В лесу - Тана Френч

– Господи, – пробормотал я. – Вокруг меня прямо “Шоу Джерри Спрингера” разворачивалось, а я и не знал. “Подростки-свингеры делятся опытом”.

Всего в нескольких ярдах мы с Джейми и Питером пугали друг дружку “рукой покойника” и метали дротики в брехливую шавку Кармайклов. Сколько же в маленьком невинном поселке сосуществовало тайных параллельных вселенных, наслаивающихся друг на друга. Я подумал об археологических слоях у нас под ногами и о лисе во дворе моего дома – она тоже наверняка живет в городе, совсем не похожем на мой.

– А потом, – продолжала Кэсси, – Шейн обо всем узнал и тоже попросился в игру. Кэтел, разумеется, не возражал, зато Сандра уперлась. Шейн ей не нравился – “задрот прыщавый”, так она о нем отзывается. У меня вообще сложилось впечатление, будто он был неудачником, и все-таки остальные по привычке водили с ним дружбу, потому что они с детства тусовались вместе. Кэтел все ее уламывал – мне прямо не терпится посмотреть историю его браузера, а тебе? – Сандра обещала подумать, и наконец они заманили ее в лес. Кэтел и наш приятель Джонатан ее держали, а Шейн изнасиловал. Когда именно это случилось, Сандра не помнит, но у нее на запястьях выступили синяки, и она еще волновалась, что они не сойдут до школы, значит, все произошло в августе.

– А нас она видела? – спросил я, стараясь сдержать нахлынувшие чувства. То, что эта история переплетается с моей собственной, сбивало с толку и в то же время будоражило.

Кэсси посмотрела на меня бесстрастно, но я-то знал, что она проверяет, как я справляюсь со всем этим. Я старался сохранять спокойствие.

– Думаю, нет. Она была… ну ты сам понимаешь, в каком состоянии. Но она запомнила, что в траве кто-то сидел и что ее дружки заорали. Джонатан бросился следом за вами, а когда вернулся, сказал что-то вроде “Сопляки сраные”.

Кэсси стряхнула пепел в окно. По тому, как она ссутулилась, я понял, что история еще не закончена. С противоположной стороны дороги, на раскопках, Марк, Мэл и еще несколько человек, перекрикиваясь, возились с колышками и желтой рулеткой. Мэл искренне и громко рассмеялась и воскликнула: “Размечтался!”

– И что дальше? – не вытерпел я.

Меня трясло, словно охотничью собаку, взявшую след. Как я сказал, подозреваемых я не бью, но сейчас в голове у меня проносились картинки, в которых я швыряю Девлина о стену, ору ему в лицо и выбиваю ответы.

– Представляешь, – сказала Кэсси, – она Кэтела Миллза даже не бросила. Они встречались еще несколько месяцев, а потом расстались по его инициативе.

Я чуть не спросил: “И все?”

– Она была несовершеннолетней, а тут срок давности другой, – проговорил я вместо этого. В голове со скоростью сотня миль в час проносились стратегии допроса. – У нас все равно время есть. Я бы этого ублюдка прямо во время рабочего совещания взял.

Кэсси покачала головой:

– Она ни за что на него не заявит. Считает, что раз с ним шашни закрутила, то сама и виновата.

– Давай с Девлином поговорим. – Я завел двигатель.

– Погоди секунду, – остановила меня Кэсси, – тут еще кое-что. Скорее всего, это ерунда, но… После того как они закончили, Кэтел – честно говоря, нам бы его все равно проверить и очень желательно накопать на него чего-нибудь, – так вот, Кэтел сказал: “Ты ж моя зайка” – и поцеловал ее. Сандра дрожала, пыталась привести в порядок одежду и собраться с мыслями. И тут из леса послышался какой-то звук, совсем неподалеку, всего в нескольких ярдах от них. Сандра говорит, она ничего подобного не слышала. Как будто гигантская птица крыльями захлопала – так она сказала, – вот только это словно голос был. Будто кто-то закричал. Они все повскакивали и принялись орать, а потом Кэтел выкрикнул: “Как эти долбаные сопляки достали!” – и швырнул в сторону леса камень. Но звук не стих. Он шел из кустов, они ничего не видели. Они точно окаменели, чуть с ума не посходили – сидели там и орали. В конце концов звук стих и они увидели, как в лесу что-то двигается, что-то большое, размером с человека, не меньше. Они бросились домой. И еще Сандра говорит, она почувствовала очень сильный запах животного, как бывает у козла или просто в зоопарке.

– Это еще что за хрень? – Такого я не ожидал.

– Значит, это не ваших рук дело?

– Насколько я помню, нет.

Я помнил, как несся со всех ног, слышал собственное дыхание, не понимал, что происходит, но знал, что это что-то жуткое. Помнил, как мы втроем остановились на опушке леса и переглянулись. Едва ли мы вернулись бы обратно на полянку, чтобы хлопать крыльями. Да и откуда мы взяли бы животный запах?

– Скорее всего, просто навоображала бог знает чего.

Кэсси пожала плечами:

– Конечно, может, и так. Но я подумала – а вдруг по лесу и правда какой-то дикий зверь разгуливал?

Самые свирепые представители ирландской фауны – это, наверное, барсуки, однако бытуют у нас, особенно в Мидленде, и жуткие рассказы о всяких чудовищах: то там, то сям находят дохлых овец с перекушенным горлом, а запоздалых путников пугают зловещие тени и светящиеся глаза. Чаще всего это сбежавшие пастушьи собаки, ну кошки еще да шутки освещения, но некоторые случаи так и остаются неразгаданными. Я невольно вспомнил о прорехах у меня на футболке. Кэсси ни в каких загадочных диких зверюг не верит, и эта легенда ее завораживает, потому что восходит к Черному псу, который нападал на средневековых путников. К тому же ей нравится идея, что не каждый дюйм пространства у нас в стране снят на камеру видеонаблюдения и что остались в Ирландии тайные закоулки, где вершит свои темные делишки неодомашненный человеком зверь размером с пуму.

В сущности, мне эта мысль тоже нравится, но как раз в тот момент у меня не было времени ее обдумать. С самого начала расследования, едва наша машина заехала на холм, откуда открывался вид на Нокнари, непроницаемая перегородка между мною и тем днем в лесу стремительно исчезала. Она так истончилась, что теперь я слышал тихое движение по другую ее сторону, шелест крыльев и шорох лапок, словно зажатый между ладонями мотылек. У меня не было времени для странноватых версий о сбежавших экзотических животных, бродящих по лесу одиноких лосях, лох-несском чудовище и прочей бредятине, на которую намекала Кэсси.

– Нет, – ответил я, – нет, Кэсс. Мы в этом лесу считай что жили. Если бы там водились животные крупнее лисы, мы были бы в курсе. И поисковики тоже обнаружили бы следы. Либо в