Наследница по найму - Мэдлин Хантер

– Это ты так говоришь. Любопытно, уж не используешь ли ты меня, чтобы оправдаться перед собой за то, что я оказалась сообразительнее.

Он улыбнулся и поцеловал ее в ответ.

– Может быть.

От поцелуя у нее вскипела кровь.

– Уже поздно, покупку кареты и гардероба придется отложить.

– Займемся этим завтра.

– Чем же в таком случае нам заняться сейчас? Надо ведь как-то убить время…

– Можно поговорить кое о чем важном.

– Не пугай меня! Что-то серьезное?

– Да, но не пугайся. Я долго думал о нашей работе и разном подходе к установлению истины. Ты не хочешь, чтобы мы были партнерами, но мы могли бы заключить договор о взаимопомощи. Например, если тебе понадобится в какой-то ситуации мужчина…

– Например, поговорить с другим мужчиной?

– Всегда найдутся те, кто никогда не воспримет вопросы женщины всерьез или и вовсе их не услышит. Ты же знаешь, что я прав.

– И ты готов заменить меня? Как мой подчиненный?

– Мы могли бы действовать сообща. Будем вместе вырабатывать стратегию и тактику и распределять обязанности. Так будет эффективнее и вдвое быстрее.

– Как это ни называй, все равно очень похоже на партнерство.

– Наверняка не все заказы потребуют моей помощи, и ты сможешь работать самостоятельно.

Минерве сразу пришел на ум случай с Дугласом Марином: Чейз очень бы пригодился. Когда он предлагал ей партнерство, эта идея ей не понравилась, но теперь… Она была уверена, что передумала, и не только из-за работы: как партнеры, они смогут чаще видеться.

– Все это непросто… Может, нам стоит обсудить более формальный союз. Если ты пообещаешь, что не станешь мной командовать, как офицер войсками, я могу и согласиться.

Чейз посерьезнел и крепче обнял ее за плечи.

– Будь моя воля, я бы предложил тебе самый реальный и крепкий союз, хоть и знаю твое отношение к таковому.

Его взгляд был таким теплым, таким мечтательным, что у нее защемило сердце.

– Я думала об этом, – сказала она тихо. – Не ты один…

– Если я признаюсь, что ты мне невероятно дорога, что чувства, которые к тебе испытываю, не дают не только работать, но и доводят до безумия, это что-нибудь изменит? Потому что я люблю тебя, милая. Я поклянусь чем хочешь, если это заставит тебя снова подумать о такой возможности.

От его признания у нее слезы навернулись на глаза. Однажды она допустила ужасную ошибку, но теперь она уже не девочка, какой была тогда, а в этом мужчине не было ничего загадочного. Речь не могла идти о договорном браке или взаимовыгодном. Это был бы брак исключительно по любви, с человеком, которому она уже доверила тело и сердце.

И все же… она еще не забыла о той прежней тьме. Она не могла притворяться перед собой, что не потеряет очень многое, согласившись на предложение Чейза. Раздумывая обо всем этом, она смотрела в его глаза.

– Ты клянешься, что никогда не станешь разыгрывать армейского офицера со мной и моими близкими?

Он улыбнулся.

– Даю слово джентльмена. И если вдруг забуду об этом, ты наверняка напомнишь мне о нашем разговоре.

– Даже не сомневайся. И еще я хочу поступать по собственному усмотрению, когда вздумается.

– Часть твоего наследства хранится в банке, и я не могу наложить на него руку. Если продашь партнерство в предприятии, сможешь добавить и эти деньги. У мужа есть определенные права на имущество жены, но не к деньгам из специального фонда. Если ты решишь выйти замуж, Сандерс встретится с тобой и все объяснит. Что касается доходов, то мы договоримся, что они принадлежат тебе и ты можешь использовать их как пожелаешь.

– И ты позволишь мне по-прежнему заниматься сыском? Мне это очень нравится, и я хотела бы продолжать.

– Мы будем заниматься этим вместе, как и всем остальным.

Можно ли верить, что он сдержит обещание? Ей очень хотелось надеяться, что их партнерство принесет пользу обоим.

Чейз не попытался давить на нее, диктовать свои условия. Ему хватило ума помолчать, и это ей понравилось. Он не требовал от нее делиться мыслями, не пытался подавить ее эмоции.

– Многое говорит в пользу брака, – сказала Минерва. – Например, я вполне могу забеременеть. Не хотелось бы принимать такое решение только из-за этого.

– Верная мысль.

– Которая тебе не пришла в голову.

– Я был уверен, что ты уже думала о такой возможности.

Минерва положила голову ему на плечо.

– Так или иначе, мне придется опять иметь дело с твоей семьей. Твои тетки уж точно захотят узнать обо мне больше, раз считают, что я их чуть ли не ограбила. Хорошо, если бы ты мог встать между ними и мной, чтобы принять основной огонь на себя.

– Обещаю защищать тебя от них. Героически.

– Знаешь, я уже опять набираюсь храбрости, – призналась Минерва. – Любовь заставляет меня так думать. Я вижу только одну большую проблему.

– Какую же?

– Не уверена, что смогу жить с мужчиной, который постоянно все записывает.

Он расхохотался.

– Обещаю: ты больше никогда не увидишь ни одного списка.

– Тогда раздели со мной постель и, когда в глазах загорятся звезды, сделай мне предложение, если пожелаешь. Посмотрим, что я отвечу.

Совсем скоро, в качестве последней проверки, она впервые перекатилась в постели так, чтобы оказаться под ним, когда он был в ней. Она ожидала, что в ней снова заговорят прежние эмоции, и приготовилась с ними бороться, осознавая собственную уязвимость под его сильным и крупным телом, но обнаружила, что сердце ее переполнено любовью и восторгом, так что там не осталось места для тревог.

Минерва обнимала Чейза, пока он двигался в ней. Его любовные признания заполнили все ее мысли и тронули до глубины души. На вершине их неистовства он, собрав волю в кулак, с любовью и страстью в глазах со стоном выдавил:

– Так станешь… ли ты… моей женой, Минерва?

– Да… о да, любимый!..

Примечания

1

Джонс Иниго (1573–1652) – крупнейший архитектор в Англии и Уэльсе. – Примеч. пер.

2

В состоятельных домах Англии дворецкий проглаживал утюгом газету, чтобы типографская краска не пачкала руки.