Стучат - закройте дверь! - Дарья Калинина

Кличка Таракан прочно прилипла к главе и старейшине поселка Чудный Уголок. Этот бодрый еще старикан, внешне действительно похожий на сухонького и усатого таракашку, был некогда военным разведчиком. Уход в отставку не лишил Таракана военной выправки и понятий о том, что хорошо, а что плохо.

Эти понятия укоренились в нем столь основательно, что он просто не понимал, как можно жить иначе, внедря их и в устав поселка. И если поначалу многие ворчали на жесткий распорядок дня, обязательные общественные работы, а также многие ограничения на шум и даже просмотр некоторых телепередач, то вскоре взрослое население поселка восприняло их, а жизнь у них в поселке стала тихой, спокойной и умиротворенной. Никаких краж, хулиганств, драк или дебошей. Все очень чинно и благородно.

– Вот только в прошлом году магазин подожгли, – напомнила подруге Леся. – А перед этим было убийство нашего дорогого Алекса.

– А в этом году и еще одно убийство! Какой ужас!

– Но это уж Таракан невиноват. К тому же Колян был гостем. Уверена: живи он в Чудном Уголке, ничего бы этого не случилось.

Уверенность Леси в силу воздействия их старейшины умиляла. Но надо отдать старику должное, он ко всем своим подопечным относился с большой теплотой. И когда на подруг пало подозрение в убийстве их соседа – молодого человека весьма распутного образа жизни, старик сделал все от него зависящее, чтобы подруги остались на свободе.

И сегодня Таракан тоже не отказал подругам в помощи и совете.

– Знаю, знаю, что у вас опять приключилось.

Такими словами Таракан встретил подруг у себя дома. Он один занимал целый коттедж. Но тому была веская причина. Тут располагался штаб Таракана. Сюда являлась охрана с отчетом о проделанной за день работе. Отчитывались все рабочие и мастера, которые прибывали в поселок. Одним словом, Таракану и на пенсии скучать не приходилось. Жизнь вокруг него кипела и била ключом. И, конечно, оставить в стороне такое событие, как убийство, Таракан не мог.

Таракан устроился за своим рабочим столом, заваленным ворохом бумаг. И показал подругам жестом присаживаться. И лишь после того, как они послушно выпрямились на жестких сиденьях, опершись лопатками о не менее жесткую высокую спинку стула, он произнес:

– Я навел справки у Константинова о его госте.

– Константинов – это хозяин коттеджа? – догадались подруги.

– Именно. И он сказал мне неприятную новость.

– Какую?

– Какую же?

– Он ровным счетом ничего о нем не знает.

– Как же так? – удивились подруги. – Он не знал, кого пускает в свой дом? Или он этого Коляна и не пускал вовсе? Тот вселился самостоятельно?

– Да нет, – поморщился Таракан. – Как такое могло случиться, если я на посту! Разумеется, без письменного разрешения Константинова, заверенного у нотариуса, в его отсутствие в коттедж мы бы никого не впустили. Но… Но разрешение было предоставлено. Формальности соблюдены. А вот теперь Константинов утверждает, что его, в свою очередь, попросили об услуге люди, которым он не мог отказать. И поэтому он дал разрешение Николаю Серову временно пожить в пустующем доме. Сам же он этого Серова даже не видел ни разу!

– Как такое возможно? Он что, ненормальный, этот ваш Константинов?

– Не знаю. Но сейчас он едет сюда для дачи интересующих нас объяснений. И клянусь, я выясню у этого типа все, что он только знает про своего жильца.

Подругам повезло. Константинов явился к Таракану еще до того, как подруги ушли. И Таракан жестом разрешил девушкам остаться. Они забрались в уголок, решив, что в разговор двух мужчин вмешиваться не будут. Таракан лучше них знает, как вести допросы.

– Я вас позвал в связи с чрезвычайными обстоятельствами, касающимися проживания вашего гостя в нашем поселке.

Константинов, которого с интересом оглядели подруги, оказался мелким мужичком самой невыразительной наружности. Реденькие волосики, очки, явно вставные зубы и серый цвет кожи – все это вместе говорило о слабом здоровье мужчины. И о тех проблемах, которые он в связи с этим имеет.

Держался Константинов нервозно. Все время вытирал платком потеющие руки и лицо, что симпатии окружающим тоже не добавляло. Говорил он быстро и поспешно.

– Да, да! – закивал он в ответ на слова Таракана. – Я понял! Вы уже говорили мне об этом по телефону. Я знал, что у меня будут проблемы. И что же натворил этот тип?

– Этот тип умер.

– Что? Как? Не понял?!

– Умер! Он У-М-Е-Р!

– Умер? Как умер? – все еще не понимал Константинов. – Вы шутите? Ну конечно, вы шутите! Ну и шуточки у вас, скажу я вам!

И Константинов сделал попытку засмеяться мелким дребезжащим хохотком. Никто его веселья не поддержал. И он был вынужден замолчать.

– Как? – произнес он минуту спустя. – Умер? Вот так номер!

– Скажу вам больше! Он не просто умер. Он был убит!

Константинов посерел и схватился за свой спасительный носовой платок. Схватил его и принялся мять и рвать, словно тот был в чем-то виноват.

– Умер? Убит? Кем убит? Когда?

– Случилось это сегодня утром. А вот насчет личности убийцы… Милиция задержала одного человека, также временно проживающего в нашем поселке и сдружившегося с вашим гостем, но я подозреваю, что они задержали совсем не того человека. Я прав?

И Таракан внимательно посмотрел на Константинова. Тот молчал, явно не понимая, чего хочет от него этот властный старик. И тогда Тараканов рявкнул, как умел он один:

– От кого прятался ваш гость? Кого он опасался?

У Константинова задрожала нижняя челюсть. И он спросил:

– А с чего вы вообще взяли, что он кого-то опасался? И от кого-то там прятался?

– С того, что ваш гость никогда не покидал пределы поселка. Понимаете? Никогда! Он и из дома носа казать лишний раз не смел. Так и сидел бирюком. На весь белый свет через окошко выглядывал. Разве хороший человек, которому нечего опасаться, станет так себя вести?