Паук - Ларс Кеплер

Визг тормозов, поезд останавливается.

Она следует за толпой в вагон и остаётся у дверей, на случай если придётся быстро выскочить. На другом конце вагона стоит мужчина средних лет с щетиной и в синей спортивной куртке. Он бросает на неё взгляд и тут же отводит глаза.

Поезд трогается. Пожилая женщина с букетом цветов едва удерживается на ногах.

Сага привыкла к пристальным взглядам. Её раздражает, что мужчина со щетиной больше не смотрит в её сторону.

Она достаёт телефон и звонит Рэнди.

Он сбрасывает звонок, но, когда поезд приближается к «Рёдмансгатан», перезванивает.

— Я не могу с тобой говорить, — говорит он напряжённым голосом.

По акустике она понимает, что он в кабинке туалета.

— Серьёзно, что, чёрт возьми, происходит? — спрашивает она.

Поезд с грохотом влетает на следующую станцию.

— Сага, ты должна сдаться и…

— Что, чёрт возьми, происходит? — повторяет она.

— Они пытаются выяснить, причастна ли ты к убийствам.

— Ты считаешь, что я причастна?

— Неважно, что я думаю.

— Для меня важно.

— Почему?

— Потому что…

Двери с шипением открываются. Сага оглядывает всех, кто входит в вагон, и пригоршню людей, остающихся на платформе.

— Мне нужно идти, — говорит он. На этот раз в его голосе слышна грусть.

— Рэнди, мне нужно где‑то спрятаться, где‑то…

Он прерывает разговор, и Сага выходит из поезда в последний момент, прежде чем двери захлопываются. Мужчина со щетиной встречается с ней взглядом через стекло, когда вагон трогается.

Сага пересекает платформу и садится в следующий поезд, идущий на юг.

Двери закрываются, поезд трогается.

Женщина средних лет садится спиной к Саге, ест яблоко и смотрит на неё в чёрный экран своего телефона.

Вагоны подрагивают, когда состав проходит стрелку, и поезд медленно приближается к Центральному вокзалу.

Сага выходит, проталкивается сквозь толпу к лестнице. На следующем этаже она успевает запрыгнуть в другой поезд, уже стоящий у платформы.

Раздаётся пронзительный предупредительный сигнал, но двери остаются открытыми. Звук отправления повторяется по громкоговорителю.

Женщина с яблоком появляется снова. Она садится в дальнем конце вагона и разговаривает с кем‑то по телефону.

Двери закрываются, и поезд трогается.

Мысли Саги мечутся. Оперативная группа только что штурмовала её квартиру. Они считают её прямо причастной к убийствам.

Она стоит лицом к окну. Сердце бьётся почти ровно, но тело покрывается холодным потом, кожа покалывает.

За окном мелькают серые бетонные стены.

Поезд проезжает станцию за станцией, квартал за кварталом, и вагоны постепенно пустеют. Женщина всё ещё сидит на другом конце, теперь уже держа в салфетке огрызок яблока.

Сага выходит во Фрюгене, поднимается по эскалатору и покидает станцию, пересекая площадь между фруктовыми лавками.

Она оглядывается через плечо, затем сворачивает на главную дорогу и идёт вправо.

Белый мебельный фургон обгоняет её и останавливается у обочины в нескольких сотнях метров впереди.

Она проходит мимо фургона для переезда. На тротуаре рядом сложены четыре картонные коробки, готовые к погрузке.

Сага бросает телефон в одну из коробок и сворачивает в узкий переулок.

Через двадцать минут, добравшись до виллы 1960‑х годов с огромными окнами, она срезает путь по тротуарной плитке у входной двери и направляется к боковому входу. Она звонит и отступает в тень, прижимаясь к покосившемуся, заросшему сорняками забору.

Слышна серия тяжёлых шагов по лестнице, и дверь открывается.

— Сага? — Карл Спеллер явно поражён её появлением.

На нём коричневая футболка с надписью «Джентльмены, снимайте на «Полароид» на груди и подвернутые чёрные джинсы. Латунная пряжка ремня едва видна под выпирающим животом.

— Вы один? — спрашивает она.

— Да, я…

— Можно войти?

— Конечно, мне только нужно прибраться…

Она протискивается мимо него и закрывает дверь, задвигает засов и щёлкает выключателем верхнего света.

— За вами следили?

— Нет, — отвечает она, спускаясь по лестнице.

Сага слышит, как он спешит за ней в подвал. Как и в прошлый раз, прожекторы на потолке освещают главные экспонаты его маленького музея.

Она проходит в тёмную кухню за барную стойку и наливает себе воды.

Карл входит следом и садится на высокий барный стул, тяжело дыша через приоткрытый рот. Лицо его покраснело.

— Можно мне остаться здесь на несколько дней? — спрашивает Сага.

— Боюсь, что нет, — говорит он, но через миг ухмыляется, сверкнув острыми зубами. — Как вы думаете? Разумеется.

— Спасибо, — говорит она, наполняя стакан.

— Что происходит? — спрашивает он, отбрасывая назад длинные волосы.

— Мне просто нужно немного затаиться.

— Потому что?..

— Неважно. Я не хочу вас в это втягивать.

— Я сам хочу в это втягиваться, — отвечает он.

Глава 61.

Карл встряхивает запястьем, заводя свои чёрные «Ролекс», затем спокойно смотрит на Сагу. Она делает ещё глоток воды, ставит стакан и вытирает рот тыльной стороной ладони, прежде чем встретиться с ним взглядом.

— Вы не можете писать ни о чём из того, что я вам скажу.

— Ладно, — произносит он, грызя ноготь.

— Вы понимаете, что я только что сказала?

— Да, понимаю, — кивает он. — Что происходит?

Сага садится на барный стул напротив и глубоко вдыхает.

— Я пыталась остановить серийную убийцу и в процессе каким‑то образом сама оказалась… подозреваемой.

— В убийствах?

— Думаю, да, — вздыхает она.

— С чего вы взяли? Что они вам сказали?

— Меня отстранили от работы. А мою квартиру только что штурмовала оперативная группа.

— Серьёзно?

— Да.

На крючке под барной стойкой висит мятая куртка с протёртой подкладкой. Сверху, через потолок, доносится звук работающего телевизора.

— Почему они считают, что вы замешаны? — спрашивает Карл.

— Скоро они поймут, что ошиблись. Но, вероятно, дело в том, что я очень много действую самостоятельно… — Она на мгновение запинается. — И, возможно, я кое‑где перешла черту.

— Но вы не причастны к убийствам?

— Вы серьёзно спрашиваете меня об этом?

— Да.

— Я не причастна, — отвечает Сага. Она бросает взгляд в соседнюю комнату. Шаффлборд накрыт пластиком, а кресла, стол и пол усыпаны пустыми банками из‑под пива и энергетиков, упаковками от еды и пустым пакетом из «Макдоналдса».

— В полиции знают, кто убийца, — говорит она. — Но, похоже, они считают, что я работала с ней.

— Значит, это женщина?

— Её зовут Мара Макарова. На самом деле мы нашли