Стая - Кейт Стюарт

Когда Хаббл уходит от Кэти, и напоследок они смотрят друг на друга, Кристи начинает хлюпать носом.

– П-п-погодите, они не останутся вместе?

На экране бегут титры, и Кристи переводит на меня убийственный взгляд.

– Они не останутся вместе?!

– Не-а.

Челюсть Кристи падает на пол, а мы с мамой хохочем. Подруга с дивана забрасывает нас карамельными шариками.

– Что за фигня?

– Не все любовные истории заканчиваются счастливо, – тихо говорит мать. Я смотрю на нее, сидящую в своем любимом кресле. Это единственный предмет мебели, который она перевезла в дом своего парня. Он сегодня не дома – уехал под предлогом «рыбалки», чтобы не мешать нам. Мама немного набрала в весе, на щеках появился румянец, которого не было до моего отъезда. Могу только радоваться за нее. Когда я уезжала в Трипл-Фоллс, от нее осталась одна оболочка. Мамино последнее заявление вызывает у меня любопытство.

– А ты кого-то так любила, мам?

– Слишком многих, а некоторых – в особенности.

Прекрасно ее понимая, я киваю.

– Поверить не могу, что они не останутся вместе! – сердито восклицает Кристи, и мы поворачиваемся к моей подруге.

– Потому что фильм неспроста называется «Какими мы были». Во-первых, он изменил, – напоминает мама. – Более того, он не смог совладать с ее личными качествами, с ее принципами и ее силой. Поэтому он ее не достоин. И из-за этого он отказался видеться с их дочерью при наличии выбора. По-прежнему считаешь, что им стоило остаться вместе?

– Но… – возражает Кристи.

– Это правда, – вмешиваюсь я. – Люди больше не хотят видеть в любовных историях жестокую истину, но это, – показываю я на экран, – и есть жестокая, омерзительная правда.

– В точку, – произносит мама, в ее глазах виднеется гордость. – И эта история тоже останется в твоей памяти.

Кристи вздыхает.

– Вот дерьмо. Ужасный фильм.

– Нет, – смеется мать и зажигает сигарету. – Ты же его заглотила. – Мама заговорщически мне улыбается. – Может, нам ее вконец извести?

Я киваю.

– Обязательно.

– Вы обе – мазохистки. – Кристи смотрит на нас, и я беру пульт. – Заставляете меня смотреть эти печальные старые фильмы, от которых щемит сердце.

– Это лучшие фильмы, – отвечает мама, и в ее словах слышится отголосок грусти.

– Возможно, для кого-то в них показывают правду, но я по-прежнему верю в прекрасного принца, – провозглашает Кристи, – какую бы вы мне жуть не показывали.

– И правильно делаешь, – подхватывает мама. – Просто помни, что твои мечты могут не совпасть с реальностью. На свете немного мужчин, ради которых стоит так страдать. Просто будь осторожна, отдавая свое сердце и тело. Рано или поздно они могут отнять больше, чем ты сможешь отдать.

Ты права, мам. В самую точку.

– Крепись, – говорю я Кристи, держа пульт. – Этот фильм снят в восемьдесят первом.

– Боже. – Она заползает под одеяло на диване. – Не знаю, выдержу ли.

Мама подмигивает мне, гасит сигарету, а я включаю «Бесконечную любовь».

Именно здесь, в этой гостиной, я черпаю силы. Не из этих фильмов, которые я смотрела со своей мамой, которые она смотрела со своей матерью. Я уверена, что это кино ни хрена не пошло на пользу моему искаженному восприятию любви. Сила, которую я черпаю, исходит от сидящих рядом женщин. Несколько месяцев я жила только ради мужчин, которые меня измотали, а потом выкинули. Несмотря на все мои усилия, я потеряла себя в этих мужчинах, позволила своей привязанности заполнить мою жизнь. Вне их круга у меня не было друзей, а когда я вернусь, то не будет и жизни. Я могла бы познать все, а вместо того познала созависимость. Но я обязательно это исправлю.

Единственное, что мне оставалось, – горевать и злиться.

И хотя эта боль не сравнится с прошлым опытом, я осуществила свои намерения.

Я могу с уверенностью заявить, что Сесилия Хорнер больше не наивная тихоня.

Я резко изменилась и теперь должна решить, стоит ли моя боль издержек одного незабываемого лета.