Война без особых причин - Александр Багой

– Да, понял. – ответил я.

Я встал под окном согнувшись. Осина залез мне на спину, просунул голову в форточку и, резко оттолкнувшись ногами, так что я едва устоял, перевалился в квартиру. Через секунду он уже показался в окне и махнул мне рукой, мол все в порядке. Я побежал к подъезду.

На лавочке во дворе сидели бабки. Они о чем-то разговаривали. Я прошел, держась ближе к стене дома, так, чтобы они меня не заметили и юркнул в подъезд. Три раза стукнул в нужную дверь, она приоткрылась. Осина приложил палец к губам и чуть насторожился. Я протиснулся боком в открывшуюся щель.

С квартирой нам повезло. В ней жили явно не бедные люди. Красивая мебель. Много хрусталя. В «стенке» стоял касетник «Шарп», я о таком только мечтал. Осина открыл дверцу одной из секций стенки. Стал шарить под бельем.

– Ты чего? – удивился я.

– Тише ты – зашипел он. – Не ори.

– Ты чего? – повторил я шепотом, – Там же только белье.

– Моя мать всегда деньги под бельем прячет. – не оглядываясь объявил он. – Или в книгах.

– А-а-а – только и смог ответить я. Где прячет деньги моя мама я даже не знал.

Я прошелся вдоль «стенки», заглядывая во все ящики. В одном из них увидел большой фотоаппарат. Импортный.

– Гляди, что я нашел! – позвал я Осину. Тот подошел.

– Дай-ка. Он взял фотоаппарат.

– Ко-дак, – прочитал он. Наверно японский.

– Наверно – согласился я. Осина с сожалением положил его назад на полку.

– Ты чего? – не понял я – Он же дорогой!

– А кому ты его продашь? – спросил Осина.

– Да на барахолке, любому. – уверенно заявил я. – Он знаешь сколько стоит, наверное! Осина подумал и махнул рукой:

– Ладно, давай возьмем.

Мы обшарили всю квартиру. Даже в кухню заглянули. В холодильнике нашли сливы и съели их. Больше ничего ценного не было.

Я расслабился. Нагло развалился в кресле и сплевывал сливовые косточки прямо на ковер. Оказалось, что ограбить квартиру это не страшно. Пожалуй даже легко.

– Слышь, Андрей, а ты знаешь, есть такая пленка, что фотографируешь кого-нибудь, он потом на снимке голый получается? – спросил я Осину.

– Уга, – ответил он с набитым ртом.

– Вот бы классно такую пленку найти. Мы бы тогда этим фотиком всех баб в классе сняли.

– Точно, – засмеялся Осина. – Вот бы они визжали. В дверь коротко позвонили. Я замер с поднесенной ко рту сливой. «Влипли», – мелькнула паническая мысль. В дверь снова позвонили. Мы почти перестали дышать.

Прошли несколько страшных минут. Я весь обратился в слух. Услышал как хлопнула дверь подъезда. Отшвырнув сливу вскочил:

– Валим! Осина схватил меня за руку.

– Стой! Надо подождать!

Мы прокрались к входной двери. Прислушались. Тишина. Осина осторожно глянул в глазок. Медленно отжал на собачку замка. Стараясь не скрипнуть открыл дверь. Мы выскользнули на площадку. Я рванул из подъезда. Осина догнал меня уже у двери и удержав за плечи остановил.

– Не беги, Вадик! Не беги! – прошептал он. – Только не беги.

Я подчинился. Мы вышли из подъезда. Фотоаппарат я прятал под майкой. С независимым видом мы пересекли двор. На нас никто не обращал внимания. Бабки на лавочке даже не смотрели в нашу сторону.

С трудом сдерживая шаг и стараясь не оглядываться мы перешли дорогу. Пошли по улице. Редкие прохожие равнодушно шли мимо. Милицейский «уазик» проехал по дороге, не заметив нас.

Да и что в нас было необычного, чтобы замечать? Просто два тринадцатилетних пацана, гуляющих во второй день летних каникул.