Bye-bye, baby!.. - Виктория Платова

* * *

…Главная прелесть Джей-Джея состоит в том, что он таков,каков есть.

При встрече с девушками он представляется не секретнымагентом, и не начинающим писателем, и не охотником за черепами, и не водолазом,и не профессиональным путешественником. И даже не завсегдатаем кенийскогосафари, что легко проверяется – стоит только девушке сказать а вы не покажетемне свои трофеи? Нет, Джей-Джею не нужны неприятности, неловкие ситуации икривые ухмылки за спиной – поэтому он всегда говорит правду.

Меня зовут Джей-Джей, и я составитель ребусов – вот и всяправда, вот и все представление.

На такое клюнет не каждая, блондинки отпадают сразу,поскольку в ребусах они несильны. Но Джей-Джей не слишком-то горюет облондинках, это – всего лишь цвет волос, не более. К тому же опытным путем илюдьми гораздо более авторитетными, чем Джей-Джей, установлено: блондинки вприроде почти не встречаются. Не собственно натуральные блондинки (такихнавалом в родной стране Джей-Джея – Норвегии – и соседних скандинавскихстранах), а блондинки типа Мэрилин Монро.

Все хотят выглядеть как Мэрилин; все хотят, чтобы их любили,как любили когда-то Мэрилин; все хотят стать мифом, как стала мифом Мэрилин.Вот только никто не хочет повторить ее судьбу, а это все равно что жить впрезидентских апартаментах пятизвездочного отеля, не платя за это ни копейки.

Такого не бывает, служба безопасности в отелях класса люксвсегда на высоте. И улизнуть, не заплатив ни копейки, вряд ли получится.

Счет должен быть закрыт полностью, включая пункт«пользование баром».

Потому-то Мэрилин одна-единственная, как там ей живется – нанебесах?

При всем этом Мэрилин никогда не была любимицей Джей-Джея ине выступала последним номером в дивертисменте его ночных грез. И дело здесь нев Мэрилин, а в самом Джей-Джее. Хотя ему и не чужды мечтания, как любомунормальному человеку, – толком помечтать перед сном не удается. Джей-Джейзасыпает сразу же, как только голова касается подушки.

И это тоже часть правды о нем. Справедливости ради, дообнародования данной части дело доходит далеко не всегда.

Что еще рассказывает девушкам Джей-Джей?

Он составитель ребусов и ведет еженедельную колонкуразвлечений в одном не очень популярном журнале. Это раз.

В свободное от составления ребусов время он работаеткорректором в одном не очень популярном non-fiction издательстве. Это два.

Он не водит автомобиль. Это три.

Он любит кошек, но предпочитает наблюдать за ними издали.Это четыре.

Он никого не приглашает к себе. И сам неохотно отправляетсяв гости, убежденный в том, что лучшее место для встреч – нейтральнаятерритория. Это пять.

На то, чтобы постричь ногти, у него уходит не большедвадцати секунд (результат, достойный книги рекордов Гиннесса). Это шесть.

Его родная стихия – иностранные языки. Желательно –максимально удаленные от норвежского. Джей-Джей основательно изучил несколькоевропейских и даже один африканский (йоруба). Это семь.

Семи позиций, характеризующих Джей-Джея, как правило, бываетдостаточно, чтобы девушка фыркнула носом, изображая нерпу, недовольнуюдеятельностью «Гринписа» – и удалилась в неизвестном направлении.

Раньше, когда Джей-Джей был неприлично молод, поспешноебегство девушек расстраивало его, выбивало из колеи на целый вечер. Вплоть дотого момента, когда голова касалась подушки; и то верно – ничто не можетпротивостоять здоровому сну, даже разочарование в любви.

На следующее же утро Джей-Джей просыпался отнюдь не разбитыми всеми покинутым, напротив – бодрым и веселым. Бодрая и веселая физиономиявстречала его и в зеркале в ванной комнате. Сколько бы ни всматривалсяДжей-Джей в поверхность зеркала, он находил в ней то же, что и всегда: молодогочеловека приятной наружности (сначала двадцати, затем двадцати пяти и, наконец,тридцати лет). За прошедшее десятилетие в самом Джей-Джее ничего кардинальнымобразом не изменилось – те же светло-русые волосы средней жесткости, те жесерые глаза с коричневыми крапинками вокруг радужной оболочки, тот же нос снебольшой горбинкой, тот же не слишком решительный подбородок.