Эра Стрельца - Наталья Андреева

– Ты его любишь?

– Любила когда-то. Раз замуж вышла. Он ведь не был таким. Все изменилось после того, как я вышла на работу. Из декрета. Года три назад. На меня столько свалилось! Работа, ребенок, домашние дела… У нас не было времени поговорить. Иногда мне казалось, что с Володей что-то происходит. Он стал жадным. До денег. Стал фантазировать о том, как было бы хорошо поехать за границу, отдохнуть. В пятизвездочном отеле. Купить машину, иномарку. Пойти в дорогой ресторан поужинать. Говорил, что мы живем серо, скучно. Без фантазии. Что я не умею тратить деньги. А какие деньги? Его и мою зарплату? Я не понимаю, что я должна была сделать?

– Саша, успокойся. Делать должен был он, потому что он мужчина.

– Он работает в автосервисе, у него хорошая зарплата. Не понимаю…

– Лена его сбила с толку.

– Летом мы ездили в отпуск к нему на родину. Володя врал, что автомастерская принадлежит ему. Говорил всем, что он хозяин. Деньгами швырялся. Я плакала. Он сказал, что я дура, что надо уметь пускать пыль в глаза. Кто проверит?

– Саша…

– Ему не нравилась моя профессия. Говорил, что это не престижно. Высмеивал мою одежду. Мою зарплату. Я говорила: хорошо, тебе не нравится, где я работаю. Не нравится, как я одеваюсь. Не нравится, что я говорю. Давай разведемся. Его волновала квартира. Мол, не разменяешь, потому что однокомнатная. Ему идти некуда, он иногородний. Так и жили. Молча. Мне казалось, что-то должно произойти. Но то, что они сделали…

Она в ужасе покачала головой. Алексей накрыл ладонью ее руку:

– Саша. Помоги мне. Они должны за это ответить. Владимир говорит, что деньги ему подбросили.

– Подбросили? Кто?

– Да кто угодно!

– Я все время была дома. Посторонние не заходили. Соседка тетя Маша подбросила? Наташа Михайлова? Смешно!

– Тебе придется об этом сказать.

– Кому?

– Следователю. Тебя вызовут к следователю. Надо дать показания.

– Леша, ведь он мой муж! А она моя сестра!

– Тебе надо подать на развод, – мягко сказал он.

– Сейчас?

– Вы давно уже не ладите. Подумай, он твоих родителей убил!

– Да, да.

– На суде ты сможешь дать показания. А я… Меня скорее всего отстранят от дела. Как лицо заинтересованное. И влепят очередной выговор. Но подарочек я им на прощанье преподнесу.

– Как все это… не по-человечески. Неужели нельзя было по-другому? На что они рассчитывали?

– О! Рассчитывали они верно. Твоя сестра – очень умная женщина. Если ее вину докажут, она сядет лет на пятнадцать. На десять минимум. Там ее таланты оценят. Даже страшно подумать, что будет дальше с Еленой Завьяловой!

– Не надо об этом… Я теперь не знаю, как буду в глаза людям смотреть, как буду по улицам ходить. Мой муж и моя сестра – убийцы!

– Так же, как раньше. Ходи и смотри. Представь, что ты живешь на необитаемом острове. Я, например, заметил, что все глупости мы делаем из желания произвести впечатление на окружающих. Человеку так мало надо. Крыша над головой, тепло и еда. Все остальное не для себя. Удовольствие мы получаем, когда о наших «достижениях» узнают другие. Я, мол, отдыхал за границей, жил в пятизвездочном отеле, мне там было скучно, потому что шел дождь и не с кем словом перекинуться. Я выл от тоски и слушал язык, в котором не понимаю ни бум-бум. Глупо. Твоя сестра – несчастная женщина, она через это прошла. Добрые люди, будучи несчастными, помогают другим добиться счастья. Злые делают несчастными всех, кто находится в пределах их досягаемости.

– Леша, Леша… Какой ты смешной!

– Ладно, пусть смешной, – надулся он. – Знаешь что? Давай-ка выпьем!

– Да я не пью.

– Я, что ли, пью? Стресс надо снимать. У тебя водка есть?

– Водка? Должно быть есть. В холодильнике.

– Давай сюда.

– Я водку пить не буду! – решительно сказала Саша.

– Я вижу на столе апельсиновый сок. Сейчас я приготовлю тебе за-ме-ча-тель-ный коктейль! – Алексей поднялся и подошел к холодильнику.

– Значит, ты решил меня споить? И раздобыл ключи от квартиры уехавшего в командировку приятеля? – прищурилась Саша. – Я помню твое признание.

– Я решил действовать честно. Завтра я познакомлю тебя с моей мамой! – сказал он, наливая в бокал водку, сок и бросая кубики льда.

– Леша!

– А что такого? Она хотела внука. Посидит с Сережкой, а мы погуляем. Тебе надо развеяться, прийти в себя. На, держи. – Он протянул Саше бокал.

– За что пьем? – спросила она, заглянув в стакан. Там, в оранжевой жидкости плавали кубики льда.

– За все хорошее. За жизнь, которая продолжается. Не кисни.

– Я приеду за вами завтра, – сказал Леонидов, выходя поздно вечером из ее квартиры.

Мальчика надо приручать постепенно, а не так – проснулся, а в комнате чужой дядя! Да и Саша этого не допустит. Возможно, завтра он останется здесь ночевать. А Сережка познакомится с бабушкой.

Кстати, о бабушке. Он вновь возвратился за полночь. Мама сидела у телевизора и смотрела боевик. Алексей знал, что боевиков она терпеть не может. Значит, не замечает, что там идет, по телевизору. Занята своими мыслями.

– Мама, почему ты не спишь? – спросил он. И напомнил: – Ночь на дворе.

– Потому что ты вообще не спишь. Сегодня ночью мне позвонила пьяная женщина, и мой сын уехал ее спасать. То есть это уже было вчера. Потому что уже за полночь, Леша. Еще одна ночь, и твой новый подвиг. Где ты был?

– Мама, я взрослый мальчик.

– И все-таки?

– Мама, я, кажется, женюсь!

– О, Господи! Где мои сердечные капли?

– Я тебя не понимаю, – сказал он, доставая из серванта валокордин. – Новость, которой ты давно уже ждешь. Радоваться надо, а у тебя сердце! Надеюсь, что это от радости. На, держи!

– Кто она? – спросила мама, одним глотком выпив капли.

– Та самая женщина, – со значением сказал Алексей.

– Из лифта?

– Из жизни. Это хорошая новость. А есть еще лучше.

– Леша, ты меня пугаешь…

– У нее сын. Мальчик шести лет. Завтра я его к тебе привезу.

– О, Господи!

– Еще капель?

– Да.

– Теперь я вижу, что ты по-настоящему счастлива.

Она заплакала.

«Ничего, обойдется», – подумал Леонидов. Они сильные, его женщины. Они справятся.

Он был не прав. Жизнь состоит из сна, еды, проблем и любви. Когда любовь – не проблема.

Проснулся Алексей рано и с торжеством посмотрел на будильник. «Я тебя обманул! Попытку произвести отвратительный звук пресек в корне!» И надавил на кнопку. Вот так! У него было удивительное чувство. Волнение, от которого все тело словно покалывало крохотными иголочками. Он уже знал смысл этого иглоукалывания: предчувствие удачи. Оставалось проверить возникшую догадку.