Первый шаг к мечте - Людмила Мартова

— Добрый день, Рафик Валидович, — вежливо сказала Нина, воссоздавая дистанцию, которую он только что вольно или невольно нарушил. Нет, она не любила панибратство и с незнакомыми людьми сходилась небыстро. — Меня зовут Нина Григорьевна Альметьева, я тот самый представитель адвокатской конторы «Павлов и партнеры», с которым у Георгия Егоровича Липатова был заключен договор.

— Добро пожаловать в Знаменское, Нина Григорьевна. — Он сделал едва заметную паузу, произнося ее имя, подчеркивая, что понял и принял ее желание держаться в строгих официальных рамках. — Пройдемте в дом. Люба покажет вам вашу комнату, вы сможете разложить вещи и принять душ. Обед в два часа, и за обедом вы сможете познакомиться с теми членами семьи, которые уже приехали в усадьбу. Остальных мы ждем к ужину. Если вы голодны или хотите кофе, то скажите Любе, она все приготовит.

— Чаю я бы выпила, — призналась Нина, — во всем остальном потерплю до обеда.

Они уже поднялись по широким ступеням лестницы, зашли в просторную прихожую. Аббасов помог Нине снять шубку и повесил ее в шкаф за раздвижными дверцами. Пригласил Нину пройти дальше, в круглый просторный холл, посредине которого располагалась лестница на верхние этажи. Навстречу им уже спешила круглолицая полная женщина средних лет в белом кружевном переднике поверх строгого черного платья и в белоснежном кружевном чепце на голове. Видимо, та самая Люба, экономка. Выглядела она грустной, и глаза у нее были заплаканными.

— Здравствуйте, — гостеприимно сказала она. — Меня Любой зовут. Пойдемте, я вам дом покажу, чтобы вы ориентировались, где тут что. А потом в своей комнате отдохнете и придете ко мне в кухню, я там к чаю все накрыла и блинчиков с вареньем напекла, чтобы вы позавтракали с дороги. Рафик, вы возвращайтесь к своим делам, я займусь нашей гостьей. — Нина отметила, что Аббасова она называет на «вы», но без отчества.

— Хорошо, я буду в кабинете, — кивнул тот. — Нина Григорьевна, я думаю, что о делах мы с вами переговорим, когда вы осмотритесь и со всеми познакомитесь. Время еще есть. Похороны завтра в десять утра. Кладбище тут недалеко, в пяти километрах. Автобус заказан. Поминки здесь, в доме. Думаю, что это вся информация, которая вам сейчас необходима. До встречи.

Нина шла за Любой по дому и с интересом оглядывалась по сторонам. Изнутри дом тоже был комфортным и функциональным. Все здесь было продумано до мелочей — нескользкие ступени, удобные, ровно под руку перила, широкие коридоры, поручни у ванн и унитазов, чтобы было удобно пожилому человеку, выключатели, прыгающие в ладонь при входе в комнаты, легко моющийся и не собирающий пыли ламинат, легкие, совершенно не помпезные шторы, не скрадывающие пространство комнат, освещение, которое можно было настроить в зависимости от настроения или потребности в нем. Да уж, кто-кто, а дизайнер помещений у Липатова работал классный, Нина даже позавидовала.

На первом этаже помимо холла и кухни, к которой примыкали большая кладовая с погребом, прачечная и сушильно-гладильная комната, располагались столовая, каминный зал, гостиная, кинозал, библиотека и хозяйский кабинет, в котором сейчас уединился Аббасов. На втором этаже друг за другом шли десять спален с обязательной ванной комнатой при каждой. Одна спальня — хозяйская — сейчас пустовала.

Все остальные были распределены между уже приехавшими и ожидающимися наследниками. Нина не спрашивала, но Люба все равно рассказала, что налево от комнаты Липатова всегда размещались его невестка Ольга Павловна, дочери Вера Георгиевна и Надежда Георгиевна, а также внучка Тата. Пятую спальню, обычно занимаемую Нателлой, сегодня выделили самой Нине, и за порогом уже стояли ее чемодан и портфель.

