Невеста Калиостро - Татьяна Полякова

Князь сидел с книгой в руках, и если и был в отчаянии, товнешне это никак не проявлялось. Увидев меня, он отложил томик в сторону,поднялся и с улыбкой произнес:

– Рад вас видеть.

– Не могу сказать того же о себе, – буркнула я,князь пожал плечами:

– Я вас прекрасно понимаю. Я уже не раз говорил Юле…

– Помолчи, – перебила его она.

Рагужанский опустился в кресло и сложил руки на груди.

– Давайте подумаем, кто мог это сделать, – сказалая, желая поскорее перейти к делу. Юлька с князем переглянулись.

– Последнее время мы только этим и занимались, –усмехнулся Рагужанский. – Если честно, ничего толкового не надумали.Может, вам повезет больше.

– Убийства связаны с вашими обрядами, пока я не знаюкак, но связаны. Объясните, в чем их суть?

– Обрядов? – уточнил князь.

– Да, все эти жертвы и прочее…

– Просто невинная игра, – развел он руками.

– Но какой-то смысл вы в них вкладывали?

– Надо было придумать что-то зрелищное, – охотноначал объяснять он. – Я решил особо не мудрствовать. Идея четырех стихий,разумеется, не нова, я только использовал ее. В течение месяца, в зависимостиот расположения луны, приносятся четыре жертвы, символические, естественно, этодолжно способствовать долголетию, моему собственному и прочих заинтересованныхлиц.

– По легенде, вам лет сто как минимум? –усмехнулась я.

– Гораздо больше, – серьезно ответил князь. –Но на данном аспекте я никогда не заострял внимание. Намекал, конечно, но сюмором, чтобы в любой момент перевести это в шутку.

– А ваши домашние вас в этом поддерживали? –вспомнив разговор с Анной в доме князя, спросила я. Он только вздохнул. –Они принимали участие в… розыгрыше? – Я с трудом нашла нужное слово.

– Минимальное. Анна считала мои увлечения глупостью, номирилась с этим. Она верующий человек, и подобное времяпрепровождение ейпретило. Но она привыкла потакать моим слабостям.

– А ваш шофер?

– Конечно, нет, – отмахнулся князь.

– Постойте, портрет в вашем кабинете, – вспомнив онем, нахмурилась я. – Это в самом деле…

– Юля рассказала вам мою историю? –поинтересовался Казимир. Я кивнула, а он продолжил: – Этот портрет из коллекциимоей покойной благодетельницы. А наше поразительное сходство – результатвмешательства одного художника. Совсем неизвестного, но по-своему талантливого.Он написал мое лицо поверх прежнего, причем весьма мастерски. Кстати, одинпредприимчивый немец сделал соскоб с картины, подозревая, что это подделка.Анализ показал, что картина настоящая, то есть все, кроме лица, разумеется.

– После этого предприимчивый немец уверился в том, товы живете на свете более двухсот лет? – хмыкнула я.

– Я никогда не утверждал подобного. Но иногда и намекадостаточно. А желающим поверить нужно немного…

– Это точно. Вернемся к обрядам. Итак, четыре стихии,четыре жертвы в течение месяца. Девушка на алтаре – это дань зрелищности?

– Конечно. Просто и эффектно. Так же как символ,написанный кровью.

– Откуда этот символ? – спросила я, глядя ему вглаза.

– Если честно, я уже не помню, – подумав, ответилон. – Наверное, увидел в какой-нибудь книге.

– Лучше бы вам вспомнить. Потому что десять лет назад вгороде, где вы тогда жили, некто убил трех молодых девушек, и на их телах былоставлен знак: треугольник, а в нем круг.

Князь вроде бы растерялся, смотрел перед собой, как будтопытаясь что-то вспомнить.

– О боже, – наконец пробормотал он. – Как ямог забыть… Это было так давно. Об этих убийствах много говорили. Но девушекбыло две, разве нет?

– Три.

– Значит, я уехал еще до третьего убийства… что тутсказать? – развел он руками. – Наверное, тот давний случай отложилсяу меня в подсознании, произведя гораздо большее впечатление, чем я могподумать. И когда мне потребовался символ… этот треугольник всплыл сам собой…Весьма некстати, как я теперь понимаю. – В глазах его появилась тоска, ноРагужанский попытался замаскировать ее улыбкой, она тоже вышла невеселой.

– Хорошо, – не стала я спорить. – Допустим,это всего лишь совпадение. Пойдем дальше. Каждой стихии соответствует орган втеле человека. Так?

– В общем, да, и цель обряда – напитать эти жизненноважные органы новой силой.

– Что с ними необходимо сделать?

Князь с недоумением на меня уставился.

– В каком смысле? – произнес он.

– В буквальном, – не выдержала я. –Предположим, все четыре органа собраны вместе. Что дальше?

– Какие органы, Лиза? – не понял он. – Вы жевидели обряд. Я рисовал символ на теле девушки своей кровью, вот и все.

– К сожалению, нет. И вы, и я знаем, что кто-то убивалдевушек и вырезал у них органы. Значит, необходимо было провести еще какой-тообряд.

– Я никого не убивал, – твердо заявилкнязь. – Более того…

– Успокойтесь, – я выставила вперед руку. –Сейчас я далека от того, чтобы вас обвинять. Но убийца, скорее всего, узнал обобряде от вас.

– Нет, и еще раз нет. Ни о каких обрядах с органамилюдей или животных речь никогда не шла. Я что, по-вашему, сумасшедший?

– Вот уж не знаю, – буркнула я себе поднос. – Убийца кто-то из ваших… подопечных или адептов, не знаю, как высами их называли. Этот человек воспринял ваши бредни всерьез и задумал провестисобственный обряд.

– Но такого обряда попросту не существует, –возмутился князь. – По крайней мере, мне о нем ничего не известно.

– И все-таки он один из ваших адептов. Есть ещечеловек, который знал о том, что происходит, и пытался нас предупредить. Юлярассказала вам о сообщениях и наших встречах?

– Разумеется, рассказала, но я понятия не имею, кто этоможет быть.

Тут вмешалась Юлька.