Тень стрекозы - Татьяна Полякова

— Совершенно верно. Вещество, которое было в шприце,тоже в аптеке не продается. А здесь еще великий маг и волшебник, и он вполнемог открыть свою мини-лабораторию на деньги Ярового. Деньги у того, поди,немалые?

— Немалые.

— Вот. Умело разыгрывая эту карту, господин Авдотьевможет жить припеваючи.

— Отличная версия. Никаких возражений, — кивнулКовалев. — Только надо доказать, что Авдотьев ко всему происходящемупричастен. Это раз. Но, по словам Вадима Аркадьевича, его кандидатура в злодеисовершенно не годится. Это два. И три: скажи на милость, при чем здеськладбищенские трупы с отрезанными головами, а главное, убийства?

— Вот так, взял и все испортил, — обиделась я.

— Первая заповедь сыщика — не увлекаться, —напомнил Ковалев.

— А вторая?

— Проверять факты по несколько раз.

— Ужас какой-то. О третьей даже не спрашиваю. Допустим,Авдотьев умело пудрит мозги не только Яровому, но и своему брату.Прекраснодушный идеалист не пойдет в подручные к бандиту.

— Передергиваешь. Не в подручные, а в экстрасенсы. И нек бандиту, а к бизнесмену. Не знаю, чем экстрасенсы должны заниматься, но ясно,что в их обязанности мочить граждан не входит. Может, он ему даже наставлениечитает, чтоб заблудшая овца окончательно не сгинула.

Я с неодобрением взглянула на Алексея Дмитриевича, новынуждена была признать, что он прав.

— Он хотел помогать человечеству… Звучит отлично.Каждый день кто-то из наших политиков готов сказать о себе то же самое. А чтоони на самом деле вытворяют, объяснять ни к чему. Парню не везло, и у него былповод всерьез разозлиться. Одно то, что он импотент, говорит о многом. Баб ужточно должен ненавидеть.

— Не согласен. Вынужденное воздержание помогает всецелососредоточиться на духовном. Монахи и отшельники не приемлют секса, так что онможет благодарить судьбу за такой подарок. Нет соблазна, не надо тратить силына борьбу с ним.

— Как-то вы, офицер, с большим знанием дела об этомговорите… — нахмурилась я.

— Иди к черту! — отмахнулся Ковалев и неожиданнопокраснел.

— Нет, серьезно. У тебя бывают соблазны? — началаприставать я.

— Еще какие.

— И сейчас?

— Ага. Дать бы тебе по шее… Возможно, так и будет, нопока борюсь.

— Ты грубый человек, но мне нравишься. Допустим, нашимнения по поводу отношения Авдотьева к женщинам разделились, но ты не будешьотрицать, что проблемы у парня налицо. И он вполне мог здорово рассердиться, тоесть из идеалиста превратиться в человека, который готов напакостить ближнему.

— Не буду, — кивнул Алексей Дмитриевич. — Нодаже его предполагаемая озлобленность не объясняет, с какой стати ему уродоватьпокойников. Ты считаешь, он устраивал показательные выступления для Ярового?

Я задумалась.

— Хм… Несмотря на абсурдность, тут что-то есть.Необязательно верить самому, главное, чтобы поверили другие. И если этокакой-то ритуал… Вот что, поехали к профессору Сергееву.

— Кто такой?

— Один чудак. Ходячая энциклопедия колдовства и магии.Черт, номера телефона с собой нет. Придется звонить Лилии.