Он же не подвел, правда?

– Да, не подвел. – Грейс снова обняла дочь. – И ты тоже. И я. И мы все.

Фрэнки улыбнулась.

– Правда, забавно, что Чарли позвал Джейка?

– Чарли очень умный.

Фрэнки кивнула.

– Как наш Чарли. Я правильно назвала жеребца в честь Чарли, правда? Может, Чарли это бы тоже понравилось. Как ты думаешь?

– Думаю, Чарли гордился бы, что жеребец, который тебя спас, назван в его честь.

– Знаешь, когда я лежала в песке с Маэстро, то думала о Чарли. И все время слышала его музыку. И от нее мне было как будто… тепло. Я больше не боялась.

Грейс сглотнула – спазмы сжимали горло.

– Хорошо, Фрэнки.

– А когда пришел Джейк, я поняла, что все будет в порядке. И не потому, что он мой отец. У некоторых моих подруг отцы неудачники.

– А тебе нравится, что Джейк твой отец?

– Не знаю. – Фрэнки покачала головой. – Это… странно. Мне нужно привыкнуть.

– Ты меня осуждаешь?

Фрэнки удивленно посмотрела на нее.

– Почему? Мне нравится Джейк, но ты моя мама. Я тебя люблю. И нам было хорошо без него.

Грейс усмехнулась.

– Просто спрашиваю. – Она встала. – Иди проведай жеребенка. Я оденусь и тоже приду в загон.

Когда через сорок пять минут Грейс появилась у загона, там стоял шейх и разглядывал лошадей.

– Похоже, буря им не повредила.

– Ваши пластиковые маски очень помогли. Но вы были правы: обе лошади сильно потели. Вчера вечером мы с Фрэнки почистили их и промыли им глаза. – Она поморщилась. – Замучились.

– Я удивлен, что вы вообще смогли это сделать.

– Я тоже. Наверное, в минуту опасности они научились немного нам доверять.

– Исключительные лошади, – сказал шейх. – Я помню, как восхищался ими, когда их тренировал Бертон, но с тех пор успел забыть, какие они красавцы. Что вы собираетесь с ними делать? – Он улыбнулся. – Возможно, меня можно убедить, чтобы я взял их на свое попечение.

– Вы очень добры. – Грейс улыбнулась ему в ответ. – Полагаю, наследники Бертона имеют на них право, но вряд ли захотят их забрать. У них была нелегкая жизнь, и я не хочу рисковать, подвергая их новым испытаниям.

– Я очень добр к моим лошадям.

Грейс покачала головой.

– Я обещала Чарли, что позабочусь о нем. И выполню обещание.

Шейх кивнул:

– Понимаю. Ответственность. – Он повернулся. – Мне пора возвращаться в свой лагерь и заняться тем, за что отвечаю я. Рад был познакомиться. Надеюсь еще увидеть вас и вашу дочь.

– Вы были очень добры, но, как мне кажется, мы с Фрэнки какое-то время будем держаться подальше от этой части планеты.

– Воспоминания тускнеют, а я покажу вам ошеломляющую красоту пустыни.

– Эта буря меня действительно ошеломила.

– Верно. – Он усмехнулся. – Но и подарила нам шанс.

Грейс долго смотрела ему вслед.

– Он не преувеличивал. – Повернувшись, она увидела Килмера. – Адам всегда говорит то, что думает. Он очень гордится своей пустыней и понимает, ты провела тут не самые лучшие дни.