Детектив Киёси Митараи - Содзи Симада

К моему разочарованию, в газете ничего не говорилось о том, как убийца поступила с телами своих жертв. Просто вкратце повторялось, что произошло в 1936 году, и подчеркивалось, что дело было раскрыто «благодаря неустанным усилиям полиции», продолжавшимся сорок с лишним лет. И, конечно, ни слова о Митараи.

Мой друг, как обычно, еще спал. Я влетел в спальню, растолкал его и сообщил, что Таэко Судо умерла. Сев в кровати, он широко открыл глаза и сказал только:

– Вот оно как…

Рука Митараи бегала по подушке; я думал, он еще что-то скажет, и не ошибся.

– Не хочешь сварить кофе?

* * *

Прихлебывая из чашки, мой друг погрузился в газету. Покончив со статьей, он бросил газету на стол и усмехнулся:

– Значит, благодаря неустанным усилиям полиции?.. Отпрыску Такэгоси-младшего и его компании понадобилось бы еще лет сто таких усилий, прежде чем они додумались бы до чего-то путного. Сколько ботинок за это время износили бы! Целый обувной магазин.

«Сейчас самое время вывалить на него мои сомнения», – подумал я и начал с вопроса, где Токико достала химикаты.

– Понятия не имею. Зачем ты у меня спрашиваешь?

– Но ты же говорил с ней в Арасияме.

– Мы почти не говорили.

– Но почему?! Ведь ты же столько сил потратил на ее поиски…

– Начни я ее расспрашивать – обязательно пошли бы эмоции. Жалость, сочувствие… И моим неустанным усилиям настал бы конец. Когда я ее увидел, у меня вовсе не было чувства, что ее поиски меня измотали. Детали мне неинтересны.

«Врешь! – подумал я. – А кто чуть не свихнулся в Киото?»

Митараи всегда старался показать, что все просто и дается ему с легкостью, как всем настоящим гениям.

– Мне нечего было у нее спрашивать. Ключевые, самые важные вещи я уяснил. А вдаваться в подробности не видел смысла.

– Объясни хотя бы, где она могла достать химикаты.

– Ну ты даешь! Тоже решил меня доставать неустанными усилиями? Химия, широта и долгота – все это фон, декорация. Первоклассно исполненная декорация. У Токико был настоящий талант: она так точно и реалистично выстроила свою бутафорию, что мы, увлеченно разглядывая ее, забывали смотреть на само здание. А ведь все дело в конструкции. Вот что меня больше всего интересует. В конструкции здания невозможно разобраться, если лишь любоваться декоративными элементами. Возьмем эти самые химикаты. Они нужны тебе позарез; жизнь, можно сказать, от них зависит. Что ты сделаешь? Нарядишься, к примеру, уборщиком и пролезешь в какую-нибудь лабораторию… Это все неважно.

– Ладно. Давай о другом. Могли Таэ и Токико вместе спланировать убийства? Или все задумала Таэ, а Токико лишь осуществила ее замысел? Может такое быть?

– Думаю, нет.

– То есть Токико все сделала сама?

– Думаю, да.

– Я, конечно, не исключаю, что так и было, но почему ты в этом уверен?

– Хм-м… Доказательств у меня нет. Просто я так считаю, и всё.

– Не очень убедительно, скажу я тебе. Доказательств нет; тогда из чего ты исходишь, когда так говоришь?

– Тут логикой ничего не объяснишь. Это вопрос женских эмоций. Можно лишь гадать.

Если преступления задумала Таэ, зачем Токико было менять имя на Таэко и открывать в Сагано магазин? Какая необходимость переезжать туда, зная, что ее могут там найти? В конце концов так и произошло, и Токико умерла. Выглядит так, будто она сознательно шла к самоубийству.

Вопрос второй – деньги. Если Таэ и Токико состояли в сговоре, из денег, полученных Таэ по наследству, половина должна была исчезнуть со счета. Но насколько нам известно (хотя я лично не проверял, поэтому не могу утверждать на сто процентов), никаких операций с этими деньгами Таэ не проводила.

Если Таэ была вовлечена в этот план и получила деньги, когда все кончилось, она, наверное, сразу перебралась бы в Сагано и исполнила мечту насчет магазина. Но не сделала этого, хотя деньги у нее были. Это, конечно, расстроило Токико, которая не испытывала полного удовлетворения от реализации своего плана. Поэтому она решила сама переехать в Сагано и открыть там магазин, о котором мать мечтала всю жизнь. И сделала это, несмотря на риск быть разоблаченной.

– Вот как… – проговорил я уныло.

– Впрочем, это все мои догадки, логического обоснования им нет. Можно возражать, с пылом доказывая, что все происходило совсем не так. Однако Токико умерла, и как было на самом деле, мы никогда не узнаем.

– Жаль… Такой шанс выпадает раз в жизни.

– Ну и ладно.

– А как ты думаешь, могла Токико написать тебе письмо перед смертью? Может, придет через два-три дня, а? – спросил я с надеждой.

– Такого быть не может. Я не назвал ей адрес, даже не представился. Не хотел портить исторический момент. Фамилия у меня больно неподходящая[68].

– Ну-у при чем здесь это… – протянул я, хотя фамилия у моего друга в самом деле не очень. Я даже сочувствовал ему немного.

– А Таэко, точнее, Токико, не говорила, куда она скрылась после?

– Говорила, так, вскользь.

– И куда же?

– На материк уехала.

– В Маньчжурию?.. Вот, значит, как… Это как из Англии раньше преступники бежали в Америку?

– Токико рассказала, что, оказавшись опять в Японии, куда ее репатриировали после войны, она ехала в поезде и смотрела в окно. После необъятных просторов материкового Китая здесь ей казалось тесно, будто до всего можно дотянуться рукой, а горы прямо-таки были готовы запрыгнуть в окно. Япония – маленькая страна. Очень поэтичный образ, скажи? Произвел на меня сильное впечатление.

– Угу…

– Вот были времена! А сейчас? Сколько японцев живет-живет да так и умирает, ни разу не увидев горизонта!

– Конечно, у нас масштабы не те… Однако Токико совершила чудовищное, дерзкое преступление. Как могла девушка в двадцать три года решиться на такое?

Митараи сидел, устремив взгляд в пустоту.

– Да… Что за женщина! Одна дурачила всю Японию целых сорок лет. Я таких прежде не встречал. Снимаю перед ней шляпу.

– Еще бы… Но все же как ты сумел?.. Подсказку дала склеенная тысяча, я понимаю. Но было же и еще что-то! Иначе как ты разобрался во всех этих фокусах? Я рассказал тебе все, что знал об этом деле, но этого совершенно недостаточно, чтобы раскрыть комбинацию с трупами.

– Ты строил свои объяснения исходя из того, что Азот якобы действительно была создана. Сопоставив все факты, я пришел к выводу, что ни у кого из имевших отношение