Моя незнакомая жизнь - Алла Полянская

Натка прижала к щекам ладошки и в ужасе смотрит на труп. Мы с Андреем переглядываемся. У меня возникает соблазн завернуть труп в ковер и вывезти куда-нибудь с глаз долой. Но Андрей, наверное, не согласится. Он ощупывает тело.

– Еще совсем теплый… А нож, кстати, из твоей кухни, и, думаю, на нем только твои отпечатки. Если я ничего не путаю, сейчас здесь появится полиция.

– Что же делать?

– У вас с Натальей есть минут десять, чтобы бегло осмотреть квартиру на предмет наркотиков и прочих посторонних вещей. Все найденное немедленно спускайте в канализацию. Натка, солнышко, у нас мало времени, потом будешь ужасаться, помоги Рите. А мне надо позвонить.

– Конечно. – Натка уже пришла в себя. Она крепкий орешек, моя Натка. – Рита, я в спальню, ты в кабинет. Андрюша, осмотри гостиную и детскую.

Я бросаюсь в кабинет.

Так, ящики стола… Порядка здесь намного больше, чем на работе. Письма, квитанции, документы на квартиру – ничего подозрительного. Под подушками дивана тоже ничего, под ковром какая-то бумажка, выброшу в унитаз. В книжном шкафу слишком много книг, чтобы понять, есть ли среди них что-то не мое. Кладовка с банками варенья и маринованных овощей – вроде бы, на беглый взгляд, все нормально, хотя, конечно, может быть что угодно. Но осматривать тщательно нет времени. В кухне есть коробка с лекарствами, и мне нужно выпить таблетку, потому что в груди тяжело ворочается боль. Вода в стакане дрожит… Или это рука дрожит? Не кисни, Рита, некогда!

Вот таблетки от головной боли, от насморка, от сердца, еще какие-то – знакомые, значит, мои. А это… Нет, розовые пилюли в пакетике, перемотанном резинкой, не мои. Ссыпаю их в унитаз, спускаю воду. А в дверь уже звонят. О боги, шкафчик в ванной!

Я заскакиваю в ванную и открываю дверцу. Лаки, пакетик тампонов, кремы, баночка с морской солью, и снова незнакомая вещь, мешочек на этот раз, с каким-то порошком. Кто-то топает по квартире, я открываю кран и произвожу характерные звуки, типа, вырвало меня от ужаса. Порошок отлично уходит вместе с водой. Стиральная машинка пуста. Все. Если есть что-то еще, так тому и быть.

– Рита, ты там как?

Это Андрей. Мой кум дорогой, умник!

– Нормально. Ты полицию вызвал?

– Они уже здесь, выходи.

Я плеснула себе в лицо водой и, вытираясь полотенцем, открыла дверь. Первый, кого вижу, – Игорь Васильевич собственной персоной. Стоит, с подозрением глядит на меня. Нет, я Сашку не убивала. Я ни за что не стала бы его убивать на своем новом ковре, это глупо.

– Даже не знаю, что сказать, Рита, – усмехается Панков. – Но ваш ангел-хранитель отлично знает свою работу.

– А по-моему, он сегодня запил.

Мы смотрим друг на друга, и я чувствую, как между нами возникает… нет, не симпатия – понимание. Следователь знает, что мы успели здесь пошуршать, но также знает: все то, что мы нашли и утилизировали, не мое.

– Кто-то вас очень не любит, – слышу я его следующую фразу. – Не в курсе, кто бы это мог быть?

– Даже представить не могу.

Мы снова смотрим друг на друга, но наши «гляделки» пропадают зря – у меня нет ответов на его вопросы, а он не хочет их искать. Такая вот ситуация. И что нам с ней делать?

– Знаете, как все должно было выглядеть?

– В общих чертах.

– Нет, сомневаюсь, Рита. Тут все было продумано для получения совершенно конкретного результата. Рассчитано до мелочей. Поступил звонок, якобы от вашего соседа, который сказал, что из вашей квартиры слышны крики. Ваша фамилия уже имелась в базе, мы выехали незамедлительно. И должны были застать вас рядом с еще теплым трупом и с орудием убийства в руках. На ноже, я уверен, только ваши отпечатки. И так бы оно и было, Рита. На вас пытались повесить два убийства, хотя и одного достаточно. Но! Момент смерти первой жертвы совпадает со временем внеплановой оперативки в офисе. Накануне вы не сдали ключи – осмотр был вечером, вы поленились вернуться в агентство с ключами и отдали их утром, то есть теоретически могли прийти на ту квартиру и убить Борецкого. Однако ваш шеф созвал срочную оперативку, и вы на ней присутствовали, что свидетели подтверждают. Второе убийство, в вашей собственной квартире, уж точно должно было выглядеть как дело ваших рук. Ведь если бы мы получили ордер на обыск да нашли то, что вам здесь подбросили, а вы бы не успели найти… Ну, сами понимаете. По чистой случайности вы пришли в квартиру раньше нас, к тому же с известнейшим адвокатом и его женой. Вот этого предвидеть не мог никто.

– Да, правда, случайно получилось. И что теперь делать?

– Не знаю. Давайте вместе подумаем. У кого есть ключи от вашей квартиры?

– Ни у кого.

– У нас есть. – Натка уже совершенно успокоилась. – На всякий случай лежат. Но я не поднималась сюда и не убивала Сашу.

– Вы знали убитого?

– Андрей когда-то работал вместе с ним, так что – да, знала.

– Так. У кого еще были ключи? Вспоминайте, Рита, вспоминайте!

– Да ни у кого, тут и вспоминать нечего! Я не раздаю кому ни попадя ключи от своей квартиры.

Игорь Васильевич нахмурился еще больше.

– И тем не менее замок, как видите, не был взломан, его открыли ключом. Мог ли кто-нибудь завладеть незаметно вашей связкой и сделать дубликаты?

– В принципе, да. Я часто оставляю сумку в офисе, а сама выхожу, иногда надолго. У нас никогда не случалось краж, так что мы спокойно оставляем сумки, кошельки, документы. Теоретически любой мог взять ключи, но я уверена, никто из наших сотрудников этого не делал. Не те люди, понимаете? Да и причины нет. Я ни с кем не ссорилась, не отбивала чужих клиентов, не…

– Причина может быть настолько невероятной, что никому из нас и в голову не придет. Но причина есть, не сомневайтесь. Вам сейчас придется поехать в прокуратуру для дачи показаний.

Андрей отодвинул меня в сторону.

– Сегодня моя клиентка устала, плохо себя чувствует, да и время позднее. Назначьте время, и мы приедем завтра.

– Вам совсем не обязательно ехать с ней, Риту ни в чем не обвиняют.

– Нет, вы же сами в курсе, что все может повернуться как угодно плохо. Я уверен, что она невиновна, потому что хорошо знаю ее, а у вас не может быть такой уверенности. И нам не известно, какие еще паленые «доказательства» вынырнут в этой истории.

– Хорошо. – Было видно, Игорь Васильевич тоже заметно устал. – Сейчас приедет следователь прокуратуры, поговорит с вами и назначит время официального допроса.