Серийный бабник - Дарья Калинина

К сауне подруги прибыли в точно оговоренный срок. Подобная пунктуальность не осталась незамеченной.

– Молодцы! – одобрила их моложавая брюнетка с ярко накрашенными губами. – В любой работе точность всегда приветствуется.

Одета она была в красное платье, открывающее ее сильные смуглые ноги. Гладкие, блестящие и без единого волоска. В вырезе платья была видна полная грудь. И, как без труда поняли подруги, это и была та самая Мила – владелица маленького борделя, слегка, самую малость замаскированного под сауну.

– Ну что, – одобрительно оглядев подруг, произнесла Мила. – Внешне вы мне подходите.

Подруги радостно переглянулись. Хотя, если рассудить, чего радоваться-то? Не велика честь, что вас приняли за шлюх. Но оказалось, что и проституткам при поступлении на работу следует подготовить резюме. Этого подруги не знали. И посыпавшиеся из Милы вопросы стали для них неожиданностью.

– Расскажите, где вы работали прежде? И почему ушли? Где жили? Где родились?

Врать следовало осторожно. Эта Мила могла знать многих, если не всех содержателей питерских борделей.

– Мы приезжие сами, – неожиданное признание словно само собой сорвалось с губ Киры.

– И откуда пожаловали?

– Из Саратова.

– И чем же вам родной город не угодил?

– Жизнь там бедная. Клиентов мало. Вот мы сначала в Москву думали податься. Да по дороге с Костиком познакомились. Он нас и надоумил к вам обратиться.

Похоже, Милу этот рассказ удовлетворил.

– Значит, прописки или регистрации у вас нет?

– Нет.

– А паспорта?

– Тоже нет.

– Какие-нибудь документы? – допытывалась Мила.

Прямо КГБ в мини-юбке, честное слово! Куда она их набирает? Можно подумать, в элитные войсковые подразделения по соблазнению дипломатов неприсоединившихся стран!

– Нет у нас документов. На вокзале все украли.

– А визитку, которую вам Костик дал, выходит, не украли?

– Все украли! Деньги, паспорта и даже номер телефона самого Костика. Кстати, не подскажете его нам?

– Подскажу. Если только вы мне опишете вашего Костика.

Подруги описали.

– Ах, вот какой Костик! – воскликнула Мила, и на ее лице появилось странное выражение. – Костик-торопыга.

Леся при этих словах Милы внезапно залилась багровым румянцем. У нее даже уши покраснели. Кира с интересом покосилась на девицу. И, поняв, о чем идет речь, тоже усмехнулась. Вот, значит, как! Костик-торопыга. Несложно догадаться, за что проститутки дали мужчине такое прозвище.

Однако смех смехом, а забывать о деле негоже.

– Дадите его телефон?

– Откуда он у меня? Костик – один из наших клиентов. Но вовсе не мой близкий друг.

– Жаль, – произнесла Леся. – А часто он тут бывает?

Мила улыбнулась.

– Никак влюбилась? – спросила она. – Зря. Костик не из тех, кто будет тебя содержать и подарки дарить. Крохобор. Думаете, почему он вас ко мне послал?

– Почему?

– Да потому что у нас с ним уговор: он мне не меньше трех новеньких в месяц присылает, а я ему делаю скидку на услуги девочек.

Ах, этот Костик! Он проявлялся еще с одной, самой худшей своей стороны. Словно гнилое со всех сторон яблоко – как ни крути, а где укусить, не найдешь. И если ограбление антикваров Леся еще могла бы ему простить, то скупость – никогда.

– Да еще и к проституткам регулярно заглядывает и даже скидку имеет у них! – прошептала ей на ухо Кира. – Тоже кавалер!

Но Лесино чувство к Костику и так стремительно таяло, словно кусок льда в горячей воде. В конце концов от пылкой любви осталось одно жгучее желание расквитаться с мерзавцем, по вине которого им пришлось сунуться в этот притон. В порыве гнева Леся совсем позабыла, что Костик знать не знает о том, что они тут. И уж конечно, совсем этого не хотел.

Мила тем временем с сомнением разглядывала подруг.

– Не в моих правилах брать девочек без документов, – произнесла она наконец, – но уж ладно. У нас сегодня большой наплыв ожидается. Так что я вас возьму. Расценки обычные. Пятьдесят процентов вам, пятьдесят мне. С клиентами не драться. У нас девиз: «Клиент всегда прав, если платит». Вам понятно?

– А сколько платит? – поинтересовалась Кира, не успев ужаснуться тому, что ее в самом деле волнует этот вопрос.

– Сто долларов в час, и вы его со всеми потрохами, – отбарабанила Мила.

– Сто – это только нам?

– Если на двоих, то да. Ну, хватит вопросов. Идите! Работайте!

Подруги растерялись. Они-то, наивные, полагали, что их, вроде стажеров, возьмут для начала понаблюдать за действиями более опытных товарок. Но, похоже, они произвели на Милу впечатление настолько самостоятельных, что в испытательном сроке не нуждались.

– Как? Прямо сейчас?

– А чего ждать? – улыбнулась Мила. – Говорю же, у нас сегодня аврал. Тренинг проводить некогда!

Выходя от нее, подруги заметались.

– Вот попали! – прошептала Леся. – Просто влипли! Это что же делается? Мы с тобой так не договаривались!

– Знаю! Но нам нужно найти Костика, скрутить его и выполнить свой гражданский долг!

– Если для этого придется спать с другими мужиками за пятьдесят долларов в час, то пропади он пропадом, этот гражданский долг! Мне моя честь дорога.

– Еще о невинности своей вспомни!

– Кира!

В голосе Леси звучала такая укоризна, что Кира в самом деле устыдилась.

– Ладно, чего ты трепыхаешься? – примирительным тоном произнесла она, опуская руку на дверную ручку. – Сейчас подружимся с кем-нибудь из девочек. Они нам про этого Костика все выложат. И мы смоемся.

– Как?

– Через чердак! – отрезала Кира и распахнула дверь.

От открывшейся им картины подруги в буквальном смысле слова оторопели. Весь предбанник (или как там называется холл при сауне) был полон полуголыми мужскими и женскими телами. Причем мужчины все, словно на подбор, были на редкость отвратительны. Возможно, в одетом состоянии недостатки их фигур корректировала хорошо сшитая или удачно подобранная одежда. Но в полуобнаженном виде ничто не мешало им демонстрировать кривоватые волосатые ножки, толстые животы и бочонкообразные торсы.

Женщины выглядели малость получше. Но все же подруги смекнули, что миф о прекрасных жрицах любви – это всего лишь миф. Девушки выглядели изможденными и совсем не сексуальными. Несмотря на все попытки расшевелить клиентов, дело у них двигалось туго. Видно, их тоже собравшиеся «красавцы» не вдохновляли на сексуальные подвиги во имя процветания Милы и ее «Выпуклого зеркала».