Дикие псы - Иван Сербин

— Как?

— Да просто, Витя. Просто. Чего ж тебя всему учить-то надо? Отведи потихоньку в сторонку и скажи, что эта лахудра, — кивок в сторону беспомощной жертвы, — просила разыскать ее брательника и мухой рыть сюда.

— А если он вопросы станет задавать? — спросил приятель. — Кто я такой, откуда знаю ляльку?

— Скажешь, что мы ее приятели, так? Мол, Жорик знает, кто «ковырнул» его банк, и им всем надо срочно валить из Москвы. Скажи, у нее хата надежная есть, можно отсидеться, пока братва вокзалы да аэропорты шерстить будет. Так? Еще скажи, мол, про институт братве тоже известно. К вечеру заявятся по их душу. Так что вариантов два: или валить сюда, или по пуле в башку каждому. — Паша усмехнулся. — Понял?

— А если не поверит?

— А ты сделай так, чтобы поверил. Возьми что-нибудь из ее цацек, покажешь. Вроде пароля. Кольцо, вон, возьми. Или часы. Хотя кольцо все-таки лучше. — Паша снова опустился на корточки перед Анной. — Ну что, сучка? Ты нам вроде больше не нужна. Считай, отмучилась. Сейчас умирать будешь или подождем, пока брательник твой появится? Как, кстати, брательника-то зовут? — Анна сглотнула. — Да говори уже. Не ты, так этот твой все равно колонется. Хуже только будет.

— Миша, — прошептала Анна.

— Как?

— Миша…

— Врешь, — хохотнул Паша. — Не Миша. — И, повернувшись к приятелю, спросил: — Слышь? Как Жорик его называл? Тот наморщил крутой лоб, затем улыбнулся радостно:

— Гаденыш.

— Во! — Паша взглянул на пленницу. — Ну так что, подождем гаденыша? Или кончить тебя уже? Анна отвернулась.

* * *

Жигулов выбрался из машины, прошелся вдоль улицы. Не так чтобы далеко, десять шагов в одну сторону, десять в другую. Служебный «Москвич» был припаркован метрах в двадцати от входа в общежитие, сразу за продуктовым магазином. Отсюда прекрасно просматривалась дверь общаги и автобусная остановка, на которой толпился народ. Жигулов потянулся, похрустел суставами, помассировал мышцы ног, затекшие после ночных бдений в салоне машины. С утра пообещал подъехать Олег или, если удастся уломать Михмихыча, Коля Бадеев, но пока смена не появилась, а Жигулова нещадно клонило в сон. В довершение пришел голод. Даже в животе заурчало. Жигулов подумал, быстро перебежал улицу и зашел в продуктовый магазин. Кавалерийской рысью промчался вдоль прилавка, пристроился в хвост куцей, пенсионно-усталой очереди. Стоял, нетерпеливо оглядываясь. Боялся пропустить своих подопечных. Из магазина вход в общежитие был не виден. Только автобусная остановка. Но Жигулов успокаивал себя тем, что это ненадолго. Очередь движется быстро, минут пять-семь — и он вернется на свой пост. Опять же, если подопечные надумают куда-то ехать, воспользуются автобусом. По данным МВД, ни один из «объектов» не располагал личным автотранспортом. Очередь, и правда, подошла довольно быстро.

— Что вам? — спросила волоокая продавщица.

— Колбаски, «Докторской», граммчиков триста. И порежьте, пожалуйста. Еще батон «Нарезной» и пакет молока. Сколько с меня? — Продавщица назвала сумму. Резать колбасу ей смертельно не хотелось, но она послушно взялась за нож. Пока Жигулов отсчитывал деньги, дверь общежития открылась и из нее вышли Костик со Славиком. Костик был в матерчатой Славкиной бейсболке, козырек которой скрывал половину лица, в темных Димкиных очках и в шарфе, натянутом почти до самого носа.

— Ты, знаешь, на кого похож? — спросил Славик. — На человека-невидимку. — Костик только вздохнул. — Пошли, что ли? Они зашагали в сторону института. Там, в холле на первом этаже, располагался телефон-автомат. Когда Жигулов выскочил из магазина, друзья вошли в главный корпус — желтое четырехэтажное здание старой, еще довоенной постройки. Перебежав через проезжую часть, Жигулов нырнул в холодный салон «Москвича», развернул колбасу и стал закусывать. Он успел умять половину батона и выпить две трети пакета молока, когда в стекло побарабанили костяшками пальцев. Жигулов повернул голову. Это был Олег. На сей раз от франтоватости не осталось следа. На нем были потертые джинсы, серый шерстяной свитер и мешковатая кожаная куртка.

— Привет, служба, — Олег плюхнулся на соседнее сиденье, потер руки. — Холодновато что-то нынче.

— Прохладно, — согласился Жигулов. — Бутерброд будешь?

— Дома только что поел, — ответил оперативник. — Ну? Как успехи? Клиенты не объявлялись еще?

— Спят поди. Жигулов завернул остатки трапезы в бумагу, вытер руки, закурил с удовольствием.

— Не очень-то они поворотливые, как я погляжу, — с легким разочарованием пробормотал Олег. — Могли бы и пошустрее крутиться. Для грабителей-то банков. — Он достал из кармана свежий номер «Московского комсомольца». — Видел уже?

— Откуда? Жигулов взял газету, развернул и тут же наткнулся взглядом на черную размашистую «шапку»: «НЭП закончился. Начались налеты». Ниже фотография: толпа у «Коммерческого кредитного». Еще ниже рисунки лиц предполагаемых налетчиков. Хорошие, надо заметить, рисунки. Милицейские фотороботы получились менее выразительными. Статья была внушительной. Жигулов не думал, что в ней содержатся факты, которых он бы не знал. Поэтому и читать не стал. Свернул газету пополам, бросил на заднее сиденье.

— Надо же, половину листа выделили. И не жалко места? Лучше бы под рекламу пустили.

— Скажешь тоже, — Олег усмехнулся. — Это же первое ограбление банка за… лет за сорок, наверное. Понятно, что газетчики вцепились. Теперь неделю будут обсасывать со всех сторон. И не только они. В «Комсомолке» тоже статья вышла. В «Новых известиях». По телику вчера и то показали. Жигулов покачал головой.

— Делать людям нечего.

— Как знать, — усмехнулся оперативник. — Итак? Какие у нас планы на сегодня?

— Ждем-с, — ответил Жигулов.

— Тоже ничего себе. — Олег кивнул на виднеющееся за деревьями здание института. — Я Колю отправил на разведку. Пусть покрутится там, поговорит, посмотрит.

— Так что, Михмихыч согласился? — недоверчиво спросил Жигулов.

— А он спрашивал? — усмехнулся Олег. Жигулов погасил окурок в пепельнице, поежился, поднял воротник пальто.

— Правда, холодно, — сказал он. В этот момент из-за деревьев, со стороны института, появились Славик и Костя. Они что-то оживленно обсуждали. Олег озадаченно хмыкнул.

— Черт, — Жигулов смутился. — Наверное, вышли, когда я в магазин ходил. В этот момент мимо «Москвича» промчались серые «Жигули», лихо, с заносом, остановились в метре от ребят. Из салона выбрался внушительных габаритов парень с короткой стрижкой.

— Оп-паньки, — пробормотал Олег, наклоняясь вперед. — А это что за ком с горы?

— Во всяком случае, на студента не слишком похож, — заметил Жигулов.

— Может, подойти, паспортину проверить? — предложил Олег.

— Не стоит, — ответил Жигулов, внимательно наблюдая за широкоплечим. Тот заступил дорогу паре, что-то сказал.