Не родись болтливой - Наталья Александрова

– Таня, тебя к телефону! – крикнула Валентина из кухни.

Я не могла не пойти, хотя чувствовала, что дело нечисто.

– Ты что это делаешь? – набросилась на меня Валентина, – Ты что себе позволяешь? Я для того тебя пригласила, чтобы ты с этим козлом тискалась? Нашла тебе приличного человека, а она, видите ли, нос воротит!

Я страшно разозлилась и хотела было наскоро объяснить Валентине, кто тут на самом деле козел, а кто – приличный человек, но тут в кухню вплыла Альбина, спросила у Валентины сигареты, пепельницу, еще что-то. Она вся была такая яркая, ее было так много, почему брюнетки думают, что им идет красное? Очевидно, все они в глубине души воображают себя немножечко Кармен, забывая о габаритах. Однако она отвлекла Валентину, и я благополучно ретировалась.

Кирилл куда-то исчез, зато ко мне сразу же подкатился Вадим.

– Танечка, за что ты на меня сердишься, чем я провинился?

– Когда это мы с вами успели перейти на «ты»? – холодно парировала я.

– Ну, лапочка, ей-богу, я исправлюсь. – Он все еще думал, что я просто капризничаю.

Нет, все-таки какого черта ему от меня надо? Вадим уже облапил меня и тащил танцевать, я молча сопротивлялась.

– Дама ведь не откажется потанцевать с хозяином дома? – раздался голос сзади.

Это был Валентинин муж собственной персоной. Как в плохой пьесе – в последнем акте обязательно появляется обманутый муж и начинает мучительно прозревать. Вадим обалдело уставился на него и убрал руки. Валентинин муж подхватил меня и повел танцевать. За всю жизнь столько не танцевала, как на этой вечеринке у Валентины! Интересно, а этому что от меня надо?

– Могу я говорить с вами откровенно? – осведомился он.

– Думаю, да, – осторожно ответила я.

– Я вижу, у вас с моей женой какая-то интрига, что-то вы все бегаете, организовываете. Жена моя женщина активная, энергичная, но вас я хочу предупредить: не впутывайте моего друга. Он человек доверчивый, к интригам не привык. Развлекайтесь с мужчинами, подобными этому, – он кивнул назад, где в углу стоял Вадим, полностью подавленный необъятной Альбиной, – я не люблю, когда в моем доме обижают моих друзей.

Я хотела было ему сказать, что развлекаюсь с Вадимом не я, а его жена, что у него большие ветвистые рога, и тогда он оставил бы свой поучающе-хамский тон, но бабушкино воспитание опять одержало верх.

– Успокойтесь, вашему другу ничего не грозит. Похоже, в вашем доме обижают только меня. Позвольте пройти, я ухожу.

Я вышла, не оглядываясь, кипя от злости. Ну и семейка! Единственный приличный человек – старуха в инвалидном кресле. Собака – и то ненормальная – все время лежит и вздыхает!

Я нашла в прихожей свою сумку и плащ. Вдруг в прихожую выскочил Кирилл.

– Таня, куда же вы?

– Домой, уже поздно, меня дочка ждет. У вас есть дети?

– Что? Нет, то есть да, есть сын. Послушайте, я хотел извиниться за Женю. Вы с ним друг друга не поняли.

– Напротив, я прекрасно его поняла. Вы можете гордиться, что у вас такой заботливый друг, опекает вас, как отец родной.

Он засмеялся.

– Да, Женька немного переборщил. Но все уладится, он хороший человек.

Я была уже одета и пыталась открыть замок на входной двери.

– Таня, позвольте вас проводить! – наконец догадался он.

– Только до метро. Я бы и сама дошла, но темно все-таки.

– Конечно-конечно. – Он уже вытащил из шкафа какую-то задрипанную курточку, открыл дверь, и мы наконец вышли на воздух.

Я думала, что на улице мне станет легче, но голова была тяжелая, а в висках по-прежнему стучало. Я даже чуть оступилась, Кирилл подхватил меня под руку. Настроение было паршивое, да еще я представила, как буду рассказывать обо всем Галке и как она будет ругаться. Галка заочно сразу же невзлюбила Валентину и не ждала от нее для меня ничего хорошего. Я не могла не согласиться, что ее предчувствия оказались верны. Мы шли не спеша, народу на улице было немного, потом свернули в переулок, Кирилл сказал, что так короче, как вдруг возле нас с визгом остановилась зеленая «девятка». Из нее выскочил Вадим и схватил меня за руку.

– Таня, садись в машину, я все объясню по дороге!

Я так растерялась, что позволила подвести себя к машине и только потом вцепилась в дверцу.

– Куда вы меня тащите? Я не хочу с вами никуда ехать!

– Быстро садись! – он уже кричал злобно.

Я испугалась и вцепилась из последних сил в дверцу, Вадим обхватил меня сзади и пытался одновременно оторвать мои руки от дверцы и запихнуть меня в машину. Я изловчилась и укусила его за руку. Вадим вскрикнул от боли, выпустил меня и толкнул так сильно, что я упала. Кирилл бросился меня поднимать, наклонился, Вадим в это время замахнулся ногой, чтобы двинуть ему как следует, но Кирилл как-то ловко показал такой коронный прием, как в кино, когда противника хватают за руку и швыряют через себя. Вадим грохнулся, но быстро вскочил, сел в машину, потирая бок, и дал газу, но перед этим страшно обругал почему-то только меня. Когда машина скрылась за углом, Кирилл посмотрел озадаченно:

– Чушь какая! Что это с ним?

Я попробовала встать, ноги меня не держали. В голове шумело все сильнее. От плаща при падении оторвались две пуговицы, вдобавок я обнаружила, что при мне нет сумочки. Поскольку поблизости она нигде не валялась, очевидно, она каким-то образом попала Вадиму в машину, когда мы боролись. В сумке были ключи, кошелек, проездная карточка, а самое главное – пропуск в банк, который я, идиотка, забыла утром выложить и оставить дома. И еще там в косметичке был бабушкин гарнитур – серьги и кольцо, перед выходом я сняла их и убрала в сумочку, потому что замочек у одной серьги был слабый.

Когда Кирилл поднял меня на ноги, я уже ревела.

– Ну-ну, нельзя позволять знакомым мужчинам так с собой обращаться.

– Да я его сегодня первый раз видела! Больной какой-то! И Валька тоже!

Он посмотрел с сомнением.

– Да честное слово, она говорит – приходи, познакомлю с приличным человеком, вот и познакомила. Черт знает что! – От злости слезы мои высохли. – Не знаешь, она со всеми так развлекается или только со мной?

– Не знаю, – он пожал плечами, – я мало с ней общаюсь.

Я с грустью смотрела на оторванные пуговицы, вдобавок плащ еще и запачкался. Что делать? Кирилл тронул меня за руку:

– Зайдем ко мне, это тут рядом. Приведешь себя в порядок, потом я тебя провожу.

– У тебя есть телефон, мне надо позвонить, чтобы соседка спать не ложилась, ключей-то нет.

– Есть, пойдем.

Шли мы недолго. Улица называлась Зверинская и начиналась она прямо от зоопарка.

– Тут близко.