Последнее шоу - Майкл Коннелли

— Чушь! В клубе стрелял не он.

— Откуда вы это знаете?

— Просто знаю, и все. Мы с ним были хорошо знакомы. Это не он.

— Что ж, расскажите об этом лейтенанту Оливасу.

— Что конкретно он говорит?

— Ничего он не говорит. По крайней мере, мне. Но один из убитых в клубе был связан с мафией.

— Да. Джино Сантанджело. С семьей из Вегаса.

— Вот именно. Дальше можете продолжить сами.

Бэллард на мгновение задумалась.

— Что продолжить? — спросила она. — Я вообще ничего не понимаю.

— Вы же первая догадались, что преступник — коп. Просто взяли под подозрение не того копа.

— Итак, в клубе стрелял Честейн. Убил Сантанджело, а мафия нанесла ответный удар. Такова рабочая версия? Извините, мне не верится. С чего бы Кенни стал такое делать?

— Потому-то мы решили поднять его биографию. Собственно, по этой причине я и звоню.

— Даже не думайте. Я не стану помогать вам повесить все на Честейна.

— Видите ли, никто не собирается выдвигать голословных обвинений. Если у Честейна в прошлом нет темных пятен, тем лучше. Но проверить нужно.

— И что вы от меня хотите?

— Четыре года назад вы еще были напарниками?

— Да.

— У него тогда были финансовые проблемы. Он не рассказывал?

— Не говорил ни слова, — изрядно удивилась Бэллард. — Что за проблемы и откуда вы о них знаете?

— Копаюсь в его прошлом. Или уже забыли? Я поднял его кредитную историю. Он пропустил девять платежей по ипотеке, его лишили права выкупа. Чуть не потерял дом, а потом все проблемы рассосались, как по щелчку пальцев. Банк получил деньги, и Честейн снова стал кредитоспособен — словно ничего не было. Не знаете, как такое случилось?

— Говорю же: я даже не знала, что у него проблемы. Он не рассказывал. Вы не говорили с Шелби? Может, ему помог какой-то родственник.

— Не говорил. Пока мы не готовы с ней беседовать. Информации маловато. А разговор будет не из легких.

Бэллард молчала. Обычно Честейн нервничал только из-за работы. В остальном же он был само спокойствие. Бытовые проблемы, включая финансовые, его не тревожили.

И Карр, похоже, кое о чем забыл.

— Что насчет Метро? — спросила она.

— Метро? — произнес Карр. — О чем вы?

— Паренек. Свидетель. Мэтью Робинсон.

— Ах, этот. Он что, называет себя Метро? Мы его пока не нашли. И, честно говоря, не надеемся найти.

— Но какое у него место в вашей версии?

— Ну, мы знаем, что в пятницу около пяти он звонил Честейну. Тот отправился его искать. Мы думаем, Честейн решил, что Робинсон представляет для него опасность.

— Значит, он убил Робинсона, спрятал тело. Возможно, где-то закопал. Потом поехал домой, а в гараже его поджидал киллер. Он выстрелил Честейну в голову, прежде чем тот вышел из машины.

— А потом забрал пистолет.

— Верно, потом забрал пистолет.

Оба надолго замолчали, понимая, каким будет следующий вопрос.

— Оливас по-прежнему руководит расследованием? — спросила Бэллард.

— Да, он старший. Но не нужно об этом, Рене. Баллистика есть баллистика. Против нее не попрешь. И против финансовой истории тоже.

— Но зачем забирать пистолет? Я про убийцу в гараже. Зачем он унес единственную вещь, способную подтвердить или опровергнуть вашу версию? Ведь остальные улики косвенные. Они ничего не подтверждают.

— Пистолет могли забрать по сотне причин. И раз уж мы говорим о косвенных уликах, есть еще один момент.

— Какой?

— В ОВР нет открытых дел на Честейна. Но есть общая папка, куда подшивают анонимные жалобы: от «такой-то коп мне нагрубил» до «такой-то коп постоянно заходит ко мне в магазин и бесплатно берет апельсиновый сок», ну и прочие неприятные моменты.

— Так, поняла.

— Я уже сказал, что на Честейна нет открытых дел, но в общей папке имеются два анонимных сообщения: «некий коп — имя не указано — проигрался в карты и не смог выплатить долг».

— Карты? Что за карты?

— Там не указано. Но сами знаете, при желании у нас в городе нетрудно найти игру с высокими ставками — если знаешь, где искать.

Бэллард покачала головой, хоть Карр и не мог этого видеть. Оглянулась, чтобы убедиться, что никто не подслушивает разговор. В зале было пусто: по большей части детективы закруглялись к четырем пополудни. Тем не менее она спряталась в своей секции и тихо сказала Карру:

— Все равно не верю. У вас нет ничего, кроме пропавшего пистолета, а его, как вы сами сказали, могли забрать по сотне причин. По-моему, вам интереснее повесить все на Честейна, а не найти его убийцу.

— Ну вот, опять это слово «повесить», — произнес Карр. — Мы не собираемся ничего «вешать». И знаете что? Я не понимаю вас, Рене. Всем известно, что два года назад Честейн бросил вас на произвол судьбы. Ваша карьера покатилась под откос, вы оказались на «ночном сеансе». И вы тем не менее защищаете Честейна, хотя всем ясно, что нет дыма без огня. А в этом деле полно дыма.

— В том-то и дело: полно дыма. Когда я работала в ОРОУ — прежде чем моя карьера, предположительно, «покатилась под откос», — одного дыма нам было маловато.

— Если есть огонь, мы его найдем.

— Удачи в этом начинании, Карр. Поговорим позже.

Отключившись, Бэллард какое-то время неподвижно сидела за столом. Это она выдвинула версию, что в клубе стрелял коп. Теперь же эта версия обратилась в чудовище, готовое пожрать Честейна.

Интересно, как скоро Карр выяснит, что Бэллард носит на лодыжке «Ругер-380».