Ночи под кипарисами - Стелла Камерон

– Там участок Кешмана, – сказал Спайк. – Вот куда она направляется.

Роше перевел взгляд на Сайруса.

– Не останавливайте ее, – отозвался тот. – Пусть бежит, если хочет. Человеку иногда надо убежать.

– Да, – согласно кивнул Роше. – Но когда она остановится, рядом должен кто-то быть. Пошли.

Он сорвался с места и помчался следом за Уазо. Остальные мужчины за ним.

– Ну и скорость у этой женщины, – выдавил Спайк, тяжело дыша.

Однако жара заставила Уазо сбавить темп. Кроме того, в лесу было много поваленных деревьев, камней, сучков и коряг. Бежать по скользкому мху было сложно, и вскоре она перешла на медленный шаг. Длинная юбка цеплялась за сучья, в волосах запутались листья и иголки.

– Она может упасть или пораниться, – заволновался Сайрус.

– Остановись! – закричал Спайк что есть мочи. – Уазо, стой, тебе говорят!

– Она ничего не слышит, – вмешался Роше. Он случайно поскользнулся на мокром мхе и с трудом удержал равновесие, резко замахав руками. – Только не хватало упасть, – проворчал он. Сейчас на это нет времени.

Уазо свернула налево, в противоположную сторону от реки. Раздвигая руками ветки, она прошла несколько шагов и остановилась. Уазо присела, обняла колени руками и опустила голову. Волосы упали на плечи и почти касались земли.

– Подождите. – Роше поднял руку. – Не трогайте ее.

– Почему она сказала, что убила Мэри? – поинтересовался Сайрус. – Что Уазо имела в виду?

– Наверняка не то, что она способна просверлить дырку в голове подруги, – ответил Спайк.

Роше посмотрел на него и понял, сколько мыслей роилось в его голове. Взгляд был напряженный, губы плотно сжаты.

Отец Сайрус перекрестился.

– Прекратите болтать! – сказала Уазо. – Нам туда.

Она подняла голову и уверенно кивнула, словно подтверждая правоту своих слов.

Роше повернулся и увидел густой лес, за ним начиналось болото.

– Идите за мной. – Уазо понизила голос. – Если я правильно поняла, мне надо прийти кому-то на помощь. Правда, я не верю ни одному ее слову, глупость какая-то.

– Мы здесь, – ответил за всех отец Сайрус. Он полностью доверял ей. – Что ты ищешь?

Уазо перелезла через бревно, преграждавшее дорогу, и покрутила головой.

– Туда. – Она ткнула пальцем. – Это хижина старика Юджина Кешмана.

Чуть поодаль действительно стояла небольшая избушка, вся покрытая мхом, заросшая папоротником. Издалека ее почти не было видно. Уазо выпрямилась и сделала глубокий вздох. По щекам потекли слезы.

– Ведь Мэри предупреждала меня, что ее жизни может угрожать опасность. А я ей не поверила.

Отец Сайрус подошел к ней и положил руку на плечо.

– Поплачь, дорогая. Потом ты успокоишься и все нам объяснишь.

– Она была здесь. – Уазо подняла руку и указала на лачугу. – Лодка лежала кверху дном, а рядом мешки с землей. Я себе всю обувь испачкала.

Спайк покрутил головой:

– Я ничего не вижу. Ни пироги, ни мешков.

Уазо отбросила руку святого отца и грозно посмотрела на шерифа.

– Вы знать не знаете, что здесь было, а что нет. Я вам говорю, пирога была здесь! Скажите тогда, что это, по-вашему? – Она ткнула пальцем в землю.

Спайк наклонился и пригляделся.

– Похоже, здесь что-то волокли.

Да, все просто. Роше вспомнил, что на трупе Мэри Пинни была земля.

– Труп в лодке был перепачкан землей.

– Бедная Мэри споткнулась об эту пирогу, – сказала Уазо. – Она и подумать не могла, что погибнет именно в ней. Вы должны поймать… – Она закрыла рот рукой.

– Что? – наклонился к ней Спайк. – Что мы должны? – Он сдвинул шляпу на затылок.

Уазо замотала головой.

– Умоляю, не скрывай от нас ничего, – вмешался отец Сайрус. – Расскажи все, что знаешь.

– Сначала я должна все выяснить. Совсем не обязательно, что именно он все сделал.

Роше перевел взгляд со Спайка на отца Сайруса. Оба молча смотрели на Уазо.

– Мэри боялась, что ее могут убить, – тихо сказала та. – Она попросила меня приехать с ней сюда ночью, чтобы что-то найти. Она ни в чем не была уверена, у нее были только подозрения. Мы ничего не нашли и уехали. И даже не говорили об этой пироге. – Слезы опять хлынули из глаз. – Почему мы не придали этому значения?

– Вы были в лачуге? – спросил Роше и вошел внутрь небольшой комнаты со столом и скамьей в центре. – Если здесь кто-то оставался ночевать, он мог спать только на столе или на полу. Что, по-твоему, могла здесь искать Мэри?

– Думаю, документы. Может, какие-то письма. Что-то некрупное, что можно спрятать между бревен. Здесь ничего нет.

– Насколько я знаю, Кешман умер лет сорок назад, верно? – спросил отец Сайрус. – Если он и оставил какие-то бумаги, они давно сгнили.

В комнате было мрачно и сыро. Роше подошел к стене и провел по ней рукой.

– Здесь, должно быть, много всякой живности. Слышите, кто-то шуршит?

– Жуки меня не интересуют. – Уазо повернулась и подошла к столу. Она подняла палец и указала вниз, оглядев присутствующих.

Роше сорвался с места и бросился в угол.

– Господи! – вскрикнул он, увидев черный мешок и торчащие из него ноги. Он мгновенно их узнал. – Блю!

– Подожди, – остановил его Спайк. – И не топчись рядом. Здесь должны быть следы.

– Это же Блю! Блю! – Роше упал на колени рядом с ней. – Я здесь, милая. Это Роше.

Спайк потянул его за руку и заставил встать.

– Я же сказал, подожди. Надо действовать с умом, если мы не хотим проиграть.

Роше высвободил руку, развернулся и ударил Спайка в челюсть. Хрустнула кость, и шериф повалился на землю.

– Боже правый, – прошептал Сайрус и перекрестился.