2054: Код Путина - Александр Глебович Рар

– Мне бы в страшном сне не могло присниться, что в западных демократиях появятся нетерпимость, фейковые новости и диктаторские тенденции, что они будут доминировать в общественном дискурсе, как это сейчас везде происходит. Является ли причиной этого то, что элиты боятся потерять свою значимость? Выражать свою точку зрения, близкую к российской концепции, опасно для жизни. На России можно только обжечься. Средства массовой информации являются прокурорами, судьями и карателями одновременно. Мир погружен в невиданную пропагандистскую войну.

Все стороны лгут. Западные СМИ, как четвертая сила, почти завоевали власть в стране, а русские СМИ служат своему государству, как они это всегда делали. Они никогда не подвергают сомнению официальную позицию. Западные СМИ теперь сами превратились в военные партии, призывающие к ответным атакам на Россию, с помощью фейковых новостей поддерживают образ врага, осуждают и демонизируют. Они даже хвастаются тем, что сбросили федерального президента и министра обороны. Они буквально страстно жаждут скандалов. Что вообще сегодня есть правда? Большинство людей давно уже не знают этого. Вместо этого началась эпоха непреклонности, в которой может быть только одна предписанная «правда», а все другие мнения заглушаются.

Другим голосом на записи был голос его берлинского двоюродного брата Харалампи Орехова. После того как Ветров в очередной раз раскритиковал отсутствие в Германии публики, противостоящей мейнстриму, и то, что все медиаресурсы придерживаются одной и той же содержательной позиции, путая при этом репортажи с моральным осуждением, двоюродный брат ответил:

– И все же каждый раз, когда кажется, что мейнстрим возобладал и манипуляторы общественным мнением торжествуют, в Германии наступает переломный момент. Обрушивается град протестных воззваний, читательских писем, всюду звучат слова о лживой прессе… и, к негодованию подстрекателей, политики снова протягивают руку России. Готовность отменить санкции против России наиболее велика в Берлине.

Абель выключил запись и спросил, что Ветров может сказать в свое оправдание:

– Как советник правительства вы не можете так говорить!

– Вы шаблонно мыслите, – вскипел Ветров. – Вы все втискиваете в одну примитивную схему. Представьте, кто-то пошел бы с плакатом: «Я за однополые браки и за ядерную энергию». Или против антисемитизма и против беженцев. Или за сильный ЕС и за сильную Россию. Вы были бы полностью сбиты с толку и не знали, наказывать его или поддерживать.

Шлангенбадер устало улыбался, слушая разъяренного Ветрова. Разве санкции США против России не внесли значительный вклад в разрушительную эскалацию международных отношений? Европейский союз также ввел санкции против России во время украинского кризиса, чтобы сдержать Путина и заставить его образумиться. Эти европейские санкции, однако, никогда не преследовали цель уничтожить российскую экономику. А американские санкции – да. При этом не столько президент Трамп нападает на Россию. Объявление войны исходило бы от конгресса США, спецслужб и так называемого глубинного государства.

– Эти влиятельные силы истеблишмента хотят, чтобы Россия была ничтожной, чтобы она не мешала мировому порядку. Разве они не делают все возможное, чтобы устранить этого раздражающего конкурента в мировой экономике? А еще они преднамеренно разрушают своими санкциями тесные экономические связи, которые Россия и ЕС создавали десятилетиями. Санкции замышлялись как экстерриториальные.

Ветров был теперь в своей стихии и уже не мог остановиться: иностранным фирмам, которые продолжали вести дела с попавшими под санкции российскими компаниями и предприятиями, угрожали суровыми штрафами и изгнанием с американского рынка. Немецким компаниям, добившимся успеха на российском рынке в течение десятилетий, настоятельно рекомендовалось отказаться от своего бизнеса в России.

– Вне всяких сомнений, американцы не шутят. Атака на российскую экономику идет полным ходом. Россия должна быть морально наказана за противостояние Западу, а заодно опосредованно устрашен Китай.

Мои российские друзья ведь с полным основанием жалуются: «Сначала Запад принуждает нас вступить во Всемирную торговую организацию – ВТО, объясняя нам преимущества экономических сетевых структур и глобальной свободной торговли, убеждая нас в необходимости принятия западных стандартов технической продукции. И тогда Запад использует нашу зависимость от мировой экономики самым дьявольским способом, чтобы нас уничтожить! Какими же полезными идиотами мы были!

Ветров спросил своих мучителей:

– Разве Россия не доказала во время финансового кризиса, насколько устойчива ее экономика? Россия не рухнула, хотя многие в Америке предсказывали это. Не Россия, а ЕС ослаб в условиях кризиса и чуть не потерял страну-участницу – Грецию. Россия даже предложила грекам пакет мер по спасению, от которого они, поблагодарив, отказались, чтобы запрыгнуть под спасительный зонтик ЕС. Затем случился конфликт на Украине, и снова США думали, что Россия рухнет.

В своей аргументации Ветров стал напористее и даже самоувереннее:

– На Западе политику делают манипулятивными картинками, и мы постоянно видим умирающих детей на русской войне в Сирии. Хотите противоположный пример? Один мой друг из французской секретной службы рассказал мне, как несколько лет назад, во время французской военной операции против исламистов в Мали, он постоянно направлял журналистов в якобы более спокойные места на войне. Они не должны были видеть действительность – мертвых мирных жителей, разрушенные больницы – настоящие ужасы войны. И вот вам пожалуйста – из Мали не было никаких негативных сообщений!

Авель оскалил свои выступающие вперед зубы и забарабанил кулаками по столу.

– Все это уродливая пропаганда! Фейковые новости надо запретить, а российские СМИ лишить лицензий. – Со специалистами по допросам шутки плохи. Ветров должен, наконец, проснуться и понять, что мир вокруг него изменился.

Конечно, Ветров давно понял, что время открытых споров, которые он мог вести в студенческие годы, прошло. Но причины этого он никак не мог понять. А что, кредо Черчилля: «Я с вами совершенно не согласен, но как демократ я сделаю все от меня зависящее, чтобы вы могли свободно высказать свое мнение» – больше не работало?

– Да что с вами?! – взорвался он. – Куда делась хваленая терпимость, которой некогда так гордились западные демократии и на которую опиралась их сила? Если бы европейские демократии были честны с собой, им пришлось бы понять, что вся система больше не работает. Но, вместо того чтобы переосмыслить ее и поискать варианты исправления, манипуляторы общественным мнением предпочитают любой ценой защищать свой «идеальный мир» от всех критиков. Государство – хранитель добродетели преследует сторонников ядерной энергетики, любителей дизельных автомобилей, критиков гендерной политики и даже «понимающих Россию» – любыми средствами. Это недостойно!

Шлангенбадер, явно взволнованный, принял брошенный мяч и изо всех сил попытался отбить его. В то время как Абель со скучающим видом разглядывал потолок, офицер BND высказал Ветрову свое мнение:

– Россия сама виновата в своем бедственном положении. Настоящую экономическую модернизацию она прозевала. Когда