Кража с обломом - Дарья Калинина

— Так я и знала! — рыдала она. — Что никто мне не поверит. Потому к тебе и пришла.

Понять ее можно было двояко. Но слез ее я вынести не могла. Я еще способна была противиться Марише, твердо стоящей на ногах, но перед Маришей, заливающей потоками слез пол моей кухни, я была беззащитна.

— Ладно, не реви, — примирительно сказала я. — Верю я тебе, только успокойся. Расскажи толком, что случилось.

Мариша всхлипнула еще пару раз для закрепления результатов своих рыданий и приступила к подробному рассказу.

— Значит, его убили у тебя перед квартирой, а потом он сумел еще открыть дверь, добраться до постели и прикрыться подушками? — подытожила я. — Лучше бы он в это время вызвал «Скорую помощь».

— Или его кто-то другой притащил ко мне в постель. И вовсе не обязательно, что перед квартирой, могли и в самой квартире. Но самое ужасное, что убили его моим собственным ножом, верней, ножом моей бабушки, но так как она уже умерла, то он почти что мой, — произнесла Мариша, и глаза ее снова начали наполняться слезами. — А значит, версия о том, что его убили посторонние хулиганы в подъезде, отпадает. Откуда бы им взять мой ножик?

— Давай пока подумаем, у кого могут быть твои ключи? — сказала я, ставя перед Маришей дымящуюся яичницу, щедро посыпанную петрушкой, я где-то слышала, что эта травка укрепляет нервную систему, поэтому не поскупилась.

— Вчера уже про всех подумала, — сказала Мариша, перечислила длинный список лиц и приступила к остывшей яичнице.

— Очень хорошо, можно начать с той подруги, которая увела у тебя любовника, потом поискать записку с адресом того типа, про которого ты ничего не помнишь, а потом, если нигде ничего не выгорит, навестить твоего бывшего жениха.

— Он же в Москве и к тому же в таком месте, куда просто так не пускают, — испугалась Мариша.;

— А перед этим мы навестим квартиру твоей бабушки и расспросим твоего братца, куда он дел такой замечательный ножик, — не обращая внимания на Маришины терзания, продолжила я.

— Знаешь, что я подумала в связи с этим, — перестала наконец стонать Мариша, — ведь мой жених был со мной на квартире, когда мы разбирали вещи после бабушки. Вертелся у всех под ногами и всем мешал. Я просто не знала, как от него избавиться, и отправила его на кухню считать серебро. Может, он тогда и прикарманил ножик. Не потому, что он был ему нужен, а просто на память.

— Да, нам просто необходимо навестить беднягу, — сказала я. — Сколько ему еще осталось?

— Не знаю, — тоскливо промямлила Мариша. — Суда еще не было. Адвокат надеется скостить до трех лет, значит, дадут пять. Но я не общалась ни с ним, ни с его родителями уже целый год. Они удивятся, откуда такой внезапный интерес.

— Это единственное, что тебя сейчас волнует? — съехидничала я. — На твоем месте я бы волновалась не о том, что там кто-то скажет или подумает, а как тебе доказать то, что ты не убивала своего Никиту.

— Надо бы его жене сообщить, — робко подала голос Мариша.

Я чуть не подавилась бутербродом с сыром, который как раз жевала.

— Ты с ума сошла? — возмутилась я. — И как ты себе это представляешь? Придешь к ней или позвонишь? Извините, тут вашего мужа нашли мертвым в моей постели, так, что ли? Лучше тогда отправиться в обход по друзьям Никиты.

— А это ты как себе представляешь? — тоже не осталась в долгу Мариша. — Будем ходить по списку и спрашивать: "Не вы ли убили одного своего друга?

Ах, не одного? Ну, это еще лучше".

Немного поругавшись и облегчив душу, мы приступили к выработке плана. Номером первым в нем числился некий Ленчик, которого когда-то давно и увела у Мариши прямо из стойла ее коварная подружка. Жить новоиспеченная парочка отправилась к Ленчику, стало быть, за известиями о ключах надо было отправляться тоже к нему. Подходя к его дому, Мариша внезапно начала буксовать и совсем встала.

— В чем дело? — удивилась Я.

— Понимаешь, мне не совсем удобно идти к нему. После всего, что между нами было, и всего того, что я ему наговорила при нашей последней встрече, мне не хочется разговаривать с ним. А потом, ведь Никита был его другом, а жена Никиты — сестра Ленчика, и все так запутано. Сходи одна, а?

Плохо представляя, с чего начать наш разговор, я уже звонила в обитую белой вагонкой дверь. Ленчика я видела два раза в жизни, но знала его по рассказам Мариши так хорошо, что мне иногда начинало мерещиться, что я росла и воспитывалась вместе с ним чуть ли не с детсада. Согласитесь, если вам в течение года выбалтываются интимные подробности чьей-то жизни, тот, о ком вам прожужжали все уши, не сможет остаться посторонним для вас человеком. Дверь открылась, и на пороге возник сам хозяин, удивленно воззрившийся на меня.

— Чем обязан? — наконец выдавил он из себя.

Вопрос надолго поставил меня в тупик. Наконец я сообразила и радостно выпалила:

— Мне очень надо поговорить с тобой о Никите.

— Сейчас?

— Именно сейчас, — твердо ответила я, сделав каменное лицо, чтобы Ленчик не вздумал отказываться, когда поймет, что все равно не поможет.

— Проходи, — распорядился Ленчик, смирившись с неизбежным.

По коридору прошлась аппетитная дамочка, но коварная Маришина соперница должна быть высокой, черноволосой и с красивыми ногами, а эта была полной противоположностью. Ну, волосы еще лано, фигура, в общем, тоже поддается коррекции, но если высоченная Мариша говорит, что соперница высокая, то, значит, та должна быть ростом с каланчу, а дамочка перекатывалась словно колобок.

— Светлана, — невесть почему смущенно представил девушку Ленчик и для чего-то прибавил:

— Помогает по хозяйству.

Я перлась через весь город вовсе не для того, чтобы обсуждать личную жизнь Ленчика, поэтому молча и без приглашения проследовала в комнату.

Устроившись в кресле, я спросила:

— Что ты делал вчера вечером?

У Ленчика сделалось обиженное, недоумевающее лицо, и он машинально кинул взгляд в сторону, где скрылась Светлана, и ничего не ответил.

— А не помнишь ли ты, — деликатно начала я, хорошенько все обдумав, — связку ключей, которые вы с твоей бывшей пассией прихватили у Мариши?

У нее в доме совершено убийство, и убийца проник к ней без взлома. Так ключи у тебя или у твоей подружки?

— Нет, — ответил Ленчик. — Я их не видел. А кого убили?

— Когда ты последний раз видел Никиту? — вместо ответа спросила я, решив наплевать на деликатность, все равно с этим у меня плохо.

— Вчера вечером.

— Что? — удивилась я. — В каком часу?

— В половине восьмого. Мы посидели с ним в «Бальзене», потом перешли в «Соню», а потом мы поймали такси и уехали по домам.