Любовь и ежики - Дарья Калинина

– Но я же не виновата, что простудилась, – пыталась оправдаться Инна. – Тут жуткий холод. А Бритый подчеркнуто игнорирует свои супружеские обязанности. И сплю я одна. А ведь именно сейчас я была бы готова простить Бритому все его прошлые прегрешения.

– Да? – с сомнением спросила Мариша. – С чего бы это вдруг?

– Ну, он так кстати оказался тут, – сказала Инна. – И он послал своих ребят, чтобы они подстраховали Юльку. Так что, может быть, Бритый и не всегда не прав, когда отправляет охранников, чтобы они обеспечивали мою безопасность и берегли меня в первую очередь от меня самой. Я ведь тоже понимаю, что характер у меня не сахар. И Бритому пришлось со мной изрядно поволноваться. Так что…

– Так что? – спросила ее Юля. – Ты вернешься к Бритому?

– Только после того, как он все-таки проконсультируется у специалиста по поводу своей страсти вмешиваться в мои дела! – сердито сказала Инна. – А так я была бы рада воссоединению, да только…

– Что «да только»? – спросила у нее Мариша.

– Да только, похоже, он теперь не хочет этого самого воссоединения, – грустно закончила Инна.

– Притащился бы Бритый в такую даль и стал бы тут по пояс в снегу улики выковыривать, если бы не хотел тебя обратно заполучить! – фыркнула Мариша. – Но воссоединяться тебе с ним еще рано.

– Почему ты так думаешь? – спросила Инна.

– Потому что убийцу Павла мы еще не нашли, – ответила Мариша. – А я знаю, как только ты помиришься с Бритым, он тебя затащит в койку и не выпустит неделю, не меньше.

Инна мечтательно прикрыла глаза и совсем уж мечтательно пробормотала:

– Да, ты права. Неделю, не меньше.

Мариша недовольно посмотрела на подругу и потребовала встряхнуться и выбросить пока все не относящиеся к расследованию мысли о Бритом из головы.

– Вот послушайте, девчонки, что я надумала… – сказала она подругам.

После того как Сорокин закончил разговор с Топорковым, подруги подловили его, когда он был в одиночестве, и завели разговор о той пожилой женщине, которая, по словам соседей Ангелины, угрожала ей и Павлу смертью, если Павел не вернется к ее дочери. И Сорокин их не разочаровал.

– Я ее уже нашел, – сказал он. – Они с дочерью живут в квартале от дома пропавшей Ангелины. Но ни этой женщины, ни ее дочери дома нет. Соседи сказали, что они уехали погостить к родственникам в другой город. И когда вернутся, никто не знает. Соседи сказали, что мать увезла дочь, потому что у той был неудачный любовный роман. И мать повезла дочь развеяться. В надежде, что на новом месте дочь найдет себе более подходящего поклонника, чем Павел.

– А письмо? – спросила Мариша. – Та женщина получила анонимное письмо, как остальные?

Сорокин вздохнул и признался, что такое же письмо, какое получили все остальные участники разыгравшейся драмы, в почтовом ящике той дамы было найдено.

– Мы оставили его на месте, – сказал он.

– Конверт без адреса, только с именем, и само письмо написано от руки печатными буквами? – уточнила Мариша.

– Да, – кивнул следователь. – Не понимаю, откуда вы все это знаете. Может быть, Топорков прав? И все это дело ваших рук?

Подруги в ответ только фыркнули и напомнили следователю, что они приехали в заказник уже после убийства. И у них тоже имеются этому целых два свидетеля.

– При вашей ловкости вы запросто могли одурачить своих свидетелей, – пробормотал Сорокин и ушел.

– Вот и все, чего мы добились, – сказала Инна. – Теперь нас же еще и подозревают в убийстве Павла. И не только Топорков, но теперь и майор тоже.

– Если бы подозревали, то не отпустили бы вместе с остальными домой, – возразила ей Мариша.

И действительно, уже в середине следующего дня Сорокин собрал всех подозреваемых и сказал, что они свободны. И могут распоряжаться своим временем, как им заблагорассудится. Но так как их оружие пока что находится в руках экспертов, то остаться на базе никто не пожелал. И все стали мало-помалу собираться обратно в город. Подруги тоже заторопились. Джип Бритый оставил жене, а сам укатил вместе со своими ребятами, попрощавшись с женой хотя и довольно тепло, но не более того. Он был чем-то озабочен и не скрывал этого.

– А куда мы едем дальше? – спросила Юлька у подруг, когда они добрались до города.

По дороге подруги не могли обсудить своих планов, потому что вместе с ними в город возвращались Иннины знакомые. И так как охота не удалась, да вдобавок они были вынуждены оставить свое оружие в руках ментов на неизвестное время, атмосфера в джипе на обратном пути мало напоминала дружескую. Оба горе-охотника молчали и в душе явно винили Инну во всех неприятностях. Лишь избавившись, уже в городе, от их недовольных физиономий, подруги облегченно вздохнули.

– Радуйтесь, что у вас есть я, – сказала Мариша и выжидательно замолчала.

– Мы радуемся, – заверили ее подруги. – Но почему именно сейчас?

– Потому что мне удалось подсмотреть в бумагах Сорокина адрес той женщины, чью дочку охмурял Павел, – очень гордо заявила Мариша.

– Так вот зачем ты просила меня отвлечь его всякой чушью! – воскликнула Юлька. – Я чуть со стыда не сгорела, неся ту околесицу, которую ты велела мне городить.

– Ничего не околесица! – возмутилась Мариша. – К тебе же действительно кто-то стучался в дом. И этот человек не пожелал, чтобы ты его увидела. И с тобой в переговоры он или она…

– Он! – решительно произнесла Юля. – Это был мужчина.

– Значит, ему нужен был Павел, а не ты. А никто из тех, кого мы видели, к тебе домой не стучался. Они все были на виду. Значит, кого-то мы упустили. И скорее всего, это был сообщник именно той женщины, за чьей дочкой ухаживал, а потом бросил Павел.

– И что, мы поедем к ним домой?

– Именно, – кивнула Мариша.

И подруги направились в уже знакомый им район. Нужный дом они нашли без труда. И дверь им открыла хорошенькая девушка лет девятнадцати-двадцати. У нее были кроткие большие глаза, сама она была стройной и высокой. Лицо девушки было печальным, и она удивленно смотрела на подруг.

– Вам кого? – спросила она.

– Вы знали Павла Аистова? – вместо ответа спросила у нее Мариша.

Девушка вздрогнула, опасливо кинула взгляд в глубь квартиры и прижала палец к губам.

– Вы от него? – прошептала она, выйдя на лестничную площадку. – Не говорите громко, моя мать настроена против Павла очень сильно. Она даже увезла меня в Рязань – у нас там родственники, – лишь бы я забыла Павла.

– А почему же вы тут? – спросила Мариша.

– Сегодня вернулись, – сказала девушка. – Кстати, меня зовут Оксана.

Подруги тоже представились.

– А вы знаете, что вас и вашу мать разыскивает милиция? – спросила у Оксаны Мариша.