Тень стрекозы - Татьяна Полякова

— Собственно, я пришла для того, чтобы васпослушать, — ласково сообщила я.

— Но я хотел бы в общих чертах…

— А вы даром ясновидения разве не обладаете? —задала я вопрос. Он молча смотрел на меня, выжидая. — О вас отзываются како настоящем волшебнике. Почему-то мне кажется, что вы видите меня насквозь. Инаверняка уже знаете, что привело меня в ваш центр.

— Так что же вас привело? — улыбнулся шеф «Белыхоблаков».

— Не что, а кто, — поправила его я. —Светлана Старостина.. Она была довольно странной девушкой, исписала обои всвоей комнате цитатами из стихов, своих и чужих… Вы, кстати, не были у нее вгостях?

— Нет, — ответил он спокойно.

— Значит, ее навещал только ваш друг?

— Друг? — В голосе удивление. Кстати, прозвучалоочень искренне.

— Господин Авдотьев. Он ведь ваш друг?

— Нет, — покачал Вадим Аркадьевич головой. —С ним очень нелегко дружить. Он живет в другом мире.

— Вот как? Но это не мешает вам встречаться?

— Разумеется, — кивнул он. Держался спокойно и непроявил интереса, откуда мне известно последнее. И даже пояснил:

— Господин Авдотьев мой брат. — Теперь пришла мояочередь удивляться. — Двоюродный брат. Мы совсем не похожи, что нередкость среди двоюродных. А ваше сходство со Светланой просто потрясает. Высестры?

— Нет.

— Странно. Впрочем, чего не бывает в жизни. Слышали отеории, что у каждого из нас есть в этом мире двойник?

— Вы хорошо знали Светлану?

— Я ее совсем не знал, — вздохнул он. — Виделнесколько раз. Дважды здесь, в центре, а еще раньше на вечере поэзии. Онаписала прекрасные стихи, а я большой поклонник поэзии. Как-то друзья пригласилименя на презентацию книги Петра Соловьева. Вот там я и увидел Светлану. Оначитала свои стихи и.., я был просто сражен. Красивая женщина, умна, талантлива,так тонко чувствует поэзию…

— Вы с ней познакомились?

— Нет. Вам это может показаться смешным, но я нерискнул подойти. У них там своя тусовка. Допустим, подошел бы я, выразилвосхищение… Довольно глупо, по-моему.

— Извините, что вынуждена расспрашивать вас, —сочла нужным извиниться я.

— Все это я рассказал следователю, когда здесь быламилиция после ее смерти. Так что не вижу причин; почему бы не рассказать и вам.Уверен, вами движет не праздное любопытство. Вы пытаетесь раскрыть тайну еесмерти? — Он смотрел очень серьезно. В какой-то момент я даже решила, чтоон хочет меня загипнотизировать, но он отвел взгляд, а потом принялся вертеть вруках карандаш, сосредоточив на нем свое внимание. — Вы очень похожи.Между вами должна быть связь. Очень сильная. Иногда таким образом связанныелюди чувствуют, что произошла беда, даже если находятся на разных континентах.Они ощущают боль друг друга или сильную радость. У вас было так же?

— Не уверена. Наверное, потому, что на самом деле мы соСветланой очень разные. Она сделала пластическую операцию, чтобы быть похожейна меня.

Вадим Аркадьевич быстро взглянул на меня и, вновь вернувшиськ возне с карандашом, спросил:

— Она хотела быть вами? Думать, как вы, видеть вашимиглазами?

— Примерно так.

— Но вас это тяготило?

— Не удивительно, правда?

— А теперь вы испытываете чувство вины и пытаетесь…Следствие в тупике, а она живет в вас и заставляет действовать.

— Даже если бы мы со Светланой были едва знакомы, я всеравно бы хотела видеть убийцу на скамье подсудимых.

— Разумеется. Но у вас все усугубляется сильнойдуховной связью. Что ж, могу вам только пожелать поскорее разгадать все тайны,потому что до тех пор она вас не оставит.

— Вы мне лучше помогите, — миролюбиво предложилаона.

— Избавиться от ее «я»?

— Нет. Разгадать тайны.

— Вы думаете, я не помог бы следствию? Она была оченьталантлива, — сказал он с печалью. — Мир потерял талантливогочеловека, а следовательно, обеднел.

— Значит, вы с ней так и не познакомились?

— Она пришла в центр, и я увидел ее случайно. Зашел вкабинет, где она беседовала с Паисией, и увидел. Потом дождался, когда онаосвободится, хотел сказать, как мне нравятся ее стихи, но не решился. Задалкакой-то глупый вопрос и.., все. Она ушла.

— В то время она уже была знакома с вашим братом?

— Вряд ли. Но я рассказал ему о ней.

— Рассказали?

— Ну да. Я думал о ней, мне хотелось с кем-топоговорить, и я рассказал… А потом увидел их вместе. Случайно.

— Вы сообщили об этом следователю? — спросила я,он вздохнул.

— Нет, — ответил Вадим Аркадьевич, помедлив.

— Почему?

— Потому что он не спрашивал. Он задавал вопросы, а яна них отвечал. Вот и все. Центр Светлана посещала задолго до своей смерти, иособых вопросов ко мне у милиции не возникло.

— А с братом вы на эту тему говорили?

— Нет.

— Вы их видели один раз?

— Да. В его доме. Я заехал… Впрочем, неважно. Она вышлана веранду, но я успел ее увидеть.

— Он не хотел, чтобы вы ее видели?

— Конечно, не хотел. Наверное, ему было очень неловко.

— Вы думаете, они были любовниками?

— Вряд ли…

Ответ, признаться, меня удивил.

— Но если…

— Духовное родство может быть в тысячи раз сильнеелюбой физической близости. Для некоторых людей секс мало что значит. Светланабыла духовным человеком. Она писала прекрасные стихи.

— Что-нибудь помните наизусть?

— Да почти все. — Он достал из ящика стола книжкустихов и протянул мне. — Вот, они всегда со мной, можете почитать.Впрочем, вы наверняка…

«Жаль, что у парня не хватило духу с ней поговорить, —с тоской подумала я. — Наберись он тогда отваги, возможно, у этой историибыл бы совсем другой конец. Хотя, если он не дурак, быстро бы понял, что собойпредставляет Светка. Правда, говорят, любовь слепа».