Pavor Nocturnus - Игорь Мельн

— А что в этом такого?

— Она тоже так сказала и состроила те же глаза и брови, а я просто не мог стерпеть это, сел напротив (хорошо, она одна была, а то совсем странно получилось бы), и высказал все недовольства. Уму непостижимо, ладно я, но они совсем традиции и культуру позабыли — и это еще Италия, называется, я долго не мог смириться с пеперони и оливками, но ананасы…

— Но это же вкусно.

— Треска и креветки — это тоже вкусно, но не на пицце! Хотя не удивлюсь, если через десяток-другой лет и такое придумают… Но каким-то чудом Оле удалось уговорить меня попробовать — она очень настырно предлагала, чуть ли не в рот засовывала, мол, я идиот такой и не знаю, о чем говорю. Я умею признавать вину, это было не так отвратительно, в каком-то роде даже интересно, но это не пицца. В возмущении я еще потом всю дорогу рассказывал историю, детство и о том, как правильно готовить, все хитрости-ловкости, целый курс лекций по пиццеведению. И под конец она бросает мне что-то вроде, раз я такой знаток пиццы, должен показать ей, как надо. На шутку отвечают тем же, вот я и сказал, что без проблем, с нее только плита и ингредиенты. Она сама назначила дату, время, назвала адрес и дала номер телефона — шуточка затянулась, и все тянулась, пока на ее столе не дымилась лучшая пицца в городе. Весь вечер болтали за Италию, куда она всегда мечтала поехать, за мои кулинарные умения и универ, я случайно ляпнул про свое положение. Время пролетело быстро, и надо было уже уходить, а на пороге она знаешь что говорит мне?

— Быть ее парнем, — сразу же выпалил ДеВи.

— Почти, почти! Говорит, что ей не помешал бы дома такой кулинар…

— Хм… Зачем?

— Темный лес ты! Но я тоже сначала не понял — это просто похвала, шутка такая, признание в любви, или все сразу? Оказалось, это она из доброты предложила пожить у нее, пока не найду работу, без намеков и подтекстов, хотя черта с два девушки парням такое предлагают. Не сразу, конечно, она меня пустила, еще неделю мы просто гуляли и болтали — небось, хотела убедиться, что я не маньяк какой-нибудь, а я ж как открытая книга, все на лице напечатано. Так мы и стали жить, я готовил, помогал в магазинчике и все пытался себя куда-нибудь пристроить, и это именно она наплела начальнику фабрики, мол, я красавец, творческая личность и просто душка, который еще принесет кучу прибыли. Недолго мы держались по разным полюсам квартирки, нас притягивало во всех смыслах — не нужны тебе все подробности, просто скажу, что, в конце концов, мы с чистой совестью могли называть себя парой.

И я уже хотел рассказать, что все шло очень даже гладко, так бы и все сто лет, и про то, как Оля застала меня врасплох три дня назад, смотрела так серьезно, что пришлось взять денек-другой на подумать, взвесить все за и против детей, хотя никаких за, собственно, и в помине не было. А ДеВи нагло влез в паузу, взятую на одышку, и выкинул кое-что поинтереснее:

— Армани, если тебе дорога мисс Оля, иди и поговори с ней прямо сейчас. Мы в ловушке, отсюда нет выхода, а монстр вряд ли отстанет от нас. Другого шанса может и не быть, понимаешь?

У меня челюсть отвисла до пола, я и правда подумал, что не хочу перед смертью жалеть, что в последние минуты мы сидели в десяти метрах друг от друга с ворохом обид за пазухами. Я аж взглянул на него, не появилось ли там бороды и морщин, но нет, сопляк сопляком — так и запишем, своих проблем по горло, зато в советах другим прямо-таки мудрец. Зато рассмотрел здоровенный фингал у него на левом глазу, нетрудно догадаться, чьего авторства и даже какой давности.

Он заметил, что я заметил, и сконфузился, почти отвернулся.

— Ты был прав, Армани… Я пойду учиться драться!

— Куда?

— Не знаю.

На том вся его мудрость и закончилась, придется подлить каплю своей, хотя там самому мало. Я поднялся со старческим кряхтением и скрипом коленок, и ДеВи повторил за мной, аж воодушевился, что я к Оле иду, но как же карикатурно удивился двум моим ладошкам перед собой.

— Долго еще стоять будешь? — сказал я и чуть согнулся, чтобы по росту подходить.

— Что?

— Бей давай, говорю. Посмотрим на твой удар.

— Не буду я с тобой драться.

— Да? — сказал я и стукнул его пальцами по лбу. — Тогда сам получать будешь. И не надейся, что я от тебя отстану. Бум! — И стукнул еще сильнее для профилактики.

Больше его уговаривать не пришлось — ДеВи недовольно вскрикнул, сморщил лицо до степени хмурой жабы, но хотя бы пустил в ход кулачки. Я пародировал Слизняка, подначивал всякими гадостями, мол, слабак, дохляк, кто так вообще бьет, может, да подружка твоя и то сильнее, и это разогрело дохлую обстановку, как масло на сковороде. На самом деле, не так плохо, как я думал, точность и скорость чутка хромают, но это наверстывается практикой, а вот что он быстро забывается и просто машет руками от злости, это проблема. В общем, мы убили целых трех зайцев этим спаррингом, то бишь мелкий выпустил пар, а я увидел все недочеты и попытался выровнять их, то бишь показал, как стоять, бить и двигаться, чтоб в будущем без виноградных глаз. Не бог весть что, но для начала сойдет!

И меня накрыла гордость, когда он впитал все это и как по волшебству поднялся с уровня минус один до нуля — прогресс есть прогресс, надо открывать школу уличных боев Армани Коллина. В конце я решил показать ему прием, от которого даже самые суровые амбалы скорчиваются на полу в два счета, но для начала проверить его на нем, чтоб понимал всю мощь и использовал в крайних случаях. Я без предупреждения, чтоб не зазнавался, на очередном ударе нырнул вбок, зашел чуть ли не сзади, но зад его мне до лампочки, а вот пересчитать пальцами все ребра, будто струны гитары, это за милую душу. Ох и рыготал он, хрюкал, квакал, как бы не описался тут, но пока просто шмякнулся на пол и брыкался диким мустангом — по-моему, вышло опаснее, чем в