Упади семь раз - Лия Лин

Просчитался злодей: враг хитёр, а мы хитрей.

Русская поговорка

Он стоял с тортом, цветами и зажатой под одной мышкой бутылкой шампанского. Под другой – тёмно-синяя папка. Матвей близоруко смотрел на меня сквозь свои нелепые очки. Затем, смущаясь, протянул мне «Тирамису» и букет прямо через порог.

– Лейка, привет! Мне сегодня премию выдали на работе, а отметить это дело не с кем. Надька пропадает в мастерской, идти одному куда-то не хочется. Может, посидим вместе у тебя?

Жестом пригласив соседа зайти, я задумчиво потащилась за ним на кухню. Вот странно, одно время он мне очень нравился, а сейчас тот же Серый кажется в сто раз симпатичнее. Куда всё пропало?

Матвей по-хозяйски налил в чайник воды, попросив меня порезать торт. Ну да, красавчик-блондин много раз бывал у меня, пока не сошёлся с Надькой, чему удивляться.

– А дети почему так рано уехали на Украину? Али сказал, что они только после Нового года вернутся. – Сосед, открыв шампанское, разлил его по бокалам, которые сам же и взял с полки над посудомойкой.

– Да так получилось. Очень уж родственники настаивали. Да и мне спокойней будет. – Отказавшись от выпивки, я уплетала вкуснейшую выпечку, запивая чаем.

Матвей, ослепительно улыбаясь, виновато рассказывал про Надьку, про работу и проблемы с начальством. Последнее меня заинтересовало: оказывается, Матвею поручили перевести с английского на русский «Кодекс корпоративной этики».

– Ты что, в «Лайки-кола» работаешь? – Изумлению моему не было предела. – Но у них же целый штат профессиональных переводчиков. Почему именно тебе? Ты так хорошо знаешь английский?

– Лейка, под меня подкапывается начальница. – Матвей опрокинул второй бокал. – Она, судя по всему, виды на меня имела. А тут Надин, ну ты понимаешь… Нет ничего более жалкого, чем оскорблённая в ожиданиях женщина. Ну так как, ты мне поможешь? Вот этот кодекс. – Матвей ткнул в синюю папку, которую он кинул на край кухонного стола.

Я совсем не хотела быть жалкой, и уже через пять минут мы сидели в моей комнате у новенького компьютера.

– Так, что там у тебя, давай, – протянула я руку за папкой.

– Подожди, мне надо сначала зайти в почту, скачать файл с готовым переводом. Ведь почти половина уже сделана…

Матвей, отобрав у меня мышку, кликнул «Яндекс-почта». Высветилась страница с предложением ввести логин и пароль (Глеб в первый же день, удаляя тот самый злополучный файл из моей почты, переустановил браузер, снеся все сохранённые опции).

Сосед как-то странно посмотрел на меня.

– Так жаль, Лейка… Так жаль… Видит бог, ты мне даже симпатична… – Матвей медленно снял очки. – Вот зачем ты удалила автосохранение пароля? Что ж, сама виновата… Мне нужны логин и пароль от твоей почты.

Я сжалась в комок – настолько страшной была метаморфоза, происходившая с соседом. Обычно, когда человек снимает очки, взгляд его становится по-детски беззащитным. Взгляд серо-стальных глаз Матвея, напротив, был тусклым, устрашающе-холодным. Точно-расчётливым. Впервые я заметила, что у соседа сломанный нос.

– Я не скажу тебе ничего… – чуть не задохнулась я от страха.

– Как жаль, – словно не слыша, повторил Матвей и резко схватил меня за волосы.

Я взвыла.

– Значит, так. – Он сильно рванул мои космы. – Первое, что я сделаю, – ударю коленом тебя по животу. Си-иильно. Если и после этого не зайдешь в почту, я позабавлюсь, Лейка. Здорово позабавлюсь с тобой! Мне нужен файл.

– Отпусти меня! Сейчас же! – Я практически хрипела, пытаясь встать. – Файла ты не получишь, я его стёрла.

– Ага, так он всё-таки был у тебя, не соврала эта шлюшка, подружка твоя… – Матвей, ударив меня по лицу, вытащил из кармана брюк складной нож.

Упав на пол, я попыталась отползти к выходу. Из носа полилась кровь. Мужчина, раскрыв нож, перепрыгнул через меня, загородив дверь.

– Даже и не думай! Мне нужна твоя почта, очень нужна. Я должен убедиться, что файла нет.

«Глеб, Сергей, ну где же вы? Вы ведь видите, что происходит! – билась в голове отчаянная мысль. – Он же меня сейчас зарежет, как Стаса! Как Стаса, вот оно…» Словно в подтверждение Матвей присел рядом, рассматривая меня как экзотическое насекомое. Что же я раньше-то не замечала в нём эту изощрённую жестокость?

– Логин и пароль, сучка! – Садист стал водить лезвием ножа по моему животу. – Колись, если не хочешь ещё одно харакири!

– Матвей, ну, пожалуйста, я прошу тебя! Ребёнок же ни в чём не виноват! Логин «лиялин», английскими буквами. Пароль такой же, с двумя единицами.

Я понимала: скажу правду – тут мне и конец. Вдруг спецназ не видит? Всё может быть.

– Сейчас проверю. – Матвей отодвинул нож. – Не двигайся! Шевельнёшься – будешь вспоминать со вспоротым брюхом. Часа полтора протянешь.

Я закрыла глаза: «Отче мой, еже ты на небеси… Папа мой, папочка, твою девочку убивают. Помогите мне, оба…»

– Нет, сучка, смотри на меня! Я хочу, чтобы ты на меня смотрела! Как тогда, помнишь? Ты же хотела меня, шлюшка. Ты ТАК смотрела на меня. – Матвей, не прекращая говорить, уселся за компьютер. – Ничего, Лейка, потерпи! Потерпи, Лейка. Сейчас мы закончим с файлом. Работа прежде всего. А потом ты у меня получишь. Ты будешь стонать, сучка, тебе будет хорошо. Не закрывать глаза – смотреть на меня! Я буду тебя трахать, Лейка! Буду долго-долго трахать. А из тебя будет по капле уходить жизнь. Не переживай, сучка, я закопаю тебя рядом с тем хлюпиком.

От происходящего кошмара я оцепенела. Сейчас это животное поймёт, что я продиктовала неправильный пароль. А маньяк продолжал: