Полеты над пропастью - Марина Серова

– Ну а если мне необходимо встретиться с кем-то из постояльцев? – спросила я.

– А это очень просто устроить: общайтесь с ним на общей территории, – ответил пенсионер. – Ну, например, в фойе отеля или в ресторане. Кроме того, если вас пригласят в свой номер или же напросятся в гости в ваш номер – обязательно отказывайтесь под любыми предлогами, – предупредил он.

– А если меня пригласит в гости какая-нибудь благообразная старушка? Тогда как?

– Ой, Танюшенька! Даже мамочка с младенцем может оказаться не тем, за кого она себя выдает! Более того, никогда сразу не открывайте дверь вашего номера, если в нее постучали. Особенно это касается тех случаев, если вы ничего не заказывали в номер. Тогда что надо сделать? – спросил Белоцерковский и сам же ответил: – Просто-напросто позвонить на ресепшен и узнать, кто собирается нанести вам визит.

Гениально! Вообще-то я и сама знаю, что надо смотреть в «глазок», и всегда так поступаю.

Однако мы что-то застряли на теме «основы безопасности жизни в условиях поездки». Пора все-таки переходить к делу.

– Ну что же, Всеволод Викентьевич, предостережения и в самом деле заслуживают серьезного к себе отношения. Непременно ими воспользуюсь в поездках, спасибо, – поблагодарила я, надеясь перейти к интересовавшим меня вопросам.

Но не тут-то было. Оказалось, у пенсионера в запасе было еще несколько лайфхаков, которыми он поспешил поделиться со мной.

– А вот вам вопрос на засыпку, Танюшенька, – сказал он, хитро улыбаясь. – Какую табличку следует повесить на дверь вашего номера: «Не беспокоить» или «Просьба убрать номер»?

– Да… как по мне, так можно любую, – ответила я.

– Вы ошибаетесь. Если вы повесите табличку с просьбой убрать номер, то этим самым вы дадите понять злоумышленникам, что вы в номере отсутствуете. Таким образом, вы дадите им зеленый свет. Но вот если висит табличка «Не беспокоить», хотя вас на самом деле в номере нет, то все равно создастся видимость вашего присутствия. А попросить убраться в номере можно, элементарно позвонив по телефону. Еще один очень важный момент, – Белоцерковский поднял палец вверх, – не ходите с черного входа, всегда пользуйтесь только главным, особенно в ночное время. Не следует экономить время, это может дорого обойтись. И… А давайте, Танюшенька, я вас чайком сейчас угощу, – предложил пенсионер.

– Ну что вы, не стоит беспокоиться, – начала отнекиваться я, поскольку процедура чаепития затягивала мое расследование.

– Да какое там беспокойство, – он махнул рукой, – у меня вот тут и кипятильничек есть, да. Валентина Геннадьевна не разрешает, правда, в номерах пользоваться электроприборами, но ведь мы ей не скажем, правда? А чаек у меня знатный, вы такого еще не пили, вот так!

Чай и в самом деле оказался очень вкусным, я такого действительно никогда не пробовала. Возможно, потому, что всем чаям предпочитаю кофе.

– Очень вкусный у вас чай, Всеволод Викентьевич, – похвалила я и решила задать вопрос, относящийся к убийству Прикладниковского, но петербуржец, как оказалось, еще не все рассказал об особенностях безопасного пребывания в гостиницах.

– Хочу вам рассказать об одном весьма действенном способе защиты от преступников ночью. Все предельно просто. Берете пустой стакан и надеваете его на ручку двери со своей стороны. Для надежности сверху можете поставить еще один стакан. А под подушку на всякий случай положите фонарик. И тогда, когда злодей склонится над вами, вы ему раз – и яркий свет в глаза! Этим вы выиграете несколько секунд, а может быть, и больше. Согласитесь, неплохая фора.

Я была согласна с ним совершенно. Но Белоцерковский все никак не останавливался:

– Обязательно выясните на ресепшен номер, по которому следует звонить в экстренных случаях. Лучше всего будет, если у вас имеется функция быстрого набора. В этом случае преступник не успеет причинить вам большого вреда. А еще незаменимая вещь в поездке – это кабельный замок. Пристегнули дорожную сумку к батарее и можете спокойно отправляться по своим делам. Вот у меня таким образом защищен чемодан. – И он показал в угол номера. – Правда, ничего особенного у меня там нет, но, согласитесь, неприятно по меньшей мере, если кто-то роется в ваших вещах. А еще лучше, если у вас на багаже имеется замок с кодом. Ну, что вам еще рассказать? О! Вот! Деньги! Наилучший вариант – пользоваться банковскими картами. Ими и расплачиваться везде. Наличные деньги – это такая головная боль, или, как еще говорят, такой геморрой. Сейчас везде в мире на первый план выступают преступления, связанные с наличкой.

Я стоически прослушала рекомендации Белоцерковского, не перебивая пенсионера и не поторапливая его. По опыту я знала, что человеку, особенно пожилому, надо дать выговориться. В итоге практически всегда можно получить интересующую информацию, потому что, как правило, старики замечают такие вещи, на которые люди среднего возраста и, тем более, молодежь, не всегда обращают внимание. И я была вознаграждена за свое терпение.

– Вот, Татьянушка, господин журналист пренебрег самым первым и самым важным правилом поведения в гостинице. Помните, я вам о нем рассказал в самом начале? – По всей видимости, Белоцерковский решил проверить, насколько хорошо я запомнила его рекомендации.

– Не следует встречаться ни с кем у себя в номере. И самому не заходить в номер к соседу, – тоном примерной школьницы ответила я.

– Вот именно! Умница, вы запомнили. Надеюсь, вы не забудете правило старика Белоцерковского.

– Буду помнить всегда, – заверила я его. – А что, Всеволод Викентьевич, к журналисту кто-то приходил в номер? – спросила я.

– Да, Татьянушка! Право, какая неосмотрительность! – Он неодобрительно покачал головой.

– Кто же вошел к нему в номер? – спросила я.

– Сначала господин журналист сам зашел в номер, который находится слева от него.

«Вот как? А ведь Валентина Геннадьевна упорно отрицала, что этот номер кто-то занимал. Не в пустой же номер входил Прикладниковский», – подумала я.

– А в этом номере кто-то проживал, Всеволод Викентьевич? – спросила я.

– Насчет проживания ничего не могу сказать, но то, что там определенно кто-то находился, это факт.

– И долго там находился журналист? – продолжала допытываться я.

– Вот этого сказать я не могу. Я, понимаете, вышел прогуляться на сон грядущий, привычка у меня