Алтын-Толобас - Борис Акунин

Наткнувшись на это имя, Фандорин вскочил, опрокинув стул, ипришел в такое волнение, что пришлось выпить два стакана минеральной воды (зубывыстукивали нервную дробь о край стакана).

Неужели в письме Корнелиуса речь идет именно об этой книге?!Но если так (а как еще? как?), то, выходит, фон Дорн и в самом деле знал, гденаходится та самая Иванова Либерея! Значит, она действительно существовала!

Фандорин изучил все имеющиеся сведения о таинственнойбиблиотеке и ее многократных поисках, заканчивавшихся неизменным фиаско.

Итак, что, собственно, известно о Либерее?

В 1472 году вместе с приданым племянницы последнеговизантийского императора в Москву на многих повозках были доставлены ящики скнигами, которыми долгое время никто не интересовался.

Сорок лет спустя Василий Иоаннович «отверзе царскиесокровища древних великих князей прародителей своих и обрете в некоторыхпалатах бесчисленное множество греческих книг, словенским же людям отнюдьнеразумны». С Афона был специально выписан ученый монах Максим Грек, которыйперевел часть книг на русский язык, после чего библиотека почему-то быласокрыта за семью запорами, а бедного переводчика на родину так и не отпустили.

В 1565 году пленный ливонский пастор Веттерман (скореевсего, он-то впоследствии и составил Дерптский каталог) был вызван к царю Ивануи отведен в некое тайное подземелье, где государь показал ему обширное собраниестаринных манускриптов и просил заняться их переводом. Устрашившись количествакниг, которые придется переводить, пастор сослался на невежество и был с миромотпущен Иоанном, который в ту пору еще не стал Грозным – зловещая переменасвершилась с царем вскоре после этого.

При Алексее Михайловиче некий заезжий митрополит,прослышавший о книжных сокровищах, просил царя о доступе к Либерее, но в товремя местонахождение книгохранилища уже было неизвестно.

Поскольку последним из царей, кто наверняка владелбиблиотекой, был Иоанн IV, она впоследствии и получила прозвание «библиотекиИвана Грозного».

Первая попытка отыскать тайное царское подземелье былапредпринята еще при Петре Великом, когда пресненский звонарь Конон Осипов подалдоношение в Канцелярию фискальных дел, где докладывал о неких двух подземныхпалатах «под Кремлем-городом», сплошь заставленных сундуками. «А те палаты завеликою укрепою, у тех палат двери железные, попереч чепи в кольцах проемные,замки вислые, превеликие, печати на проволоке свинцовые, и у тех палат поодному окошку, а в них решетки без затворок». Про сей тайник, расположенныйгде-то близ Тайницкой башни, Осипов якобы слышал много лет назад от дьякаБольшой Казны Макарьева, который обнаружил тот подвал, когда исследовалкремлевские подземелья по наказу царевны Софьи.

В конце прошлого века начались фундаментальные поискиЛибереи.

В 1891 году страсбургский исследователь Эдуард Тремер,получив высочайшее соизволение, разыскивал тайник близ церкви Святого Лазаря ив восточной части бывших царских теремов, белокаменные подвалы которыхблагополучно пережили самые лютые из московских пожаров.

Потом Боровицкий холм копали директор Оружейной палаты князьЩербатов и профессор Забелин – не слишком усердно, потому что в существование(и тем более сохранность) Либереи не верили.

В тридцатые пропавшую библиотеку упорно разыскивал археологИгнатий Стеллецкий, для которого эти поиски были делом всей жизни. Но Кремль вту пору стал режимной зоной и особенно разгуляться энтузиасту не дали.

Потом было еще два всплеска: в начале шестидесятых и совсемнедавно, два-три года назад, когда при мэрии даже была создана специальнаякомиссия. Судя по газетным статьям (для конспирации Фандорин потребовалдоставить подшивки сразу за несколько лет), во второй половине двадцатогостолетия возникли новые гипотезы: что Иван Грозный мог спрятать бесценную коллекциюне в Кремле, а в Александровой Слободе или одном из своих любимых монастырей.

Что из всего этого следовало?

С научной точки зрения – почти ничего. Прямых доказательствсуществования Либереи не было, только косвенные (оригинал Дерптского списка,например, безвозвратно исчез). Серьезные исследователи предполагали, чтобиблиотека сначала действительно существовала, а потом была раздарена почастям. Или сгорела при пожаре. Или сгнила в сыром подземелье.

И только теперь, на исходе тысячелетия, появилось верноедоказательство, и располагал им один-единственный человек – Николас А.Фандорин, безвестный магистр истории. Он твердо знал и мог доказать, что черезсто лет после Ивана Грозного, в конце семнадцатого века, Либерея ещесуществовала и была спрятана где-то в тайном подвале дома, стоявшего в какой-тоЧерной Слободе, за какими-то Каменными воротами.

Уже одно это было исторической сенсацией первой величины. Даи не только исторической – обнародование открытия наверняка вызвало быочередную волну ажиотажа. Если попытаться представить, в какую суммуоценивалось бы сегодня Иванове собрание книг, то, вероятно, пришлось бы вестисчет на миллиарды. Немедленно возникли бы новые комиссии, опять начались быпоиски, раскопки. А вместо этого (публичные доклады, пресс-конференции,телевидение, докторская степень, членство в Королевском обществе!) приходилосьотсиживаться на нелегальном положении и гадать, кто до тебя доберется раньше –милиция или бандиты.

На шестой день (да-да, уже на шестой, потому что работал Николасспоро) вся сколько-нибудь причастная к теме литература, включая описаниегородского быта москвитян и мемуары обитателей Иноземной слободы, была изученаи частично законспектирована. Наступил период осмысления и анализа.

Первый вывод не заставил себя ждать. Он, можно сказать,лежал на поверхности.

С чего это Николас А. Фандорин взял, что он один осознаетнаучную ценность письма Корнелиуса? Те, кто хочет найти Либерею, поняли смыслслова «Замолей» ничуть не хуже, чем он. А если учесть, что Николас,профессиональный историк (да к тому же, благодаря капитану фон Дорну,прочитавший немало книг по истории допетровской Руси), ни о каком Замолеераньше не слыхивал, то получалось совсем интересно: бандитов явноконсультировал высококвалифицированный специалист.

Кто еще читает архивные журналы и «Королевский историческийжурнал»? Только серьезный историк. Он сопоставил две публикации о половинкахневнятного документа и послал в Лондон таинственную бандероль.