Человек без лица - Наталья Александрова

– Убили? – недоверчиво переспросила Надежда. – Надо же, какие страсти!

– Убили, убили! – повторила старушка, обрадовавшись выпавшему на ее долю вниманию. – Кровищи было… вся квартира кровью залита, как будто свинью зарезали!

– А вы, Татьяна Ивановна, если не знаете, так не говорите! – возразила ей старушка в шляпке. – Зачем вы человека в заблуждение вводите? Какая кровь? Не было там никакой крови! Задушили ее!

– А вы откуда знаете?! – разгорячилась старушка с голубыми волосами. – Вы там тоже не были!

– Если говорю – значит, знаю! – припечатала первая. – Я никогда не говорю, чего не знаю!

– Вы там не были и ничего не видели! – не уступала «Мальвина». – Ее вообще посторонняя девушка нашла!

– Девушка? – переспросила Надежда. – Какая девушка? Дочка ее, что ли?

– Да какая дочка? – горячилась «Мальвина». – Не было у нее детей, одинокая она была! Эту девушку из школы прислали, где она работала. Она ведь была учительница…

– Девушка из школы? Секретарша, что ли?

– Да нет, никакая не секретарша! Ученица! Школьница! Рыженькая такая… – «Мальвина» замотала головой, тряся голубыми кудряшками. – Представляете, каково ей было – заходит она в эту квартиру, а там труп и кровища повсюду…

– Говорят вам, Татьяна Ивановна, – перебила ее старушка в шляпке, – не было там никакой крови! Это вы все выдумали насчет крови! Задушили ее, я вам точно говорю!

– Как же не было, когда та девушка, которая ее нашла, повторяла – красное, красное!

– Не знаю, что та девушка повторяла, – возразила старушка в шляпке, – она вообще не в себе была, а только женщину из шестнадцатой квартиры задушили! – Она повернулась к Надежде и высокомерно добавила: – Татьяна Ивановна у нас любит присочинить… Сериалов криминальных насмотрелась!

– Ничего я не сочиняю! – обиженно протянула «Мальвина». – Ну даже если крови и не было, все равно это ужас какой-то… Если бы я тот труп нашла, не знаю, что бы со мной стало… Наверное, окочурилась бы от страха! А уж как та бедная девочка это пережила…

– Известно как! – снова перехватила инициативу старушка в шляпке. – Плохо пережила! В больницу ее отвезли!

– Как же так, – сочувственно проговорила Надежда, – отправили ребенка неизвестно куда… А если бы там убийца еще был?

– Вот именно что! – подхватила старушка в шляпке. – Это они не имели никакого права ребенка по своим делам посылать! Отправили девочку в незнакомое место, где она ни разу не бывала…

– А это вы зря говорите! – неожиданно вмешалась в разговор незаметная, похожая на мышку старушка.

– Что? – Бабушка в шляпке удивленно уставилась на нее. – Как это зря? Что вы такое несете, Клавдия Ильинична?

Та явно смутилась, оказавшись в центре внимания, но все же собралась с силами и проговорила:

– Зря вы говорите, что она здесь ни разу не бывала. Была она здесь. Точно вам говорю.

– Как это – была? – переспросила старушка в шляпке. – Что-то вы путаете, Клавдия Ильинична! Я ее здесь никогда не видела!

В этом заявлении явно прозвучал подтекст: того, что она не видела своими глазами, как бы и не существует.

– Не знаю, как вы, – отозвалась незаметная старушка с неожиданной настойчивостью, – а только я ее раньше видела. Приходила она сюда. Недели две или три назад…

– Наверное, вы ее с кем-то перепутали! – презрительно фыркнула старушка в шляпке. – Вы вечно все путаете! Вчера вон артиста Стеклова с артистом Стебловым перепутали!

– И ничего я не путаю! Очень даже хорошо помню! Рыженькая девушка, та самая, что труп нашла! Я тогда как раз из магазина возвращалась, к двери подошла, вижу – стоит эта рыженькая возле двери и на домофоне номер нажимает…

Надежда насторожилась. Ей очень хотелось узнать, какой номер нажимала девочка Маша, но она не хотела задавать этот вопрос, не хотела показывать бабушкам свою заинтересованность. К счастью, на помощь ей пришла недоверчивая старушка в шляпке.

– Номер нажимает? – проговорила она насмешливо. – И конечно, тот самый, шестнадцатый?

– А вот и нет, – спокойно возразила Клавдия Ильинична. – Вовсе и не шестнадцатый, а как раз двадцать первый!

Старушка в шляпке от такого уверенного ответа растерялась, и Клавдия Ильинична продолжила:

– Я-то ждать не стала, открыла дверь своим ключом и говорю ей: проходи, деточка…

– А вы знаете, Клавдия Ильинична, – снова оживилась настырная собеседница, – что посторонних в дом пускать не положено? Участковый нас сколько раз предупреждал!

– Знаю, что не положено, да только девушка была очень приличная, воспитанная… Рыженькая такая, симпатичная…

– Много вы в людях понимаете! Как раз самые настоящие аферисты и жулики – с виду самые приличные!

– Не знаю ничего насчет аферистов, никогда с ними знакомства не водила, а только эта девушка все равно не вошла. Сказала: спасибо, бабушка, я подожду, когда мне ответят… Сразу видно – хорошая девушка, вежливая!

Старушка в шляпке презрительно фыркнула, Надежда слушала, затаив дыхание. Клавдия Ильинична продолжила:

– Тут как раз ей и ответили из двадцать первой. Кто, говорят, здесь? А эта девушка вежливо так отвечает: «Здравствуйте, это я!» Я же говорю – воспитанная такая…

– У вас все воспитанные! – проворчала спорщица.

– Не говорите! Некоторые такие попадаются – пробы негде ставить! Вот, к примеру, вроде вашего внука…

– А дальше-то что было? – напомнила о себе «Мальвина».

– А дальше я в дом вошла, и девушка та тоже…

– И в двадцать первую поднялась?

– А вот и нет. Она подошла к почтовым ящикам, и в двадцать первый ящик конверт положила… Вот вроде того, который у вас, женщина, – старушка показала на тот конверт, который сжимала в руке Надежда.

– Опустила конверт – и все? – недоверчиво уточнила старушка в шляпке.

– Да, опустила и обратно пошла, на улицу.

– А я так думаю, что вы, Клавдия Ильинична, все перепутали. Или вообще придумали, сериалов насмотревшись! Даже не думаю, а просто уверена!

– Можете как хотите думать, а только я ничего не путаю, а придумать такое и вовсе не могу!

– А вот вы сейчас рассказали, – снова вступила в разговор старушка с голубыми волосами, – и я тоже вспомнила, что видела эту рыженькую девушку у нас во дворе. Примерно месяц назад… Я из поликлиники возвращалась, а она шла от нашего подъезда. Так что по всему выходит – не первый раз она тут была!

Старушка в шляпке, убедившись, что в ее коллективе произошел неожиданный бунт и против нее восстали обе соседки, поднялась со скамейки.

– Некогда мне с вами тут из пустого в порожнее переливать! – И она удалилась с независимым видом.