Эффект присутствия - Михаил Юрьевич Макаров

«С паршивой овцы хоть шерсти клок», — рационально подумал.

Заварив чай, Петрушин от конца к началу пролистал «Уездное обозрение». Прочитал столбик анекдотов, ни один из которых не сподвиг его на улыбку. Из гороскопа узнал, что Ракам на следующей неделе нужно сосредоточиться на карьере, а физические нагрузки могут оказаться для них стимулом к самодисциплине. В части карьеры Валера отнесся к прогнозу скептически, но что касается физических нагрузок, тут звезды зрили в корень. В субботу он планировал расчистить снег у ворот гаража и скинуть его с крыши.

Листая газету дальше, Петрушин наткнулся на большую статью под названием «Чёрный передел или белая стрела?». Из заголовка публикации и фотоколлажа, на переднем плане которого омоновец в камуфляже и маске крутил руки стриженному наголо братку с толстой цепурой на шее, явствовало, что она посвящена криминальной теме. Валера углубился в чтение.

«Увиденное напомнило мне сцену из крутого гангстерского боевика. Кузов обнаруженной на тихой окраинной улочке “девяносто девятой” был изрешечен пулями. Размеры входных отверстий красноречиво свидетельствовали о том, что в руках преступников был целый арсенал оружия разных калибров, от пистолетов до автоматов. На передних сиденьях автомобиля в изломанных позах застыли трупы двух молодых мужчин, буквально изрешеченные пулями. У обоих имелись ранения головы — следы контрольных выстрелов в упор. Действовали, безусловно, профи. Проводившие осмотр сыщики признались мне, что даже им, видавшим виды, не по себе от особой жестокости двойного убийства.

Трудно поверить, что эта страшная находка обнаружена не где-нибудь в кварталах Гарлема, а на улице нашего с вами провинциального среднерусского городка. И не когда-нибудь, а в канун Нового тысячелетия.

Нам стало известно, что правоохранители пока придерживаются единственной версии: бандитские разборки. При этом они руководствуются, в первую очередь, данными о личностях убитых, судимых за ряд тяжких преступлений и освободившихся из мест лишения свободы в ушедшем году. Отнесемся уважительно к нелегкому труду оперативников. Подобная версия имеет право на существование и должна быть всесторонне проверена.

Однако в распоряжение нашей редакции попали уникальные сведения о совершенно иной подоплеке убийства года. Оговорюсь, что в настоящее время это не более чем предположение, но замалчивать его — аморально. Так вот, имеется гипотеза, что данное преступление совершено членами так называемой “Белой стрелы”, тайной организации, созданной сотрудниками спецслужб для устранения силовым путем наиболее одиозных представителей криминалитета.

Являлись ли убитые З. и К. членами организованного преступного сообщества или они были обычными спортсменами, попавшими в начале лихих девяностых в беспощадные жернова правосудия, и намерена выяснить редакция нашего печатного органа. Отлично понимая, каким опасностям мы подвергаем себя, выходя на тропу войны с криминалом, тем не менее, мы сознательно начинаем собственное независимое журналистское расследование происшедших событий. О результатах расследования мы будем незамедлительно ставить в известность наших читателей на страницах газеты. Пожелайте нам удачи в бою. Продолжение следует…»

П. Никандров.

«Смотри-ка, раньше ей фамилия “Н. Прохоров” была, а сейчас “П. Никандров” стала. Замуж, что ли, снова вышла? Ну, Голянкина! Ну, наплела мокрощелка!» — Петрушин, всерьёз не воспринявший прочитанную ересь, снисходительно усмехнулся.

Горячий чай восстановил тепло в Валериной груди. Самочувствие его было вполне приличным, и даже неизбежность ненавистной писанины почти не портила настроения. Нахождению в тонусе способствовало осознание того, что сегодня крайний день, короткая смена. А вечерком они с Вовой собирались закатиться в одно хитрое место, отметить наступающее Рождество Христово. Ванька Пшеничный проставлялся в честь своего устройства на хорошую работу. Петрушин сложил газету на заметке «Черный передел или белая стрела?» и, привстав, метко бросил на стол напарника.

В половине десятого в кабинет пришел Сутулов, был он хмур и озабочен.

— Затрахали! — первое слово он выпалил, не заикнувшись, зато следующие выталкивал из себя в несколько приемов, с искривленным от напряжения лицом. — У н-нас с-свое на…начальство есть! Н-ни в одном ра…р-районе не п-помыка…каю-у-ут так у-у-убойщиками!

— Чего случилось? — Валера, видя, что Сутулов закуривает, толкнул к нему пепельницу.

Нервно затягиваясь, майор рассказал, что Птицын, который ещё даже не назначен начальником криминальной милиции, и под большим вопросом: будет ли назначен, наехал на него на сходке чисто по беспределу. Обвинил, что сотрудники МРО, которые должны идти первым номером в раскрытии сложного резонансного убийства, пытаются загрести жар чужими руками. В частности, РУБОПа и розыска. Информации у МРО — ноль целых, хрен десятых.

— Т-твою и-информацию, Ва… Валера, он с-сказал, ч-чтобы т-ты н-на г-гвоздик в т-толчке по…повесил! — кипятился Сутулов, раздувая побелевшие ноздри.

Еще и.о. начальника КМ предъявил «мрошникам» претензии по поводу того, что те до сих пор не выяснили, в каком адресе установлен стационарный телефон, по которому, как следовало из распечатки, Зябликову звонили вечером накануне убийства. Оправдание Сутулова, что распечатку они надыбали только вчера после обеда, в качестве уважительной причины принято не было. В результате МРО была дана «цэуха» сегодня же получить в районном узле связи сведения о телефоне, своими силами провести установку по месту его нахождения и побеседовать с вдовой Зябликова, которая могла слышать интересующий разговор.

— Т-так ч-что, Ва…Валера, езжай в РУС с за…запросом. Я — к С-Светке Зяблик-ковой п-почапал…

— Зашибись, — сказал Петрушин, — я ж аналитикой собирался заниматься. Мне ж Птицын всю плешь проел, что в ОПД — бардак.

На это Сутулов сообщил, что с документами Валера вполне сможет поработать восьмого числа, в субботу, объявленную Птицыным рабочим днем.

— Я в субботу не могу! — Кроме уборки снега в гараже у Петрушина был запланирован поход на хоккей.

На открытой площадке стадиона «Металлист» в тринадцать ноль-ноль «Гальваник» принимал лидера областного чемпионата — григорьевский «Символ». Валера, по молодости отыгравший пять сезонов за «Гальваник», не имел права пропустить принципиальную встречу. А