Фиговый листочек от кутюр - Дарья Донцова

– Действительно, – растерянносказала Кара, – Рада никогда не пользуется общественным транспортом.

– Где же она прячется? – удивилсяМакс. – Почему не показывается?

– Может, на меня обиделась? –предположила Тина. – Я ей за завтраком на стул собачьи какашки из гипсасунула.

– Ты не могла бы воздержаться отобъяснений? – взвился Ефим. – Меня сейчас стошнит.

На мой вкус, разговор об обратнойперистальтике так же неуместен за столом, как и беседа об экскрементахживотных, но я, естественно, не стала делать Ефиму замечаний, просто сказалаТине:

– Не переживай, вы с Радой вечноподтруниваете друг над другом, ей это нравится.

– Не желает общаться с нами – и ненадо, – подвел черту Макс, – плакать не станем. Эй, Марина!

Экономка мигом материализовалась в столовой.

– Где хозяйка?

Женщина развела руками:

– Не знаю.

– Она в доме?

– Извините, не видела ее весь день.

Присутствующие молча уставились друг на друга.Неожиданно мне стало страшно, просто жутко…

– В бассейне, – пролепеталая, – с самого утра плавает резиновая кукла, может…

Все понеслись по коридору в «домик здоровья».От испуга Кара зажгла не верхний яркий свет, а боковые бра. Мы уставились наводу, где, раскинув в разные стороны руки, покачивалось нечто с белокурымиволосами. Я заметила, что локоны манекена не свисают ниже пояса, а колышутся уплеч, и почувствовала, как по спине потекли струйки пота.

– Вы думаете, это она? – сиплопоинтересовался Ефим.

– Надо посмотреть, – прошептал Макс.

Парню было явно не по себе. Его физиономияслилась по цвету с голубоватым кафелем, которым были облицованы стены.

– Это она, – сказала я. – Укуклы были длинные пряди.

– Ее нужно вытащить, – пробормоталаНастя.

– Ты способна на такое? – накинулсяна невесту жених.

– Нет, – растерянно ответиладевушка, – мне очень страшно. Ой, у нее на пальце кольцо Рады, ну то, сбрильянтом, который ей так нравится!

– Мама миа, – отступил на шаг назадЕфим, – что делать-то?

– Надо папе позвонить, – дрожащимголосом пробормотала Тина. – На!

И она сунула мне мобильный. Не понимая, отчегосия миссия возложена на меня, я приложила крохотную трубочку к уху, услышаладовольно раздраженное «да» и пролепетала:

– Глеб Лукич, это Лампа.

– Что стряслось? – мигомотреагировал он.

– Тут небольшая неприятность.

– Короче.

– Э-э-э…

– Быстрее, я занят!

– Понимаете, случилось нечто…

– Лампа, сколько тебе надо денег? Еслиречь идет о сумме, не превышающей двадцать тысяч долларов, то ступай в мойкабинет…

Я обозлилась. Манера Глеба Лукича всерегулировать при помощи волшебных зеленых купюр меня покоробила, наверное,потому я мигом заорала:

– Рада утонула, насмерть!

– Немедленно еду, – заявил ГлебЛукич и отсоединился.

Сбившись вместе, мы, не в силах более стоять убассейна, выскочили во двор и сгруппировались на въездной аллее.

– Может, вызвать «Скорую помощь»? –робко предложила Лиза. – Говорят, сейчас могут оживить.

– Она умерла давно, – ответилая. – Еще днем я видела бедняжку и приняла ее за куклу.

– Надо милицию позвать, – заикнуласьНастя.

– До приезда папы не следует ничегопредпринимать, – по-взрослому трезво сказала Тина.

Все промолчали, никто не рискнул спорить.

Очевидно, Глеб Лукич нанял вертолет, потомучто, несмотря на многочисленные пробки, он прикатил в Алябьево через пятнадцатьминут после моего звонка.

– Где? – коротко бросил Ларионов,выскакивая из автомобиля.

За «Мерседесом» во двор влетел микроавтобус и замеру входа в дом.

– В бассейне, – тихо сказал Ефим.

– Давайте, – махнул рукой хозяин.

Из «рафика» вышли несколько мужчин вбезукоризненных костюмах. Они мигом исчезли в доме.

– Как это произошло? – приступил кдопросу Глеб Лукич.

– Мы не знаем, – прошепталаКара, – вот, может, Лампа…

Глеб Лукич уставился на меня. Еле ворочаяжестким, сухим языком, я начала блеять:

– Я пошла купаться…

Но тут послышались шаги. Мужчины, приехавшиевместе с Ларионовым, возникли на шикарном крыльце. Мне показалось, что на мраморныеступени села стая кладбищенских ворон. Один держал под мышкой труп Рады. Сволос на мраморные плиты текла вода. Я отшатнулась в сторону. Впрочем,остальные тоже шарахнулись кто куда.

– Это что? – просипел Ефим. – Огосподи!

В ту же секунду мужик бросил тело несчастнойженщины оземь. То, что было Радой, покатилось по ступенькам и упало к ногамГлеба Лукича.

– Кукла! – завизжала Тина.

– … – бросил Ларионов. – Вы здесьвсе с ума никак посходили?

Не успели присутствующие чуть-чуть прийти всебя, как донесся веселый голосок:

– Что случилось? Глебчик, ты дома?!

От ворот шла веселая Рада с корзинкой в руках.Несколько секунд все молча смотрели на нее, потом разом заорали:

– Ты где была?

– У Ершовых, – попятиласьРада, – у Никиты и Лены, они рано утром позвонили и пригласили меняпосмотреть свой новый дом. Никита купил тут, в Алябьеве, по моей наводкеособняк, вот…

– Значит, – нехорошо улыбаясь,сказал Глеб Лукич, – ты бросила в бассейн идиотскую игрушку и умчалась…

– Нет, – покачала головойРада, – я даже не ходила к бассейну.

– А кто же решил пошутить? – Хозяинбуравил всех глазами. – И почему у идиотского манекена на пальце твоекольцо?

В ответ – молчание. Потом Тина пролепетала: –Это я надела, но не сегодня, а снять забыла! Я вообще только сейчас про него вспомнила.