Хранители смерти - Николай Иванович Леонов

Гуров вдавил педаль газа в пол и успел в последний момент проскочить на зеленый.

– Я завтра попробую навестить этого Стива Кормана, – напомнил Гуров. – Ланская вспомнила адрес.

– Навести.

На следующем перекрестке Гуров уже не лихачил. Торопиться было некуда. На сегодня он больше ничего не планировал.

– Спасибо Полине, – в который раз за время пути вспомнил Петр Николаевич. – Вот это память!

– Да, она очень нам помогла. Удивительная женщина. Передал ей продукты?

– Нет, в мусоропровод выбросил, – возмутился Орлов. – Конечно, передал. Еле уговорил взять. Не хотела. Гордая.

До Петровки оставалось минут двадцать пути.

* * *

Орлов вышел из «Пежо» и вдруг, о чем-то вспомнив, вернулся обратно.

– Я сейчас к экспертам, а потом домой, – предупредил он. – Если у них что-то готово, я сразу сообщу. И тогда уже будем исходить из того, что есть. Если у тебя будут какие-то мысли, звони в любое время суток. Сегодня я как-то позабыл, что с утра по мне прокуратура катком проехалась. Поэтому, Лева, соберись, пока Стас на больничном.

– А когда было иначе? – удивился Гуров. – Давай, Петр Николаевич. На связи.

* * *

Попасть в подъезд удалось с первого раза. Лев Иванович помог юной мамаше затащить на ступеньки коляску со сладко спящим малышом, после чего поднялся на четвертый этаж и нашел дверь, подходящую под описание: вторую от лестничного пролета по левую руку. Правда, подойти к ней не успел – дверь открылась, и на пороге появился совершенно квадратный пожилой мужчина в белой растянутой футболке и шортах. В его руках был пакетик, завязанный узлом. Очевидно, с мусором.

Увидев в двух шагах от себя Гурова, он застыл на месте от неожиданности.

– Добрый день, – поспешил поздороваться Лев Иванович. – А я, кажется, к вам.

Мужчина с интересом осмотрел полковника с головы до ног.

– А мы знакомы? – спросил он на чистейшем русском.

По пути к Корману Гуров совсем не подумал о том, как именно они будут общаться. Правильнее будет сказать так: Гуров был уверен в том, что американец, который уже в восьмидесятых годах прошлого века бывал в Москве и спокойно общался с советскими гражданами, вряд ли имеет трудности из-за языкового барьера. Так оно и вышло.

– Нет, мы пока не знакомы, но надеюсь это сейчас исправить, – улыбнулся Гуров и достал из кармана удостоверение. – Полковник Лев Гуров. Уголовный розыск.

Корман даже бровью не повел. Внимательно изучив ксиву, он пожал плечами и посмотрел на пакет в руке.

– Ну, что ж. Если такая острая необходимость, я готов.

И все-таки акцент чувствовался. Едва заметный. Однако речь все равно была чистой. Американец не спотыкался на словах, произносил их правильно, не делал пауз, пытаясь вспомнить падежные окончания. Нет, он просто говорил не задумываясь.

– Проходите, пожалуйста.

Квартирка Стивена Кормана, в отличие от хором Аллы Ланской, во времени не застряла. В углу прихожей отдыхал робот-пылесос, рядом притулилась пара роликовых коньков весьма внушительного размера.

Гуров машинально обратил внимание на ноги Кормана, благо шорты не скрывали, а, наоборот, подчеркивали худобу и кривизну его мохнатых нижних конечностей. Судя по размеру обуви, коньки принадлежали американцу.

– Ну что же вы остановились? – дружелюбно поинтересовался Корман. – Проходите в комнату. Правда, там у меня все завалено бумагами, но убрать их я никак не могу, иначе потом все забуду.

Он явно преувеличивал степень хаоса. Комната отнюдь не была завалена книгами. Но вот та часть, где стоял легкий раскладной письменный стол, страдала от их количества. Книги лежали не только на столе, но и на полу, и даже на подоконнике.

– Присаживайтесь.

Гуров занял предложенное ему кресло. Для себя Корман очистил от книг стул.

– Уголовный розыск? – приподнял он одну бровь. – Сколько лет живу в России, но с полицией никогда не встречался. Во всяком случае, вот так.

Лев Иванович пожал плечами.

– Все когда-то случается в первый раз, – отпустил он плоскую шутку.

– Теряюсь в догадках, – вежливо улыбнулся Корман.

В отличие от затхлого воздуха в квартире Аллы Ланской в квартире Кормана пахло кофе и, как ни странно, стиральным порошком. Присутствовал и еще один запах, Гуров назвал бы его ароматом уюта и благосостояния. Точнее сказать было нельзя.

– Когда-то у вас был друг – Виктор Громов, – начал издалека Лев Иванович. – Помните такого?

Корман на мгновение опустил голову и кивнул.

– Он не был моим другом, – поправил он. – Мы не успели стать ближе. Если честно, я бы очень этого хотел.

– Простите, в каком смысле? – не понял Гуров.

– Мы были знакомы и в некоторой степени даже сроднились духом, – объяснил Корман. – У нас были одинаковые мысли, мы понимали друг друга. Если бы не его исчезновение, я бы нашел в лице Виктора одного из самых близких мне людей.

Вот оно что. Неужели уголовному розыску снова повезло? Не только в том, что Стив Корман дожил до нашего времени, не покинул страну и не переехал по другому адресу, а еще и потому, что общался с Громовым довольно тесно. Есть ли шанс, что он прольет свет на причину его исчезновения? Несомненно. Нужно только задавать правильные вопросы, а на этом Гуров за годы службы собаку съел.

– Почему вы о нем спрашиваете? – нетерпеливо поинтересовался американец. – Мы потеряли его очень давно, уже и надежды не осталось.

– Кто это «мы»?

– Мы – его жена Алла и я. С Аллой я с тех пор не общаюсь, но насколько успел ее узнать, уверен, что она очень переживала. Она звонила мне после того, как он не вернулся домой, но я ничем не мог помочь.

– Вы не общаетесь с Аллой, но знаете, что она переживала? – спросил Гуров.

Корман сложил руки на груди.

– А разве кому-то на ее месте было бы плевать? Не думаю. Я просто уверен, что она до сих пор его ждет. Скажите, с чем связан ваш визит? Почему вдруг всплыло имя Виктора?

Гуров не стал уходить от вопроса. Действительно, почему он здесь?

– На днях в одной из московских квартир был обнаружен труп мужчины, замурованный в стену. По предварительным данным, он может принадлежать Виктору Громову. Сейчас полиция пытается установить личность погибшего.

Корман в изумлении открыл рот. Потом зачем-то посмотрел на стол, взял в руки книгу в толстой обложке и положил ее себе на колени.

– Вы же не уверены, да? – с надеждой в голосе спросил он.

– Не уверены, – подтвердил Лев Иванович. – Но все говорит о том, что