Бриллианты вечны - Бретт Холлидей

Второй присоединился к нему и встал по другую сторону Бонда, положив руку на ремень брюк. Все трое направились к выходу, и поднимающаяся луна высветила их длинные тени, движущиеся впереди них по блестящему бетонному покрытию.

Глава 19

Спектрвилл

Красный «ягуар» стоял за воротами у стены. Бонд позволил им забрать свой пистолет и сел рядом с шофером.

— Никаких безумных выходок, если хотите сохранить свою голову на плечах, — сказал толстяк, садясь на место для багажа, рядом с шарами для гольфа. — Пистолет направлен на вас.

— Да… Когда-то у вас была хорошая машина! — сказал Бонд.

Разбитое ветровое стекло было опущено, а кусок хромированного бампера висел между передними колесами без крыльев.

— Куда же мы направляемся в этих останках?

— Сам увидишь, — коротко ответил шофер, сухощавый человек с жестким лицом и баками.

Он вывел машину на дорогу и погнал обратно в город. Вскоре они уже оказались в джунглях неона. Проехав через город, они быстро помчались по двухсторонней автостраде, тянувшейся по освещенной луной пустыне к горам.

Вспомнив о том, что говорил ему Эрни, Бонд понял: они ехали в Спектрвилл. Он откинулся на сидение и закрыл глаза, чтобы защитить их от пыли, и стал думать о будущем, о том, как он сможет отомстить за своего друга.

Итак, эти двое и еще те двое в «шевроле» были посланы, чтобы доставить его к мистеру Спенгу. Почему для этого потребовалось четыре человека? Вероятно, это было ответом на его откровенное неповиновение, которое он проявил, играя в казино, несмотря на запрет!

Машина ехала прямо по пустынной дороге, и стрелка спидометра колебалась в пределах восьмидесяти миль. Мимо них размеренно проносились телеграфные столбы.

Бонд внезапно почувствовал, что он далеко не полностью уверен в тех ответах, которые дал на свои собственные вопросы…

Может быть, он полностью раскрыт, как враг «Спенг Моб»?

Он вполне мог бы оправдаться по поводу своей игры в рулетку тем, что не понял полного смысла данного ему приказа. По поводу вреда, который он причинил этим четверым, он вполне мог сказать, что принял их за «хвост», посланный какой-то соперничающей организацией. «Если вы хотели видеть меня, почему не могли просто позвонить в номер?» — Бонд почти слышал, как произносит это с неподдельной обидой в голосе. По крайней мере, он показал им, что он достаточно сильный человек, который может при случае постоять за себя, что он годится для любой работы, которую мог бы предложить ему в будущем мистер Спенг. «В любом случае, — заверял себя Бонд, — моей конечной целью было добраться до конца алмазной трубки и связать каким-то образом Серафима Спенга с его братом в Лондоне».

Бонд наклонился, сосредоточив внимание на круге света перед ним, собирая свои мысли и прокручивая все варианты предстоящего разговора. Главное, что полезного он сможет узнать об алмазной трубке в новых обстоятельствах. Потом он подумал об Эрни Курсо и о том, как отомстит за него.

Он совершенно не думал о своей безопасности, не боялся этих людей, он питал к ним только презрение и отвращение.

Бонд все еще репетировал свой разговор с мистером Спенгом, когда после двух часов езды, почувствовал, что скорость машины начала снижаться. Они подъехали к высокому проволочному забору, в котором были ворота с большой надписью: «Спектрвилл». Граница города. Не въезжать. Злые собаки».

Машина остановилась под объявлением, висящим на металлическом столбе, вмонтированном в бетон. На столбе находился звонок и еще одно объявление, выведенное красными буквами. Там было написано: «Позвоните и доложите о своем деле».

Не оставляя руля, человек с баками высунулся из окна и нажал на кнопку звонка. Пауза. Металлический голос произнес: — Да?

— Фрассо и Мак Голинг, — громко сказал шофер.

— О’кей! — ответил голос.

После этого послышался резкий щелчок. Высокие ворота медленно раскрылись. Они въехали через них по узкой металлической полосе, пролегающей по грязной дороге. Бонд оглянулся через плечо и увидел, как ворота закрылись за ними. Он также с удовольствием отметил, что лица его сопровождающих, особенно, Мак Голинга, были покрыты пылью и кровью.

Грязная дорога продолжалась приблизительно с милю. Она шла через каменистую поверхность пустыни, однообразие которой нарушали только редкие кактусы.

Потом впереди показался свет, они обогнули уступ горы и стали спускаться вниз, в ярко освещенное пространство, заполненное нелепыми сооружениями, их было, примерно, около двадцати. Сверху при свете луны была видна узкоколейная железная дорога, которая тянулась далеко к горизонту.

Они проехали мимо нескольких деревянных магазинов, на которых были надписи: «Парикмахерская», «Фермерский банк». Машина остановилась около двухэтажного деревянного здания с шипящей газовой рекламой, на которой блеклым золотом было написано: «Пинк Гартен салон», а ниже: «Пиво и вина». Из-за старинных, традиционных, не доходящих до верха дверей, лился желтый свет на улицу и на машины, стоящие у тротуара. Из здания доносился приглушенный, мелодично-гнусавый звук фисгармонии, под аккомпанимент которой исполнялась песня «Интересно, кто теперь целует тебя».

Музыка напомнила Бонду покрытые опилками полы, изысканные напитки и ножки девушек в чулках в крупную сетку. Все это походило на хорошо поставленный голливудский фильм о Западе давних дней.

— Выходи! — сказал шофер, и все трое вышли из машины на деревянную дорожку.

Бонд нагнулся, чтобы помассировать затекшие ноги, следя за ногами других…

— Иди, иди, неженка, — сказал один из них, подталкивая Бонда дулом пистолета.

Бонд медленно выпрямился. Он тяжело захромал, следуя за мужчинами, шедшими впереди него к дверям салона. Когда качающиеся двери распахнулись перед ним, он приостановился и тут же почувствовал на спине дуло пистолета.

— Сейчас, — сказал Бонд и прошел через двери. Прямо перед ним был Мак Голинг, а еще дальше был освещенный зал с баром, в котором автоматическая фисгармония играла для самой себя.

Бонд быстро схватил выше локтей впереди идущего, оторвал его от земли, повернул и бросил назад, на Фрассо, входившего в этот момент в дверь.

Весь деревянный дом закачался, когда эти два тела встретились, а Фрассо вылетел через дверь на деревянный тротуар.

Мак Голлинг быстро вскочил и повернулся к Бонду. В его руке был поднимающийся пистолет. Бонд левой рукой схватил его за плечо и в то же время открытой правой резко ударил вниз по пистолету. Мак Голинг опустился на пол около дверного косяка. Пистолет упал на пол.

Через качающуюся дверь показалось дуло пистолета Фрассо, и оно поднялось на Бонда. Когда из него блеснуло желтое с голубым пламя, Бонд, кровь которого играла перед битвой, мгновенно упал на пол, поближе к пистолету,