Кино с клубничкой - Людмила Ситникова

Первый прокол случился, когда к Перфильевой приехала Ирина.

– Машунь, ты помнишь мою тeтку Нину?

– Да.

– Слушай, подыщи ей какого-нибудь мужичка, а то она меня уже достала: хочу замуж, хочу замуж… Как будто я волшебница, взмахнула палочкой – и принц прискачет. Только сразу предупреждаю, у неe денег нет. Ради нашей дружбы окажи услугу.

Мария согласилась, у неe как раз имелся на примете один инженер, которому она в течение года не могла подыскать жeнушку. Надо заметить, Перфильева, помимо «сотрудничества» с братом, продолжала заниматься сватовством и без криминала. Но Олег взбунтовался.

– Нет, никакой инженер нам не нужен, действуем по отработанному плану.

– Олег, это тeтка моей подруги, к тому же она совсем не богатая, кроме квартиры, у неe ничего нет.

– А квартирка какая?

– Трехкомнатная.

– И где конкретно располагается жилище?

– На Арбате.

– Отлично. Ты в курсе, сколько она может стоить?

– Олег, мы с Ирой знакомы…

– Не гони, – произнeс Олег свою шаблонную фразу. – Всe будет тип-топ, главное – расслабься.

И Мария расслабилась, о чeм потом очень пожалела. Через полгода к ней приехала разъяренная Ирина.

– Ты сука! – с порога крикнула подруга.

– В чeм дело, Ира? Ты хорошо себя чувствуешь?

– Я-то нормально, а как ты будешь себя чувствовать на нарах, вот это вопрос.

– С ума сошла?

– Ты убила мою тeтку!

– Тетя Нина умерла?

– Не прикидывайся, дрянь, тебе прекрасно это известно. Я не знаю, кого ты там ей подыскала, только через два месяца после того, как она расписалась, еe зарезали в подъезде собственного дома.

– Ира…

– Она перевела квартиру на этого мерзавца, своего мужа. Признавайся, вы с ним заодно?

– Не говори ерунды. Как ты могла подумать обо мне такое? Мы знакомы чeрт знает сколько лет…

– Вот именно! И все эти годы ты зеленела от зависти, когда смотрела на нас со Светкой. Мы счастливы в семейной жизни, у нас мужья, а у тебя никого нет.

– При чeм здесь это?

– Ты убийца!

Мария схватила Иру за локоть.

– Послушай меня! Мне плевать, какого ты обо мне мнения, я не знаю, что ударило тебе в голову, может, просто день неудачный или у тебя начался ранний климакс, но не смей говорить мне такие вещи! Я непричастна к смерти твоей тeтки, мне жаль, что она погибла, но это просто совпадение.

– Очень удачное для тебя совпадение! Теперь продадите квартиру, а денежки поделите поровну, да?

– Замолчи!

– Тварь, какая же ты тварь!

– Вон из моего дома! Если считаешь меня виновной, иди в милицию! – крикнула в запале Мария, и, надо признать, произнося эти слова, она покрылась потом.

– Знать тебя больше не желаю, сука! Чтоб тебе провалиться со своим бизнесом! – Ирина выбежала из квартиры.

А Перфильева начала звонить Олегу. Обрушив на него поток брани, она кричала в трубку, что предупреждала брата, а он не захотел слушать…

– Успокойся, – прервал ее тот, – даже если она и попрeтся к мусорам, то ничего не сможет доказать.

Ирина в милицию не пошла, так как у неe действительно не было доказательств причастности Марии к смерти тети. Лишь интуиция (или что там ещe?) подсказывала ей, подруга сыграла определeнную роль в том, что с родственницей произошла трагедия. Но интуиция, как известно, не доказательство, нужны улики.

Ирина позвонила Светлане и рассказала о своих подозрениях. Потом в порыве отчаяния набрала номер общего приятеля подруг, Павла Наездникова, и поведала ему о случившемся. Она не искала поддержки, просто женщине нужно было выговориться.

Вскоре Мария заметила, что Светлана стала еe сторониться – и всегда находит повод для отказа от приглашения где-нибудь встретиться. А однажды Перфильева столкнулась в магазине с Наездниковым, и приятель сделал вид, будто не заметил Марию, прошeл мимо.

– Пашка, ты что, уже не узнаeшь старых друзей? – улыбнулась, окликнув его, Перфильева.

– Я предпочитаю не общаться с людьми, которые погрязли в дерьме, – отчеканил мужчина.

– О чeм ты говоришь?

– Сама догадайся, госпожа сваха.

Мария похолодела.

– Это Ирка… Она наговорила тебе про меня кучу гадостей. И Игнатову настроила против.

– Ты догадлива.

– Как вы могли поверить этой ненормальной? Можно подумать, знаете меня первый день. А если бы она сказала, что я причастна к сбрасыванию атомной бомбы на Хиросиму, вы и это бы съели?

– Если бы ты жила в то время, не сомневайся, лично я поверил бы.

– Но…

Наездников быстрыми шагами стал удаляться, оставив бывшую приятельницу стоять у прилавка с молочными продуктами.

«Ну Ирка, ну стерва, я тебе этого никогда не забуду», – злилась Мария. Хотя прекрасно понимала, что злиться в данной ситуации ей нужно только на себя. Павел сто, нет тысячу раз прав, она полностью завязла в дерьме. Настолько сильно завязла, что уже не знает, сможет ли когда-нибудь из него вылезти. Скорей всего нет.

И все же еe душили злоба и ненависть. Она ненавидела Иру, Светлану, Павла, да всех, кому хоть немного повезло в жизни. Иногда ей хотелось, чтобы их не стало, чтоб они безвозвратно исчезли с лица земли. Ох, как же она их ненавидела…

Страна отмечала День Победы, Маша сидела в комнате и щeлкала пультом телевизора, не задерживаясь больше двух секунд на канале. Настроение было препоганым, если не сказать большего. Радоваться ничуть не хотелось, да и повода для радости нет. Она опять одна, одна-одинешенька на всeм белом свете.

– А пошло всe к такой-то матери! Лягу спать, глядишь, завтра хандра пройдeт.

Она уже переоделась в ночную сорочку, когда в дверь позвонили.

– Кого там ещe чeрт принeс? Всем клиентам было сказано – на праздники я уезжаю за город, – бормотала Мария, идя в прихожую.

На пороге стоял Олег.

– Ты чего приехал?

– Машка, хана мне! – Олег бросил борсетку на кресло и, подойдя к бару, плеснул в стакан виски.

– Что стряслось?

Перфильев залпом проглотил виски и налил ещe.

– Помнишь Воробьeву?

– Тамару Марковну?

– Я вчера был у неe дома…

– Мы же договорились – не раньше августа.

– Знаю, но хотел ускорить процесс, а она, сука…

– Говори.

– Короче, я выпихнул еe из окна.