Девять воплощений кошки - Татьяна Степанова

Нужный дом – девятиэтажка из красного кирпича на улице Молодогвардейской в Кунцеве, Катя нашла быстро. Подъезд убирал дворник, так что домофон она миновала, прошла свободно и в 8.00 уже звонила в массивную дверь на шестом этаже, закрывавшую проход на площадку к двум квартирам слева от лифта.

Сергей Шустов проживал в 57-й квартире.

Звонок.

Никто не открывает.

Катя посмотрела на часы. Восемь утра. И никого нет дома. Что ж, на работу можно уехать и в семь, и в шесть, можно и сутки пахать. Если он, например, работает в охранной фирме, то…

Она позвонила еще раз. Глухо. Тогда она стала звонить в соседнюю квартиру – 56.

Сначала тоже никто не открывал. Затем женский голос тревожно спросил:

– Кто там?

– Я из полиции, капитан Петровская, вот мое удостоверение, – Катя показала «корочку» дверному «глазку». – Я по поводу вашего соседа Сергея Шустова, он наш бывший коллега. Их что, дома никого нет?

– Нет. Покажите еще раз удостоверение.

Катя терпеливо поднесла «корочку» к «глазку» снова.

– А когда он будет дома, не знаете? – спросила она.

Щелкнул замок. На пороге возникла старушка в халате и вязаной «душегрейке», явно поднятая с постели. Она воззрилась на Катю сквозь очки так, словно увидела призрака.

– А он зачем вам? – спросила она.

– Он мне нужен по срочному делу. Не знаете, когда его можно застать дома?

– Так это… никогда.

– Он что, переехал?

– Он умер.

Такого Катя не ожидала.

– Умер? Когда?

– Лет десять уже как, – старушка изучала Катю придирчиво и с любопытством. – А вы, что ж, в полиции и не знали? Он же сослуживец ваш был.

– Нет… я не знала. Он ведь в ГАИ работал, а я из другой службы. От чего он умер? Он же, судя по всему, молодой… всего-то старший лейтенант…

– Молодой, здоровый, как бык. А умер в один момент. Сосуд лопнул, этот, как его… аорта. Прямо в ванной упал, когда брился. Мать и помочь ничем не смогла, мне в дверь звонит: вызывайте «Скорую», кричит! Я вызвала. Они приехали, и ничего. Как сейчас все это помню. Был человек, и нет человека.

– А кто теперь в этой квартире живет? – спросила Катя. Она была потрясена. Что ж, сотрудники ГАИ тоже смертны, но… теперь и эта нить оборвана.

– Его мать как жила, так и живет.

– Так нет никого дома.

– А она на работе сейчас днями и ночами пропадает. В фирме своей. Несчастье там у них, прямо горе. Хорошая женщина. Мне помогает, мы ведь обе с ней одинокие.

– А что за фирма? Как мне ее найти?

– Фирма-то… да кошки, – старушка улыбнулась. – У нее и самой кошка-красавица, она мне ключи оставляет кормить, когда на работе торчит. У меня телефон ее есть, – старушка повернула в сторону своей квартиры, ухватила с тумбочки телефон, нажала кнопки, ища в телефонной книге. – Да вот, ее мобильный и этот их, в фирму.

Катя списала в свой мобильный телефоны. Номер телефона фирмы начинался с цифры 5.

– Как зовут вашу соседку? – спросила она.

– Верочка. Жалко мне ее. Сын свет в окошке для нее был, а теперь вот коты. Мне котенка все обещает, да куда он мне.

Старушка явно настроилась продолжить эту тему, но Катя…

Она поблагодарила соседку Шустовых и спустилась на лифте, вышла во двор.

Набрала номер… нет, не генерала Елистратова, и не начальника ГИБДД Арапова, и не лейтенанта МУРа Дитмара. Нет, она позвонила участковому Миронову.

– Привет. Можете помочь мне срочно?

– Конечно, – участковый Миронов не удивился и не стал спрашивать: «А чем?»

– Во-первых, как ваша рука?

– Нормально, срастается потихоньку.

– Вы не работаете сейчас?

– Пока еще на больничном.

– У меня телефон… судя по первым цифрам, это ваш красногорский номер, и еще номер мобильного. Можете пробить мне по-быстрому, хотя бы городской сначала?

– Диктуйте.

Катя продиктовала.

– Я просто подумала, это может быть совпадение, – сказала она. – Сначала надо проверить телефон. Я возвращаюсь в музей, как только установите, сразу же мне…

– И проверять нечего. Оба номера у меня есть в связи с тем нашим делом. Этот вот номер «Приюта любви», гостиницы. А сотовый – это телефон Сурковой, владелицы клуба, помните ее?

– Веры Сурковой, – Катя кивнула. – Да… значит, это она его мать.

– Чья?

– Вова, вы можете подъехать к «Приюту любви»? Я сейчас в Кунцеве, в Красногорске буду минут через сорок.

– Хорошо. А что случилось?

– Нам надо с вами кое-что узнать.

Катя бросилась ловить «частника». Через полчаса она уже подъезжала к зоогостинице, вспоминая, как была тут в прошлый раз, когда застала Суркову пьяную в ее офисе.

Участковый Миронов уже ждал за рулем своей машины, припаркованной на углу ветлечебницы. Как он управлял со сломанной рукой – одному богу известно.