Совесть негодяев - Чингиз Абдуллаев

Но Климатов не хотел умирать героем. Машина повернула вдругую сторону, и он занервничал.

— Вы все какие-то полоумные, одержимые. Я ничего незнаю. Куда вы меня везете? Я был прикомандирован к этой группе, просто сидел нателефоне.

— Где Пеньков?

— Не знаю. Не я дежурил в тот день.

— Но ты знаешь, где Пеньков. Серминов звонил по вашемутелефону.

— По нашему. Туда поехала группа сотрудников.

— И что они с ним сделали?

— Я не знаю.

— Что? — крикнул Комаров. — Что они сделали?

— Я не знаю.

— В последний раз спрашиваю, что они с ним сделали?

— Это была профилактическая беседа. Ему хотелиобъяснить, что не нужно рассказывать о поездке Анисова.

— Поездке куда?

— Ну, в общем последней поездки.

— На Фрунзенскую набережную? — быстро уточнилПахомов.

— Да, — тихо ответил Климатов.

— Что сделали с Пеньковым? — спросил уже сам ПавелАлексеевич.

— Он… Погиб, — сумел наконец сказать майор.

— Каким образом?

— При попытке к бегству, — Климатов вдруг понялдвусмысленность своего ответа и растерянно оглянулся по сторонам. Перцов ещесильнее надавил ему в бок локтем.

— Сукины дети, — не выдержал Чижов.

— Стопроцентная нераскрываемость, — мрачнонапомнил Пахомов, — мы — единственная страна в мире, где стопроцентнаянераскрываемость заказных убийств. Теперь понимаешь, Валентин, как это бывает?

— Всегда есть заинтересованные лица, — кивнулКомаров, снова оборачиваясь к ним, — это просто как закон.

Чижов, упрямо сжимая губы, показал на здание впереди.

— Уже подъезжаем.

— Почему нужно было скрывать, куда приезжалАнисов, — задал главный вопрос Пахомов, — почему?

— Не знаю. Я действительно не знаю, — пожалплечами Климатов.

— Но в какую квартиру он приезжал, ты должензнать, — обернулся к нему Комаров, — так в какую?

— На четвертый этаж, — махнул рукойКлиматов, — все равно вы уже все знаете.

— Кто у нас на четвертом этаже? — спросил Комарову Чижова.

Тот показал на бардачок. Комаров достал список квартир,быстро пробежал глазами.

— Не могу понять. В одной идет ремонт, а в другойбольшая семья. Вы их исключили. Здесь указано, что там много детей и женщин. Ивсе постоянно дома.

— Напротив, — показал Чижов.

— Ну да, идет ремонт в квартире. Она продана кому-то. Вэтой квартире? — спросил Комаров у Климатова. — Не перепутал?

Тот обреченно кивнул головой.

— Почему? — удивился снова Комаров. — Онаведь недавно продана. Там идет ремонт.

— Ремонт кончился. Просто там переделываюткухню, — подал голос Климатов.

— Мы считали, что там идет ремонт, — виноватопроизнес Чижов.

— А кому была продана эта квартира? — спросилКомаров, оборачиваясь к майору Климатову.

— У вас должно быть написано, — мрачно ответилтот.

— Где другой список, — нахмурился Комаров, —владельцы квартир. Значит, эта квартира принадлежала Миронову и была проданадва месяца назад… — он назвал фамилию. — Да, именно ему. Ну и что?

— Какая фамилия? — спросил Пахомов. Комаров назвалеще раз. Пахомов нахмурился.

— Женя, — быстро сказал он, — кажется,знакомая фамилия. Как мы могли забыть? Кому было направлено письмо из Кабинетаминистров насчет просьбы Анисова продавать сырую нефть?

— Министру энергетики, — вспомнил Чижов.

— А как фамилия нашего министра? — вдруг непонятнопочему изменившимся голосом спросил Пахомов.

Комаров в изумлении уставился на фамилию.

— Он.

— Он, — подтвердил Чижов, — я помню егофамилию.

— Анисов встречался с министром энергетики, —понял Пахомов, — так? Так? — теперь уже кричал он.

Машина затормозила у здания прокуратуры, но они всепродолжали сидеть в автомобиле, словно забыв обо всем на свете. Климатовмолчал. Он закрыл глаза. Все смотрели на него. Открыл и снова закрыл. А потомтихо выдавил.

— Да.

— Быстро из машины, — приказал Пахомов, ужеобретая прежнюю уверенность, — Чижов оформляет протокол допроса. Быстро.Чтобы Климатов расписался на каждой странице. На каждой. Про Пенькова болееподробно. Вместе с Женей остается капитан Перцов. До нашего приезда невыпускайте Климатова из кабинета. Еду и воду доставлять ему прямо в комнату.Если захочет в туалет, пусть делает прямо на пол, я потом договорюсь спрокурором района. Сейчас пойдем вместе, и я попрошу выделить вам в срочномпорядке один кабинет. Перцов, достанешь пистолет и встанешь у входа. И никогоне впускать. Стой, как спартанец при Фермопилах. Умри, но ни одного человека,кроме нас. Пока Чижов не закончит. Женя, записывай все на магнитофон. Ясно?

— Ясно, — ошеломленный его напором кивнул Чижов.

— Пошли, — быстро вылез из автомобиляПахомов, — я зайду к прокурору района и потом сообщу вам. Будете ждатьменя у машины.

Он почти бегом поспешил к зданию. Чижов оглянулся наКомарова.

— Кажется, скоро мы будем миллионерами, — впервыеза этот день улыбнулся молодой следователь.

Комаров молчал. В отличие от Чижова, он явно сознавал, накакой именно уровень они вышли во время проведения расследования и чем этогрозит всем сотрудникам группы Пахомова.

Через две минуты вернулся Пахомов. Вместе с помощникомпрокурора, который готов был предложить приехавшим свой собственный кабинет.Когда Чижов вышел из автомобиля, захватив с собой ключи, Пахомов покачал головой.

— Ключи дай мне, — попросил он у Жени. Тотпротянул ключи.

— Постараюсь вернуть машину в целости исохранности, — сказал Пахомов, — только ты все оформи правильно,Понимаешь, от этого многое зависит.

Чижов, Перцов, помощник прокурора и майор Климатов пошли вздание прокуратуры. Пахомов сел на место водителя рядом с Комаровым.

— Надеюсь, мы успеем, — сказал он, — они ещетам, на квартире. Комаров согласно кивнул головой и почему-то осторожнодотронулся до пиджака, где лежал пистолет Пахомова.