Образ смерти - Нора Робертс

Поэтому Ева схватила все, что было наработано, и бросилась в конференц-зал, к рабочей станции Рорка.

– Кого ты знаешь в «Метрополитен-опера»? Можешь расчистить мне дорогу?

– Кое-кого знаю. Что тебе нужно?

– Все, что только можно, о нем. – Ева выложила на стол распечатку по Стюарту Э. Пьерпонту. – Это он. Держатель сезонного абонемента. Вот в этом образе. Между прочим, это была отличная наводка.

– Мы делаем, что можем.

– А теперь сделай больше. У меня нет времени на бумажную волокиту. Мне нужна «зеленая улица». Прямая дорожка к тому, кто может дать мне информацию по этому типу.

– Дай мне пять минут, – попросил Рорк и вытащил свой частный телефон.

Ева отошла на несколько шагов, чтобы не стоять у него над душой, тем более что в этот момент зазвонил ее собственный телефон.

– Даллас.

– Вроде бы кое-что есть, – сообщил Бакстер. – Насчет колец. Мы отрабатывали этот след и, мне кажется, нашли место, где он их покупал. У Тиффани. Он же любит классику во всем.

– Но мы ведь уже проверяли там раньше.

– Проверяли, никто ничего не помнил. Колец именно этого специфического дизайна нет в продаже. Но мы решили еще раз надавить на эту педаль. Классический стиль, легендарный магазин. Кольца, может, и неброские, но это серебро высшей пробы. Мы опросили продавцов – по нулям. Но нас случайно услышала одна из покупательниц. Она вспомнила, что была в магазине прямо перед Рождеством и обратила внимание на этого типа. Он купил сразу четыре простых, гладких серебряных кольца. Она с ним заговорила, и он выдал ей историю про четырех своих внучек. Она нашла это очень трогательным, потому и запомнила. Тут мы надавили на менеджера, заставили его покопаться в архивах и выяснили, что у них было ограниченное количество таких колец незадолго до Рождества.

– Запись о покупке есть?

– Наличка. Четыре одинаковых серебряных колечка, куплены восемнадцатого декабря. Свидетельница – просто персик, Даллас. Говорит, что «заняла его разговором». Есть у меня подозрение, что она пыталась занять его своей особой. Говорит, что сделала ему комплимент по поводу его парфюма и спросила название. «Алимар ботаникалс».

– У Трины чертовски чуткий нос, она его тоже унюхала.

– У нас есть еще кое-что получше. Он ей сказал, что открыл для себя этот запах в Париже и очень обрадовался, когда обнаружил, что он продается и здесь, в Нью-Йорке, в магазинчике при спа-центре на Мэдисон, место под названием «Блаженство». Именно там он пытался заарканить Трину.

– Да, это то самое место. Узнай, согласится ли твоя свидетельница поработать с Янси.

– Уже спросили, ответ положительный. Она сказала, что будет, цитирую, «в поросячьем восторге». Не знаю, как насчет поросят, но глаз у нее орлиный, Даллас. Углядела фотографию у него в бумажнике, пока он расплачивался наличными. Говорит, что это старая фотография, времен ее собственной молодости. Очаровательная шатенка. Она считает, что сможет дать Янси и ее описание тоже. Говорю же, просто персик.

– Хорошая работа, Бакстер. Чертовски хорошая работа. Тащите ваш персик сюда. Конец связи. Есть подвижки, – Ева вернулась к Рорку, ее глаза блестели. – У нас есть настоящие подвижки на этот раз.

– Джессика Форман Райс Эйберкромби Чартерс. – Рорк бросил Еве мемо-кубик. – Председательница попечительского совета. Она с радостью вас примет и расскажет все, что знает. Сегодня утром она дома. Если она сама не сможет вам помочь, найдет того, кто это сделает.

– Тебя удобно иметь под рукой.

– Во многих отношениях, не так ли?

Ева улыбнулась. Приятно было ощущать улыбку у себя на лице. Она почувствовала себя сильной.

– Пибоди, со мной.