Кофе с мышьяком - Александра Столярова

Разозленная, я принялась выкарабкиваться из машины и увидела на тротуаре Мартышку. Она меланхолично курила, помахивая сумочкой. У Ромки тут же загорелись глаза – еще бы, сестрица в узком пальто цвета чайной розы и оливково-зеленой шляпке была очаровательной.

Мне сразу пришло в голову, что мама отправила Машку на разведку и через полчаса семья будет твердо убеждена, что Ромка и есть тот самый таинственный влюбленный, которого я от них скрываю.

– Пойдем, познакомлю, – вздохнула я.

– Ты ее знаешь?!

– Это моя сестра.

– Правда? Вот никогда бы не поду... – И он осекся. Я невозмутимо спрыгнула на землю, не обращая внимания на Ромкин промах. Ну да, многие удивлялись: как это у тощей рыжей дылды могла получиться такая роскошная сестричка. Я не обижаюсь; недостатка в мужчинах у меня никогда не было, а от комплексов относительно своей внешности я давным-давно избавилась. Мне же по подиуму не ходить, верно?

– Стаська, ты что здесь делаешь?

– Вот беседую с молодым человеком. Знакомься, это Роман Дьяков, друг Генки.

– Друг? Тоже художник? – Мартышка смерила его подозрительным взглядом. Я уже говорила, что Архипов в нашей семье не пользуется популярностью. Мама считает его проходимцем и пьяницей, а папа пренебрежительно зовет «мазилой».

– Нет, у меня свой бизнес. – Ромка галантно поцеловал Мартышкино запястье, затянутое в шелковую перчатку.

– Мария, моя сестра, – представила я. – Дизайнер.

– Да вы с Архиповым почти коллеги! – обрадовался он.

Мартышку заметно передернуло при упоминании моего бывшего, но на Ромку она смотрела уже почти благосклонно.

– Маш, ты куда-то собралась? – спросила я.

– У нас, оказывается, кофе кончился, меня в магазин выгнали. Я пойду, пожалуй. Всего хорошего, Роман.

– Ладно, Ром, и я пойду, пожалуй. Держи меня в курсе событий.

– Я тогда на днях заеду, посмотрю на портрет той девушки. Может, это и правда важно, кто знает...

21 September

From: Stanislava Podgornaya

To: Alex Kazakov

Subject: Ну и дела у нас тут творятся...

Привет, Алекс. Неужели ты и правда не проверяешь этот ящик? Вот черт, а я и не знаю, как еще с тобой можно связаться...

В общем, у нас тут веселье, шутки, праздник. Пропал Архипов, Шуркин отец. Ему позировала какая-то красотка, а потом они оба исчезли с лица земли. Казалось бы, что проще, влюбились по уши друг в друга и уехали на необитаемый остров, но есть у меня подозрение, что не все так гладко. Да еще какой-то тип с гигантскими кулачищами ко мне завалился, тоже Архипова искал. Тут уже каким-то криминалом попахивает.

Не нравится мне эта история.

А знаешь, вот сейчас писала про громилу и вроде поняла, кто он такой. Его, наверное, муж той красотки прислал, есть там такой кадр, чрезвычайно нервный, судя по голосу. Надо бы его разыскать и побеседовать. Как считаешь, Алекс?

Ох, опять забыла, что ты у нас весь из себя неуловимый и на письма не отвечаешь. Ну и ладно, буду верить и надеяться, что случится чудо и ты все-таки посмотришь почту.

Целую.

Стася

Ближе к вечеру я снова поехала к Архипову. На этот раз с вполне определенной целью: мне нужны были координаты свирепого Игоря, чей голос был записан на автоответчике. Я сопоставила дату его звонка и дату на рисунке и рассудила, что исчезнувшая девушка Камилла и была его женой. По крайней мере этот вывод первым шел на ум.

По дороге затрезвонил мой мобильник, номер на определителе был мне незнаком.

– Слушаю, – сказала я, прижимая мобильник к плечу и маневрируя в плотном потоке машин. Мой маленький «ситроен» (черт возьми, когда же я наконец выплачу кредит за машину?!) был юрким и быстрым, поэтому я постоянно воздерживалась от искушения погонять.

– Станислава, умоляю, не клади трубку, – нервно пробормотал мужской голос. – Мне очень нужно с тобой поговорить.

– Денис?! Какого черта... То есть зачем ты опять мне звонишь? Кажется, мы обо всем договорились!

– Стасенька, девочка моя, умоляю... Я ночей не сплю, думаю о тебе. Стихи пишу...

– Поздравляю. Издай сборник за свой счет. Всего хорошего!

Я отключилась, а на светофоре внесла в черный список и этот номер.

Денис был моей самой большой головной болью за последние несколько месяцев (не считая Шуркиного увлечения химическими опытами). Милый молодой человек с симпатичным лицом и приятными манерами... Кто же мог знать, что он окажется занудным идиотом, не понимающим самых простых слов?

Мой жизненный девиз прост: действовать так, как подсказывает сердце. Ни к чему себя не принуждать (если только от этого не зависит чья-то жизнь или здоровье). И когда я понимаю, что отношения с мужчиной не приносят мне ни малейшей радости, я без колебаний их разрываю. Отношения с Денисом мне захотелось завершить на вторую неделю после знакомства.

Он подвернулся совсем неожиданно, когда я пыталась залечить сердечные раны, нанесенные мне ничего не подозревающим Алексом. Мне казалось, что я готова к новому роману, а тут и Денис под руку попался. Поначалу все было вполне мило, но вскоре мне захотелось удавиться. Каждая моя просьба была для него чем-то святым: стоило мне вымолвить слово, как парень со всех ног мчался исполнять желание. Если я слабым голосом просила персик в два часа ночи – no problem, персик доставлялся через пятнадцать минут. Стоило в магазине бросить чуть более заинтересованный, чем обычно, взгляд на какую-то вещь, на следующий же день она уже была у меня. Даже если рассматривала я эту самую вещь в приступе рассеянности, думая о чем-то совершенно постороннем.

Когда в мой дом двое трезвых грузчиков приволокли ужасающий громоздкий диван в малиновых тонах, виденный накануне в мебельном, я взбунтовалась.

Мне не нужен был мужчина-ангел, мужчина-курьер, мужчина – исполнитель желаний (которые, кстати, никогда не угадывал правильно). Я мечтала о нормальном парне, с которым бы мы были на равных. Я не настолько инфантильна, чтобы получать удовольствие от роли пятилетней девочки в платье принцессы.

Вот только объяснить это Денису не получалось: он был свято уверен, что я выпендриваюсь или набиваю себе цену. Пришлось внести его номер в черный список на телефоне и поменять дверные замки. И вот уже три месяца я отбивалась от него всеми четырьмя лапами, но он был упорным и методично пытался добиться своего. Начал звонить от знакомых и родственников, бросал в почтовый ящик открытки с душераздирающими надписями, подкладывал на коврик под дверь букеты... Телефоны знакомых я с тем же упорством вносила в черный список, открытки выбрасывала, букеты отдавала Антонине, чья квартира очень скоро стала напоминать будуар примадонны.