Справа находились спальни внуков Виктора с женой Мариной, Николая, Гоши и Артема. Пятая комната обычно пустовала, но сегодня предназначалась какому-то гостю, которого должна была вечером привезти с собой Тата. С учетом, что она была не замужем, Нина посчитала, что речь идет о любовнике, который решил не оставлять Тату наедине с горем в день похорон деда. Правда, было странно, что он собирался поселиться отдельно, но бог его знает, какие тут в доме порядки. Зная старорежимность Липатова, можно было предположить, что для него отсутствие штампа в паспорте могло служить причиной проживания в отдельной комнате.

На третьем этаже располагалась небольшая гостиная, в которой можно было посмотреть телевизор или послушать музыку, не спускаясь на первый этаж, комнаты Любы и помощницы Валентины, спальня Рафика, комната его дочери, в которой она останавливалась, когда приезжала в усадьбу, обсерватория с настоящим телескопом, в который можно было изучать звездное небо, и еще несколько пустых гостевых спален на тот случай, если в усадьбу помимо родственников нагрянут и другие неожиданные гости.

— Да уж, места тут много, — заметила Нина. — Интересно, сколько гостей можно разместить в усадьбе одновременно?

— Много, — улыбнулась Люба. Впрочем, даже улыбка у нее была печальная. — В лесу же еще гостевые финские домики построены. В каждом до семи человек помещаются, а домиков пять, вот и считайте.

По всему выходило, что пенсионер Липатов, живший практически затворником, человеком был основательным. И зачем ему, спрашивается, был нужен такой домина, в который его дети и внуки наезжали нечасто, а вместе собрались и вообще впервые, да и то на его похороны.

В «своей» комнате Нина приняла душ, переоделась, развесила одежду в шкаф, убедилась в отменном качестве матраса и постельного белья на кровати (впрочем, иного она уже и не ожидала) и позвонила Сергею, доложиться, что прибыла на место.

— Я рад. — Голос ее друга, начальника и любимого мужчины звучал непривычно сухо и отстраненно. — Надеюсь, что тебе там понравится и ты не только поработаешь, но и отдохнешь.

— Да я вроде не устала, — пожала плечами Нина. — Сережка, ты чего такой?

— Какой?

— Чужой, — призналась Нина. — Недовольный, усталый, мрачный. Продолжать могу до бесконечности. Что-то случилось?

— Не выдумывай, — раздраженно бросил он. — Все, осваивайся там на местности. Я тебе позже позвоню.

Нина тоскливо подумала, что все-таки правильно поступала, когда отказывалась выходить за Павлова замуж. Любые отношения приедаются и надоедают. Вот и она, похоже, стала в тягость Сергею. Что ж, никогда она не навязывалась мужчинам, никогда не вцеплялась мертвой хваткой, пытаясь удержать. И в этот раз удерживать не будет. Все-таки отсутствие штампа в паспорте избавляет от множества мелких, но досадных проблем. А любовь… Что ж, в любовь она давно уже не верит. Жаль, конечно, если они расстанутся. С Сергеем ей удобно, как и ему с ней, да и любовник он хороший, чуткий и внимательный. Для женщины это важно.

Легонько вздохнув, Нина решила пока об этом не думать. В конце концов, впереди у нее десять дней, которые ей предстоит провести здесь, вдалеке от Павлова, а за это время проблема либо рассосется и ее не нужно будет решать вовсе, либо назреет и решится сама собой. А пока ее ждут чай и блинчики. Нина вдруг почувствовала, что зверски проголодалась. Натянув джинсы и легкий свитер, она подкрасила глаза, собрала волосы в длинный свободный хвост и, едва касаясь ступенек, сбежала в кухню, к печальной, но гостеприимно-хлопотливой Любе.