Метро до Африки - Дарья Донцова

– О господи! – закатил глаза Юрий. – Естественно, экспертмигом начнет задавать вопросы. Произошло ли падение при дополнительномускорении? Все ли повреждения на трупе от падения с высоты? В каком положениилежало тело на земле? И каким было само падение?

– Оно бывает разным?

– Конечно, прямое, ступенчатое, свободное, несвободное… Воттолько один нюанс. Знаешь, когда умер отец? – Коротков вдруг перешел со мной на«ты». – Как раз на носу был конец квартала – надо было отчеты сдавать. Зачемпроцент раскрываемости портить? К тому же дело казалось ясным: автомобильпотерял управление, вломился в кафе, водитель удрал, хотел выкрутиться, нооткрылись новые обстоятельства, менты начали копать, шофер испугался и сиганулс чердака. Может, совесть его замучила. Дело закрыли, вздохнули свободно, отначальства по шапке не получили, пошли отдыхать. Никаких больших людей в делене было, кто шум поднимать станет? Увы, такое случается сплошь и рядом.

– Вот, значит, как Леокадия стала ясновидящей… –пробормотала я.

– Ага, – кивнул Юрий. – И к ней сразу попер народ. Но Андронбыл не дурак. Он вскоре понял, что предсказаниями заниматься стремно, поискамипропавших – тоже опасно: Лёку живо раскусят, не было у нее ни малейшего дара.

– А вот у Марфы он есть, – тихо сказала я. – То-то ей снилсясон про сестру, у которой руки в крови, и дурной запах ее преследовал. Леокадиязнала, что Люся и Зоя обречены на смерть, и не отказалась участвовать в спектакле.

– Жадная она очень, – пожал плечами Коротков, – деньги длянее главное. Нет, пойми меня правильно, я тоже купюры люблю, и сейчас продаютебе инфу, но все же есть дела, на которые я никогда не пойду за хрустящиебумажки. Хотя, может, мне не предлагали хорошую цену?

– Давай не будем задаваться философскими вопросами, –вздохнула я. – У меня есть сильное подозрение, что основная масса человечестванаступит на моральные принципы при виде чемодана с миллионами. Об этом лучшедаже у себя, родной, не спрашивать!

– Но убийство – это все же слишком, – покачал головой Юрий.– Хотя я на службе навидался всякого. Ладно, продолжу. Андрон решил пойтиоригинальным путем. Газеты тех лет были полны объявлений от ясновидящих,гадалок и экстрасенсов.

– И сейчас такого добра навалом, – подхватила я. – Убираютвенцы безбрачия, чистят карму, меняют судьбу, продают талисманы, отворачиваютсоперниц, приманивают любимых…

– Но пятнадцать лет назад народ был наивнее, легче велся натакие штуки, – не согласился Юрий. – А Андрон придумал замечательный ход. Онобъявил Леокадию медиумом.

– Зачем? – удивилась я.

– Да это ж просто, как чихнуть, – усмехнулся Юрий. – Знаешь,какое количество людей ощущает свою вину перед умершими? Родители ушли на тотсвет – и начинаешь мучиться: был с папой и мамой груб, не сказал им слов любви,вот бы повернуть время вспять… Но, увы, это невозможно. А Леокадия вызывала духусопшего, и – пожалуйста, общайтесь, говорите что хотите.

– Она не боялась разоблачения?

– Нет.

– Но почему?

Коротков встал и распахнул окно.

– Ну, во-первых, решившись связаться с родственниками взагробном мире, люди сильно нервничают, и Андрон, который выступал в ролипомощника медиума, всегда поил посетителей микстурой. Говорил им: «Вамнеобходимо расслабиться. Леокадия очень чуткая, улавливает любые колебания,ваша нервозность помешает ее работе, и сеанс сорвется. Так что глотнитенастоечку…» Поэтому в помещение, где шло представление, люди попадали уже подкайфом, у них кружилась голова, закладывало уши, снижалось внимание. Во-вторых,пока клиент успокаивался, Андрон ловко выведывал у него информацию и передавалЛеокадии. Ну, допустим, он очень участливо интересовался: «Хотите с отцомпоговорить? И как его звали?» – «Иван Иванович». – «А от чего же он умер?» –«Операцию на желчном пузыре неудачно сделали»… Даже столь крохотной порциисведений Лёке хватало, чтобы задурить человеку голову. А в-третьих…

Юрий уставился в окно.

– Что? – жадно спросила я.

Коротков вынул сигареты.

– Мне удалось найти нескольких бывших клиентов, и все они водин голос твердили: «Мы вступали в полутемную комнату, там сидела женщина, онаначинала вызывать дух, и в какой-то момент появлялась белая фигура. Становилосьхолодно, дул ветер». Как проделывали подобный трюк?

– Может, в зелье подсыпали галлюциногены? – предположила я.

– Да нет, очень уж одинаковые видения у разных людей, иощущения тоже. Сквозняк, легкий скрип, запах сырости, потом белая фигура. Ноона молчала, за нее говорила разными голосами Леокадия.

– Да уж! – покачала я головой. – Марфа вскользь обронила,что сестра с детства обладала только одним талантом: могла пародировать чужуюречь. Она без проблем говорила басом, тенором, сопрано.

– Мошенники! – Юрий стукнул кулаком по подоконнику. – Иубийцы. Я совершенно уверен, что Андрон убил моего отца и пытался при помощиконфет отравить маму. Вот только он не знал про ее диабет, и шоколадкидостались несчастной Фатиме.

– А что за конверт там был? – вспомнила я.

– Это вопрос, на который пока нет ответа, – протянул Юрий. –И, увы, он не один. Мне, например, непонятно, почему Леокадия и Андрон вдругприкрыли лавочку.